СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ ВТОРОГО ВСЕРОССИЙСКОГО КОНКУРСА СРЕДИ ЖУРНАЛИСТОВ «СЛОВО РАНИТ, СЛОВО ЛЕЧИТ»

24 Декабря 2015
Общероссийская общественная организация
«СОВЕТ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАБЛЮДАТЕЛЬНЫХ КОМИССИЙ»











СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ
ВТОРОГО ВСЕРОССИЙСКОГО КОНКУРСА
СРЕДИ ЖУРНАЛИСТОВ



«СЛОВО РАНИТ,
   СЛОВО ЛЕЧИТ»


на лучшее освещение проблем
адаптации граждан, отбывших
установленный судом срок уголовного наказания,
к жизни на свободе













Москва 2015









Всероссийский конкурс                                                                                                        «СЛОВО РАНИТ, СЛОВО ЛЕЧИТ»                                                                       реализован при организационной                                                                                                 и финансовой поддержке                                                                   благотворительного Фонда Олега Дерипаска                                                                 «Вольное Дело»




В сборник включены материалы,                                                                                          опубликованные в средствах массовой информации                                                                                  и представленные на II Всероссийский конкурс среди журналистов                                                                             «Слово ранит, слово лечит»,
реализуемый в рамках Программы «Возвращение»


















СОДЕРЖАНИЕ

Краткая справочная информация по итогам реализации амнистии в 2015 году . . . . . . . .     5
Федоров И.М. Зачем заключенным Чувашии высшее образование? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     6
Зайцева Е.С. Вымирающий поселок: чем живет Рудничный после закрытия градообразующего предприятия . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      11
Моисеева Л.Г. С чистого листа...  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     15
Полиновский Г.М. Путевка в жизнь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     18
Ханиева А.-М.А. Уголовно-исполнительная инспекция УФСИН России                             по Республике Мордовия протянула «трудным» подросткам «Руку помощи» . . . . . . . .      22
Козицына О.Г. Поиск за колючей проволокой . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     26
Маркова А.И. После тюрьмы…  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     29
Стеценко Л.М. Возвращение . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .    32
Рассолова М.И. 22 года «на игле» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     38
Сычева М.В. Подходят и выходят . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     41
Смирнова Е.С. Ракурс. «Вы даже не представляете, как сложно на свободе» . . . . . . . .     44
Стопичев А.А. Школа строгого режима. Белгородских заключённых учат жить               на воле . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      47
Макаренко С.А. Найти себя . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     50
Ким И.В. Оступиться, но не упасть . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     52
Журавлёва А.В. Засиял купол над храмом . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     56
Патронова И. В кубанских колониях открылись образовательные программы                для осужденных  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      58
Басова Е.Н. В руки взять крючок — получается цветок . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     60
Канатеев А.М. Кукольный дом с добрым лицом . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     62
Канатеев А.М. Диалог с Лермонтовым . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     64
Анохин А.В. Физика строгого режима: около тысячи осужденных исправительных колоний сели за парты . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      66
Шифрин Л.Г. Как бывшие заключенные поднимают воронежское село . . . . . . . . . . . . . .     68
Турчакова А.С. Девочка без детства . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     71
Турчакова А.С. Выжить и победить . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     74
Сухушина В.В. Бог в помощь!.. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     77
Турчакова А.С. Был бомжем — стал предпринимателем . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     82
Заварцева А.А. Клеймо на всю жизнь?.. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     85
Кротова М.В. В исправительных учреждениях Еврейской автономной области апробируется психологическая программа по ресоциализации осужденных                         к длительным срокам лишения свободы  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     
88
Кротова М.В. Учреждения УИС ЕАО посетили представители ОНК . . . . . . . . . . . . . . . .     89
Кротова М.В. Ресоциализации осужденных помогает Школа подготовки                             к освобождению . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      90
Коваленко И.А. Покаяние от сердца. Рецидивистка из Челябинска:                               «Только в Хакасии поняла: я не пропащий человек» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      92
Виговская А.В. Центр исправления . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     96
Гергесова Л.С. С горностаевой молью борются даже осужденные . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     99
Мороз М.П. Осужденные участка колонии-поселения при ЛИУ-3 УФСИН России по Тверской области встретились с директором Центра занятости населения Бологовского района . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     
             101
Мороз М.П. Сотрудники УИИ УФСИН России по Тверской области оказывают адресную социальную помощь осужденным без лишения свободы . . . . . . . . . . . . . . . . . .        102
Мороз М.П. Осужденным ИК-9 УФСИН России по Тверской области рассказали об услугах центра занятости населения . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .                  103
Чурикова Т.В. В Краснодаре прошел гала-концерт ХII Всероссийского конкурса среди осужденных «Калина Красная» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .                 104
Чурикова Т.В. В УФСИН России по Краснодарскому краю продолжается реализация проекта «Возвращение» Фонда Олега Дерипаски «Вольное Дело»  . . . . .                 105
Чурикова Т.В. В УФСИН России по Краснодарскому краю реализуются новые проекты по ресоциализации осужденных . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .                  106
Ходарев В.Д. Некриминальная романтика: в Твери малолетних преступников катали на лошадях. Экскурсию для ребят организовали в управлении ФСИН . . . . . .           107
Бастырева Л.В. Помощь после освобождения . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     108
Облогина О.А. Исправительные фотокурсы. В Ставрополе открыли выставку работ трудных детей . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      111
Солодчук В.А., Тимофеева Н.А. Зачем мне свобода, если меня там никто                      не ждет?  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .      113
Положение о конкурсе для российских журналистов на лучшее освещение проблем адаптации граждан, отбывших установленный судом срок уголовного наказания, к жизни на свободе, а также успешных моделях ресоциализации . . . . . . .                       
118
Описание проекта . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .     121











КРАТКАЯ СПРАВОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ПО ИТОГАМ РЕАЛИЗАЦИИ АМНИСТИИ В 2015 ГОДУ

Амнистия, приуроченная к 70-летию победы в Великой Отечественной войне, завершилась в РФ освобождением из колоний более 34,4 тыс. человек. Она коснулась россиян, первый раз осужденных за умышленные преступления небольшой и средней тяжести, срок наказания по которым не превышает пяти лет. В числе освобожденных — женщины, подростки, ветераны войны и инвалиды. Всего под действие амнистии за полгода попало более 231 тыс. человек.
По словам заместителя директора ФСИН Валерия Бояринева в числе освобожденных более 2 тыс. женщин. Освобождены также 34 подростка и семеро ветеранов-афганцев, пятеро ветеранов Великой Отечественной войны, 58 участников контртеррористических операций в Чечне и на Северном Кавказе, двое имеющих госнаграды СССР и РФ, пятеро отцов-одиночек, 80 инвалидов. Из СИЗО освобождены 7813 человек.
Основное число амнистированных — 189 236 человек — освобождены от наказаний, не связанных с лишением свободы. Также под амнистию попали несколько фигурантов по делу о крушении теплохода «Булгария», пожара в «Хромой лошади».
Амнистия в связи с юбилеем Победы была объявлена 24 апреля и продлилась полгода. По первоначальным оценкам президентских юристов, могли быть амнистированы 260 тыс. человек, из которых осуждены и отбывали наказание 60 тыс.
Сопоставимой по количеству обвиняемых и осужденных стала амнистия, объявленная 26 мая 2000 года в связи с 55-летием победы в Великой Отечественной войне, тогда на свободу вышли свыше 200 тыс. человек.



















ФЕДОРОВ Игорь Михайлович,
корреспондент общественно-политического еженедельника
«МК» в Чебоксарах

ЗАЧЕМ ЗАКЛЮЧЕННЫМ ЧУВАШИИ ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ?

Рецидив — дело тонкое
В Чебоксарах находится самая старая действующая тюрьма в России. Здание, построенное еще при Иване Грозном, сгоревшее дотла при первом же пожаре                   и пережившее второе рождение в 1648 году, ныне именуется учреждением ИЗ-21/1, также известным как следственный изолятор № 1. Существует легенда, гласящая, что в ее стенах томились Стенька и 63+ лидеры крупнейшего в допетровской России крестьянского восстания 1670–1671 годов. Разумеется, нельзя не упомянуть обязательный для тюремных «резюме» факт — за всю историю не было совершено ни одного удачного побега. Однако сегодня для нас примечательны не столько исторические особенности тюрьмы, сколько события совсем недавнего времени.
Первая ласточка в старом гнезде
В июне 2015 года в стенах СИЗО-1 УФСИН Чувашии, впервые за многовековую историю учреждения, прошла защита выпускной квалификационной работы по специальности «Финансы и кредит».
Находящийся под стражей молодой человек на момент задержания являлся студентом 6 курса чебоксарского филиала Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Он обратился с ходатайством о возможности защитить дипломную работу в заключении. Руководство учреждения пошло навстречу и после согласования со следственными органами пригласило квалификационную комиссию в лице 6 человек. В состав комиссии вошел и директор филиала, кандидат юридических наук Сергей Петрович Яковлев.
— Подобная практика была у нас впервые. С учетом ходатайства студента и его адвоката мы пошли навстречу и не стали лишать студента права на получение специальности. Кроме того, все условия позволяли ему завершить обучение и получить заветный документ — он полностью прошел нормативный срок обучения и завершил преддипломную практику. Единственное — он не успел сдать госэкзамен и защитить дипломную работу, которая, кстати говоря, была уже полностью написана на момент задержания, — уточнил Сергей Петрович.
Защита прошла в следственном кабинете и завершилась успешно. Студент стал специалистом, находясь в изоляторе. И именно этот факт сегодня наиболее интересен. Ситуация, в которой находящийся в заключении человек имеет возможность завершить начатое когда-то обучение, — это не просто любопытный прецедент. Сегодня это наглядная демонстрация самого перспективного решения одной из ключевых проблем всей исправительной системы — проблемы ресоциализации заключенных.

Человека человеком делает...
В контексте пенитенциарной (уголовно-исполнительной) системы, ресоциализация — это последовательный и комплексный процесс возвращения заключенного к жизни в обществе. Обязательное условие — соблюдение осужденным правовых норм, нарушенных им однажды.
Согласно статистическим данным УФСИН России по Чувашии, на момент 1 января 2015 года в исправительных учреждениях республики содержались 6959 заключенных. Из них впервые отбывали наказание меньше половины — 2692 человека. Все остальные уже ранее сидели в тюрьме, что, однако, не помешало им повторно попасть в места лишения свободы. Более того, в сравнении с прошлогодними показателями возросло количество лиц, заключенных под стражу третий и более раз. На момент                1 января 2014 года таких заключенных насчитывалось 1794, а к началу 2015 года — уже 1891 человек.
Подобная статистика удручает, ровно как и сводки МВД по Чувашии, в которых постоянно упоминаются тяжкие преступления, совершенные ранее судимыми гражданами. Как известно, такая ситуация именуется рецидивом (от лат. recidivus — «возобновляющийся»), и ее предотвращение — одна из ключевых задач всей уголовно-исполнительной системы. Для этих целей разрабатывается и применяется на практике система ресоциализации осужденных. Однако если в прошлом рецидивы пытались «излечить» физическим трудом, то теперь больший акцент ставится на интеллектуальную составляющую — перед заключенными открывают свои двери вузы.
Права и обязанности
Вообще, получение образования в тюрьме не является делом исключительным.  В законодательстве предусмотрены статьи, ОБЯЗЫВАЮЩИЕ заключенных постигать азы грамоты. Согласно ст. 112 УИК РФ в исправительных учреждениях организуется обязательное получение осужденными, не достигшими возраста 30 лет, основного общего образования. Заключенные старше 30 лет и инвалиды I и II групп освобождены от образовательной «повинности» и вольны выбирать по желанию — учиться им или нет.
Подобные учебно-консультационные пункты создаются практически в каждом учреждении УФСИН. Так, наравне с общеобразовательными школами России заключенные обучаются основным предметам, сдают ЕГЭ и получают аттестаты. Например, в мужской исправительной колонии общего режима № 4 в конце июня 2015 года были вручены аттестаты об общем образовании. В местах лишения свободы проходят даже импровизированные выпускные балы: в исправительной колонии № 2 города Алатырь в конце 2014–2015 учебного года состоялся торжественный выпускной вечер для 34 женщин-заключенных.
Также в законодательстве имеется ст. 108 УИК РФ, обязывающая получать начальное профессиональное образование тех осужденных, кто не имеет профессии (специальности), по которой могли бы трудиться в исправительном учреждении и на воле. Исключения составляют заключенные с инвалидностью I или II групп, а также достигшие пенсионного возраста — мужчины старше 60 лет и женщины старше                     55 лет. Право на профессиональное образование остается на их выбор.
Так, на базе профессионального училища № 115, находящегося на территории ИК № 2 г. Алатыря, 256 осужденных женщин освоили в 2015 году такие специальности, как «Швея», «Портной», «Повар» и «Оператор швейного оборудования». Из них               64 выпускницы завершили обучение с отличием, а еще 62 — с повышенным разрядом.
Кроме того, образовательные учреждения для заключенных теперь имеют вторую гербовую печать. На ее оттиске не содержится отсылок к «режимности» заведения, которое окончил выпускник.
«Осталось только захотеть — и все у нас получится»
Что касается высшего образования, то и его получение вполне осуществимо. Как говорится, было бы желание.
В соответствии с Концепцией развития уголовно-исполнительной системы РФ до 2020 года, учреждения УФСИН России по Чувашии стараются всячески содействовать заключенным, пожелавшим получить диплом вуза.
Представлены возможности по заочной и дистанционной форме обучения. Список учебных заведений, специальностей и порядок поступления представлен на стендах наглядной агитации в карантинных отделениях, помещениях воспитательной работы, в отрядах и комнатах для встреч с родственниками. При необходимости руководство тюрем помогает заключенному собрать документы для поступления. Оплата обучения производится из собственных средств осужденного. Как правило,                в этом помогают родственники или близкие.
Среди заведений, где возможно обучение, числятся как вузы Чувашии —             ЧГУ им. И.Н. Ульянова, Московский автодорожный институт, так и учреждения других регионов России. Например, заключенные из Чувашии могут получить неполное высшее и высшее профессиональное образование в Челябинском государственном университете, Донском государственном техническом университете, а также в ряде московских вузов. Список заведений обширен и может предоставить почти любую специальность.
Поступившим студентам организовываются условия для занятий. Например,                 в колонии № 5 города Козловка для заключенных, получающих дистанционное образование, руководство тюрьмы выделило помещение с компьютерами. В итоге,                в конце 2014 года осужденная колонии освоила программу бакалавриата                      в Современной гуманитарной академии. После того как она прошла государственную аттестацию по направлению «Юриспруденция», ей была присвоена квалификация бакалавра. Диплом вручал лично представитель академии, специально прибывший              в исправительное учреждение. Директор чебоксарского филиала Санкт-Петербургского государственного экономического университета Сергей Петрович Яковлев, принимавший экзамен в СИЗО № 1, отмечает:
— Защита проходила с соблюдением всех предусмотренных процедур. Государственная экзаменационная комиссия в полном составе (5 преподавателей                и секретарь) выехала в СИЗО и провела все мероприятия, необходимые для сдачи госэкзамена и защиты дипломной работы. Особенностей не было никаких, кроме, конечно, самой обстановки. Была та же самая система вытягивания билета, отведенное время для подготовки ответа. Единственное — это атмосфера следственного изолятора и ограниченное пространство комнаты, предоставленной для процесса.
Однако важно понимать, что высшее образование в тюрьмах России — это возможность, но далеко не закономерность. И если государство активно поддерживает образовательные программы для заключенных, то сами арестанты вовсе не спешат садиться за учебники.
Как сообщает пресс-служба УФСИН России по Чувашской Республике, на начало 2015 года в учреждениях ведомства всего 11 заключенных обучаются в различных вузах страны.
Вновь прибывшая «чистая совесть»
В контексте личностной психологии ресоциализация — это процесс повторной социализации, которая может длиться всю жизнь человека. Иными словами, это своего рода реабилитация, при помощи которой осужденный восстанавливает прежние связи с окружающим миром или создает новые.
Для заключенного этот процесс осложняется тем, что его личность уже успела претерпеть значительные изменения, продиктованные адаптацией в тюремном мире. Ни для кого не секрет, что за многие десятилетия внутренний уклад жизни в колониях России сформировал устойчивую субкультуру, которая жестко, а порой и жестоко адаптирует психологию вновь прибывших.
Таким образом, человек принимает «на веру» ценности внесоциального существования, а ценности будущей, далекой, а оттого несуществующей свободной жизни порой полностью стираются. Здесь и кроется одна из причин столь малой популярности образования в тюрьмах. Исключая ряд объективных факторов (наличие денежных возможностей и когнитивных способностей), ключевой момент — это отсутствие сиюминутной потребности в знаниях. А будущая потребность, та, которая «на перспективу», стирается заведомой предвзятостью как общества, так и работодателей.
Именно поэтому социальную адаптацию заключенных разделяют на пенитенциарный (в исправительном учреждении) и постпенитенциарный (после освобождения) этапы. И если в рамках исправительной системы проводятся комплексные мероприятия по ресоциализации осужденных, в том числе художественная самодеятельность (концерты, спектакли), творческие мастерские, ярмарки вакансий, работа с психологами и духовными представителями различных конфессий, то после освобождения заключенные порой никому не нужны.
И здесь всплывает совсем не очевидный аспект ресоциализации — дальнейшая судьба бывших зеков в определенной степени зависит и от нас с вами. Как бы ни хотелось свалить всю ответственность на другого, человек, тем не менее, животное стадное. Общественные стереотипы и личностное отношение к лицам из мест, не столь отдаленных, играют важную роль, поскольку человек с затрудненной социальной адаптацией не в силах противостоять устоявшимся шаблонам.
Необходимо понимать, что преступники-уголовники, якобы обреченные всю жизнь следовать знаменитому кредо романтиков «украл, выпил — в тюрьму!», — это прежде всего люди. И они вовсе не обязаны повторять этот порочный круг.
Ни в коем случае не облагораживая образ современных арестантов, стоит заметить одно — инициативы УФСИН России не будут иметь продолжения в обществе, где вновь прибывшие встречают лишь брезгливое пренебрежение и холодное равнодушие.
Разумеется, они вновь вольются в ту среду, где во главу угла ставятся именно тюремные ценности и законы. И эта среда, в свою очередь, вновь втянет человека               в бесперспективный конфликт с общественными нормами и законами, поражение                  в котором будет стоить рецидивисту свободы, а членам общества — здоровья, благополучия или жизни.
Поэтому над предвзятостью также необходимо работать, хоть и очевидно, что процесс этот заведомо неблагодарный, поскольку рецидивисты были, есть и будут. Но если преодоление общественных стереотипов поможет избежать повторных преступлений хотя бы одному проценту бывших заключенных из ста, то игра уже стоит свеч. В ином случае — мы лишь активнее будем пополнять бесконечный конвейер преступлений и наказаний.

























ЗАЙЦЕВА Елена Сергеевна,
заместитель редактора газеты «Навигатор» (г. Киров)

ВЫМИРАЮЩИЙ ПОСЕЛОК: ЧЕМ ЖИВЕТ РУДНИЧНЫЙ                             ПОСЛЕ ЗАКРЫТИЯ ГРАДООБРАЗУЮЩЕГО ПРЕДПРИЯТИЯ

Почти 250 километров из Кирова по дороге, похожей на стиральную доску, и мы в столице Вятлага. Месте, хранящем жуткие воспоминания о побеге заключенных                 в 1938 году и о расстреле нескольких сотен человек. Месте, где и сейчас вокруг лишь колонии: строго режима, особого режима, колонии-поселения.
В семь утра народ куда-то суетливо спешит. Но спешит в разные стороны. Это           20 лет назад дорога большинства жителей поселка Рудничный была в одном направлении — в сторону «Рудника», градообразующего предприятия, приносившего в районный бюджет чуть ли не треть дохода.
История успеха
Поселок Рудничный создавался как монопоселение еще в дореволюционное время, в 1915 году, когда здесь провели разведку и практически сразу начали разработку месторождения фосфоритов. К 1923 году началось масштабное строительство поселка, но окончательное становление и статус он получил к середине 30-х. Тогда была построена обогатительная фабрика и ветка железной дороги, соединяющая поселок Рудничный с основной железнодорожной магистралью Яр – Верхнекамская. Это и стало большим толчком в развитии рудника, поскольку появилась возможность завести технику и отправлять готовую продукцию в любую точку страны.
В 1936 году здесь заработала промывочная фабрика и сушильно-размольный цех. С этого момента и начинается поставка удобрения — фосфоритной муки на сельскохозяйственные предприятия СССР.
Набирать обороты рудник начал в 1953 году, началось оснащение современными экскаваторами и тепловозами. Тогда существенно выросло и население поселка.                       К 1959 году его численность составляла уже 5654 человек.
К концу 80-х «Рудник» вошел в десятку крупнейших предприятий, на которые опиралось сельское хозяйство страны. В 1991 году выработка фосмуки дошла до 704,2 тысяч тонн в год. Продукция на заказ отправлялась в десятки регионов страны. Население увеличилось до 7746 человек.
Но после 1992 года потребность в фосфоритах резко сократилась. И вместе                     с этим в поселке наступил экономический упадок. К середине 2000-х «Рудник»                    и вовсе остановил производство и был признан банкротом.
Надежды на возрождение
Надежда на жизнь забрезжила, когда месторождением заинтересовался Завод минеральных удобрений Кирово-Чепецкого химкомбината, входящий в холдинг «Уралхим». Он получил лицензию на добычу полезных ископаемых и в 2008 г. взял месторождение в аренду. Тогда закупили новенькие шагающие экскаваторы и даже начали ремонтировать пятиэтажное общежитие для будущих работников в Рудничном.
Разработка Верхнекамского месторождения на тот момент стала выгодной, поскольку аппатиты, поставляемые «Уралхиму» с Кольского полуострова, были дорогими — 15 тысяч руб. за тонну. Но затем случился кризис, и цены на кольское сырье упали в несколько раз. Добыча в Рудничном стала нецелесообразной.
— Были планы использовать фосфоритовый концентрат вместо или вместе                     с апатитовым концентратом для производства удобрений, но дальше опытных работ дело не пошло, так как они показали низкую эффективность проекта в случае его реализации, — пояснили нам в пресс-службе «Уралхима». — Лицензия была получена, но затем аннулирована по заявлению компании, поскольку фактически добыча сырья на месторождении не производилась. Проект был свернут в связи с его экономической нецелесообразностью после кризиса 2008 года и вызванного им падения рынка минеральных удобрений.
Теперь планов по добыче фосфоритов в Верхнекамском районе у комбината нет.
Рухнувшие мечты
С тех пор все надежды местных жителей и мечты о светлом будущем рухнули,               и поселок начал медленно вымирать.
— Надежда на возрождение поселка, скажу честно, была очень большая, —                с грустью вспоминает глава Рудничного городского поселения Юрий Тайгозин. — Рудник всегда был градообразующим предприятием. Основным потребителем фосфоритной муки было ближнее и дальнее зарубежье. А потом предприятие перестало работать, соответственно, люди начали искать рабочие места. Кто-то нашел работу в поселке, кто-то уехал на Север, кто-то в Москву. Очень большой процент людей ищет источник дохода не здесь, не в районе и даже не в регионе. Потому что нет надежды, нет планов по развитию месторождения. А ведь на сегодня залежи руды у нас одни из самых больших в России. Сейчас ведется вывоз той муки, что была добыта некоторое время назад, но этих запасов хватит лет на семь. И работает там всего человек сорок.
Сейчас в поселке несколько крупных по местным меркам предприятий. Примерно 40 человек задействованы на местном автотранспортном предприятии, часть людей работает в бюджетной сфере — школе, музее, садике, администрации. Но процент трудоустроенных очень небольшой. Как признаются в самом поселке, основными «кормильцами» стали небольшие предприятия по деревопереработке. Всего их шесть. Но предприниматели хором жалуются на жуткие дороги.
Железнодорожного сообщения с Рудничным больше нет. С закрытием разработки фосфоритов растащили часть ветки, которая соединяла поселок с областным центром. Осталось лишь автодорога, да и та оставляет желать лучшего.
— Перспектива у Рудничного только в развитии малого бизнеса, — говорит глава поселения. — Надежды мало, но вдруг ситуация изменится и наступит спрос на фосфоритную муку. Тогда мы еще поживем.
Градообразующее предприятие — колония
Теперь градообразующими предприятиями в этом краю стали учреждения ФСИН. Непосредственно в самом Рудничном — одна колония. По старинке ее называют «пятерка», где работают около 200 человек. В близлежащем поселке Лесной еще две колонии — одна особого режима для бывших сотрудников силовых структур, и одна общего режима. Содержится здесь около 1,5 тысяч заключенных. И для жителей Лесного это, пожалуй, единственный источник дохода. В каждой колонии работает более 100 человек. Кроме того, местные жители привозят в колонии продукты   и подрабатывают в качестве таксистов — подвозят жен заключенных на свидания. Но это не спасает поселок от медленного вымирания, люди все равно уезжают.
— У нас в прошлом году все сотрудники получили жилищные сертификаты по государственной программе и многие уехали, — объяснил начальник ИК-27 Вячеслав Чернышев. — Сейчас в Лесном живет почти 3000 человек. И колонии — по сути, градообразующие предприятия. В Лесном процентов 50 дохода — это места лишения свободы. Здесь все держится на колониях. Ведь Лесной — это столица Вятлага.                    И исправительное учреждение — это не только сотрудники, но и обслуга, производство и поставка продуктов. Не будет колоний — не будет и поселка.
Кстати, в ИУ-25 (колония для осужденных из силовых структур) в этом году собираются построить теплицы, увеличить поголовье разводимого скота, — таким образом за колючей проволокой решили поддержать государственную программу импортозамещения.
Монашеское подворье
Свято-Никольский храм ярко-синим пятном выделяется на сером фоне поселка Рудничный. Восстанавливали его всем миром по крупицам. Из соседней заброшенной деревни Волосница привезли сруб XVIII века. Служит в храме священник Леонид Сафронов — человек в области известный тем, что пишет хорошие стихи, является членом Союза писателей и в любую погоду ходит босиком, или в крайнем случае                 в шлепках. Для жителей этих мест, неважно, на воле они живут или за колючей проволокой, отец Леонид стал особенным. Именно так его и называют «Особый батюшка».
Высокую прямую фигуру священника в рясе местные жители узнают издалека. Чаще видят даже не в храме, а в дороге. Пешком он проходит десятки километров между колониями, навещая своих подопечных — заключенных.    
За 20 лет службы отец Леонид смог не только восстановить Свято-Никольский храм, но и приучил заключенных исповедоваться. 9 лет назад возродил крестный ход к Семеновской часовне, что в 12 километрах от Рудничного. По преданиям здесь жил Тифон Вятский. Пока этот ход не такой масштабный, как Великорецкий (на него приезжают из разных городов России около 100 человек), но, как известно, вода камень точит.
Часть заключенных, оказавшись на воле, возвращаются к отцу Леониду.  Так со временем и родилась идея создать монашеское подворье.
— Я уж и не помню, когда у нас остался первый осужденный, — рассказывает отец Леонид, — А потом стали еще приходить. Жили у нас даже человек по 9-10. Сейчас двое постоянно трудятся и живут при храме. Так и родилась идея создания монашеского подворья. Это даже, я бы сказал, продиктовано обстоятельствами                     и временем. Но для того, чтобы создать подворье, моей работы мало, нужно, чтобы с ними жил монах. Вот надеемся на то, что он приедет. Ведем переговоры с Оптиной Пустынью. Думаю, что потянуть своими силами создание монастыря мы сможем. Помещение есть, земля есть. Потихоньку сами братья все смогут построить.
И может статься, что при помощи отца Леонида столица Вятлага — вымирающий поселок Рудничный — однажды превратится в столицу духовности.





































МОИСЕЕВА Людмила Геннадьевна,                
корреспондент  редакции газеты «Известия Удмуртской Республики»

С ЧИСТОГО ЛИСТА...

Сегодня она, пусть и несколько нерешительно, отмечает: жизнь налаживается — дочь рядом, работа есть, жильё, пусть и съёмное, тоже. Пока мы беседуем, на плите готовится ужин, а в соседней комнате дочка отдыхает после школы.
А ведь ещё шесть лет назад Ильгиза Исупова даже не хотела выходить на свободу из стен Сарапульской женской колонии.
Всё — за дозу
— В середине 1990-х у меня было всё. Муж владел автостоянкой на улице Ворошилова в Ижевске. Наша семья считалась достаточно зажиточной, и, соответственно, я имела определённое положение в обществе. Так мы прожигали жизнь по ночным клубам. Сначала вместе, а потом — после расставания — я сама, — вспоминает Ильгиза. — Первый раз наркотик попробовала в 1994 году. Кокс, за ним винт, с него перешла на героин. В общем, всё, что заработала в 1990-е, — норковые шубы, бриллианты, золото, — проколола.
Потом случай свёл её с распространителями винта, к ним и присоединилась. Как-то, когда денег на очередную дозу уже не было, пошла на воровство. Поймали. Дали условный срок. Во второй раз — в 2006-м — уже попалась на продаже наркотиков.
— Был в нашей шайке наркоман по прозвищу Шиш, он и привёл ко мне четвёртый отдел. Я им раз продала дозу, второй, а на третий меня взяли.
Зона выживания
Ильгизе дали 4,5 года тюрьмы и под Новый год отправили отбывать срок                         в Сарапульскую женскую колонию.
— Когда я приехала в зону, все знакомые, с которыми сидела в СИЗО на Базисной, от меня просто отвернулись. Такие там правила: они тебя не знают, пока не встанешь на ноги и не заработаешь определённый авторитет, — вспоминает Ильгиза. — Первый год был очень тяжёлым. А потом внезапно меня вызвали в оперативный отдел и предложили быть завхозом, организующим жизнь отряда. Это то же самое, что начальник отряда, только обыкновенный осуждённый. Я сразу произвела перестановки: осуждённых каждой бригады соединила в одну спальную секцию, чтобы они не мешали друг другу отдыхать, работали-то по сменам. Кроме того, всех осуждённых, имеющих нарушения, как положено, подняла на верхние шконари (нары. — Прим. авт.). После этого стало ещё хуже: многоходки (осуждённые, отбывающие второй, третий срок. — Прим. авт.) этого мне — прянику (осуждённый, впервые отбывающий наказание. — Прим. авт.) — долго простить не могли. Нет, силу не применяли, но психологическое давление было. Постоянно я слышала угрозы в свой адрес, не раз в своих карманах находила гвозди, лезвия: если бы меня с этим поймали, то карцер был бы обеспечен.
На этом этапе осуждённой Исуповой помогли начальник отряда Галина Васильевна Сутягина и сотрудники оперотдела Светлана Смолина и Алексей Курочкин. А отряд с низшего места поднялся на первое — по чистоте, порядку                      и дисциплине, что давало определённые привилегии осуждённым.
— Честно признаюсь, после трёх лет, проведённых в колонии, не хотелось домой. Боялась неизвестности: что меня там ждало? Немало примеров, когда люди, выйдя на свободу и не найдя себя там, возвращаются сюда вновь.
Вернуть Гульку
Как только попала за решётку, Ильгизу лишили материнских прав, а её 3-летняя Гуля оказалась не нужна никому из родных. В итоге опекунство над ней оформила дальняя знакомая семьи. Именно она и стала для девочки мамой, ведь про женщину, родившую её, она ничего не помнила.
— Я освободилась в 2009-м, но забирать дочь не спешила. Сами посудите, только-только из тюрьмы, работы нет. Кто мне её отдаст? Сама я вернулась                        в родительский дом — хорошо, хоть крыша над головой ещё была. На протяжении двух лет обивала пороги, не могла найти нормальную работу, перебиваясь временными приработками. Начала пить, даже был соблазн вернуться обратно в зону. Но вовремя одумалась, — вспоминает Ильгиза. — Не знаю, может быть, я такая фартовая, но                    в 2011 году по объявлению мне удалось найти вполне достойную работу. Индивидуальный предприниматель не побоялся и официально устроил меня продавцом овощей и фруктов, хотя знал, что я бывшая наркоманка, что сидела. В какой-то степени благодаря ему я вернула дочь Гульку, — мне понадобилось ещё пара лет, чтобы доказать всем своё желание воспитывать дочь. Да, мы не живём богато,                     и, конечно, я не могу часто выходить с ребёнком по магазинам, есть пиццу каждое воскресенье, но, как говорится, на хлеб с молоком хватает. Я лучше те 200 рублей, что стоит пицца, отдам Гульке на обеды.
Никому не нужные?
Сегодня, несмотря на то, что с момента освобождения уже прошло шесть лет, прошлая жизнь Ильгизу не отпускает. Она рассказывает, что периодически ей звонят бывшие осуждённые и просят помочь в поиске работы, устав натыкаться на закрытые двери.
— Поверьте, для нас это очень серьёзная проблема: выходя на волю, мы оказываемся брошенными и никому не нужными. А если не трудоустроимся, то рано или поздно встретим старую подружку, друга, и вновь по той же дорожке — пьянствовать, воровать, колоться и за решётку. Там, по крайней мере, накормят, напоят, оденут... Думаю, стабильный заработок многих бы уберёг от повторных отсидок.
— Что же нужно, по вашему мнению?
— Не знаю, что тут придумать. Но практически все женщины выходят из зоны                  с корочками швеи. Взялся бы кто-нибудь открыть небольшое ателье, чтобы их трудоустроить. Нет таких. Не верят нам, тем более у всех статьи либо 105-я — убийство, либо 228-я — наркотики. Только устроишься — отдел безопасности пробивает по базам — и всё, до свидания. И, наверное, их можно понять. Ведь многие осуждённые привыкли ничего не делать. Там на зоне не все работают, при этом завтрак, обед                   и ужин по расписанию. На свободе-то на еду зарабатывать надо, а не хочется. Нередко встречаю соседок по колонии — как воровали, так и сейчас промышляют, потом к нам            в магазин приходят продавать. Но они знают, что около меня останавливаться не стоит.
Главная мотивация
Мама и дочь Исуповы вместе живут два года.
— На душе у меня стало спокойнее. Всё хорошо, если не учитывать, что                        у Гульки характер скверный, — смеётся Ильгиза, обнимая дочь. — Сейчас чувствую стабильность. Знаю, к примеру, что в понедельник заступлю на смену и, проработав две недели, смогу заплатить за квартиру.
На вопрос о предстоящих планах она, чуть подумав, отвечает:
— Мечтаю о своей квартире. Родительскую жилплощадь в районе Татарбазара, где есть моя доля, мы выставили на продажу. Надеюсь купить своё жильё, как только её продадим, ведь все шесть лет, что нахожусь на свободе, живу по съёмным квартирам, — с надеждой произносит Ильгиза. — В конце концов, и дочери будет что оставить. А сейчас её нужно выучить и на ноги поставить. Это моя главная мотивация жить и работать, не возвращаясь даже в мыслях к прошлой жизни.

























ПОЛИНОВСКИЙ Глеб Михайлович,                            
старший инспектор УФСИН России по Республике Башкортостан

ПУТЕВКА В ЖИЗНЬ

Первое и самое сильное впечатление от реабилитационного центра оставляет речь его обитателей. Богатая, яркая, образная, свободная. Односложных, бессвязных ответов не услышишь. Отмалчиваются, пожалуй, только новички. Трудно поверить, что собеседники в недавнем прошлом были запойными алкоголиками, закоренелыми наркоманами, бомжами. Большинство из обитателей центра отбывало наказание                      в местах лишения свободы.
— Свобода, воля, рамок нет, — объясняет, как после колонии дошел до жизни такой, аккуратный молодой человек в очках с тонкой металлической оправой. — Меня Миша сюда позвал. Раз пришел, два пришел. Потом приперло, думал, отлежусь, отойду. Но вот остался. Здесь люди совсем другие, отзывчивые. Человек приходит, когда припрет, либо сюда, либо в землю. Когда там даже не пожизненное заключение, гораздо хуже.
От отчаяния пришел и другой посетитель, наркоман со стажем:
— Я и в наркологии лечился, и к бабкам ходил, и в тайгу, в тундру уходил, чтобы отрезать себя от доступа к наркотикам. Бесполезно.
Мы посетили два реабилитационных центра. Один находится в Уфе в Затоне (улица Ахметова, 99). Второй расположен в Стерлитамаке (улица Олега Кошевого, 3/1). Оба находятся под эгидой евангельских христиан-баптистов.
Администратор регионального объединения церквей евангельских христиан-баптистов по Республике Башкортостан Валентин Кондратец уже без малого четверть века занимается тюремным служением. Является членом Общественного Совета при УФСИН России по Республике Башкортостан. Регулярно посещает исправительные учреждения не только в Башкирии, но и за ее пределами. В том числе, и тюрьмы для пожизненно осужденных.
— В 1990-е, когда я начал бывать в колониях, ко мне с просьбами о помощи стали обращаться осужденные, у которых не было жилья, родных, близких людей, которые могли поддержать после освобождения. Так появились реабилитационные центры.
Валентин Кондратец показывает фотографии, рассказывая о судьбах своих подопечных, «завязавших» с преступным прошлым:
— Все «бывшие». У этого по 105-й (Ст. 105 УК РФ «Убийство» — Г. П.) две ходки. У этого — семь судимостей. Этот женился, трое детей. И этот женился на выпускнице БГУ. То ли филфак, то ли иняз, не помню. В Доме ребенка младенца усыновили. Сейчас своего ждут. А этого в свое время едва не расстреляли. Грабили магазин, а когда на место преступления прибыла милиция, начали отстреливаться. Он убил милиционера. Дали высшую меру. Спас мораторий на смертную казнь. А вот эта тройка нам помогает, тоже женаты…
Реабилитационные центры невелики. Располагаются в частных домах. Одновременно в них находится по 10-15 человек. Обитатели находятся под присмотром опытных, прошедших в свое время реабилитацию людей-служителей.
— Мы ограждаем их от внешних соблазнов. Минимум встреч с посторонними, минимум звонков. Выходы в город только в случае крайней необходимости                           и с сопровождающим. Там любая мелочь может стать манящим напоминанием: сигареты, пустые бутылки, пьяные встречаются, — рассказывает служитель уфимского Центра Сергей Якушенко.
Чтобы вырвать из привычного окружения, уфимцев могут отвезти                                    в Стерлитамакский центр. И наоборот. Кстати, о сигаретах Сергей упомянул не случайно: в центрах курение запрещено.
— В этом смысле у нас строже, чем в тюрьме, — улыбается Валентин Кондратец. — И жизнь здесь строго по распорядку.
— Но запоров здесь нет. Никто за шиворот не держит. Не понравилось, в любое время взял сумку и пошел, — добавляет Сергей Якушенко. — Вот вчера один ушел.
На втором этапе реабилитации в Центре ставят задачу вытеснить старое. Подчеркивают: не изменить, менять там нечего, а именно вытеснить. Вытесняют                   с помощью религии. В распорядке дня — изучение Священного писания, посещение церкви.  
Возникает вопрос, не навязывается ли таким образом вероучение? Валентин Кондратец отвечает:
—  Свою веру я не навязываю. Говорю человеку так: «У тебя есть шанс. Хочешь — живи по человеческим законам, есть Конституция, Уголовный кодекс, где 360 статей. Если тяжело жить по законам человеческим, попробуй пожить по Божеским заповедям». Отвечают: «Тоже тяжело. Самая трудная заповедь: «Возлюби ближнего своего, как самого себя».
А еще, когда, встречаясь с осужденными, объясняю, какие заповеди они нарушили, нередко меня спрашивают: «А про полицию в Библии написано?». «А как же, — отвечаю, — есть». И зачитываю из Послания к римлянам: «Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее, ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое».
Обитатели Центра обслуживают себя сами, следят за чистотой и порядком.
Третьим заключительным этапом становится адаптация в социуме. Человек продолжает жить в Центре, но уже зарабатывает. И сам определяет распорядок дня, составляет бюджет, оплачивает расходы.
— Главное, найти правильную работу, чтобы коллеги не развращали, — отмечает Сергей Якушенко.
На весь курс реабилитации отводиться порядка 10 месяцев. Но многое решается индивидуально.
— Самая тяжелая категория — бомжи, — отмечает служитель Стерлитамакского центра Анатолий Коваль. — Это самые гордые люди. Тяжело отходят.
Но вот расхожее мнение, что бродяжничество необратимо меняет человека                         и делает невозможным возвращение в нормальную жизнь, Анатолий не разделяет:
— Взять, например, Диму. В Москве бомжевал 5 лет. Полтора года провел у нас. Сейчас имеет собственный автосервис. Или Саша — пришел к нам 17 лет назад. Теперь у него дом, жена, восемь детей. Если пробудить в человеке желание нормально жить, возможно все. Главное — понять, почему он стал бомжем. Может быть, убежал от проблем, может злой и неуживчивый…
Как попадают в Центр? По-разному. Чаще всего узнают от знакомых, приятелей. Но случается и иначе.
На вопрос, заданный одному из обитателей уфимского Центра, как он узнал                     о существовании Центра, за него ответил Сергей Якушенко:
— Не он узнал, мы узнали. К нам местный житель пришел, сказал: «Лежит                   в подъезде, заберите». Четыре дня только здесь. А человек, который указал нам место, потом еще заходил, посмотрел на чисто вымытого. «Вот какой красавец», — говорит.
— Я не бомжевал, — смущаясь, говорит герой монолога Сергея. — Есть у меня                          в Уфе знакомые. Просто я перебрал.
Каков эффект от подобных заведений?
— В свое время я занимался исследовательской работой, — говорит Сергей Якушенко. — Мы изучили работу 30 различных реабилитационных центров. Эффект колеблется от 10 до 70 процентов. На качество реабилитации влияет очень много факторов. Здесь я нахожусь не столь долго, чтобы делать однозначные выводы. Предварительная оценка — ближе к 70.
Неограниченные возможности
Продемонстрировали в ИК-3 инвалиды I и II групп из Уфимского дома-интерната.
Между отбывающими срок осужденными и людьми с ограниченными возможностями, несмотря на принципиальную разность судеб, есть одна общая черта. И те, и другие остро нуждаются в социальной адаптации. Не последнее место в деле возвращения к полноценной жизни занимают занятия спортом. Так что товарищеская встреча по шахматам и шашкам между командами Уфимского дома-интерната для престарелых и инвалидов и осужденных уфимской колонии ИК-3 в известном смысле оказалась закономерной.
«Существует ошибочное мнение, что наши подопечные беспомощны                              и несамостоятельны. Это не так, — говорит директор дома-интерната Вадим Курамшин. — У нас живут выдающиеся спортсмены-колясочники, талантливые художники и певцы. Мы успешно участвуем в соревнованиях и различных творческих конкурсах.  А еще выезды за пределы интерната полезны, поскольку дают новые впечатления, общение с внешним миром. Это поднимает настроение, позволяет людям сохранить оптимизм».
Команда гостей состояла из шести человек, по три шахматиста и шашиста. Им противостояли лучшие игроки «тройки», завоевавшие право сразится с гостями                    в отборочных соревнованиях.  
Игроки команд, состоящих из трех человек, встречались с каждым из соперников.  В шахматах по одному разу, в шашках — трижды. В шахматах уверенную победу со счетом 7:2 одержала команда уфимского дома-интерната. В шашках противоборство отличалось большим упорством: со счетом 15:12 победили осужденные. В личном зачете в шахматах победителем стал Франс Ганиев (Дом-интернат), в шашках — Рамиль Сибагатуллин (ИК-3).
Команды обменялись призами — картинами. Примечательно, что автор подаренного ИК-3 портрета Владимира Высоцкого, Константин Юрин участвовал                в турнире и занял второе место в личном зачете по шашкам.
Хочется отметить еще один ценный подарок, изготовленный руками осужденных по просьбе администрации дома-интерната — лыжный боб — устройство, позволяющее заниматься лыжным спортом инвалидам-колясочникам. Вещь крайне необходимая. Ведь, по словам Вадима Курамшина, люди с ограниченными возможностями активно занимаются спортом. И не только лыжами. В доме-интернате имеется спортивные секции еще и по бильярду, сидячему волейболу, плаванию, настольному теннису, дартсу, пулевой стрельбе, фигурной езде на колясках, армрестлингу, бадминтону.
Люди с ограниченными возможностями своим примером показывают, что                    в самых сложных ситуациях можно жить полноценной жизнью, творить, добиваться успехов. И не ссылаться на «судьбу-злодейку».





















ХАНИЕВА Айя-Марина Александровна,
начальник пресс-службы УФСИН России по Республике Мордовия

УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНСПЕКЦИЯ
УФСИН РОССИИ ПО РЕСПУБЛИКЕ МОРДОВИЯ
ПРОТЯНУЛА «ТРУДНЫМ» ПОДРОСТКАМ «РУКУ ПОМОЩИ»

Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Мордовия приняла участие в конкурсном отборе инновационных социальных проектов, объявленном Фондом поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, и выиграла его.
Проект «Рука помощи», подготовленный сотрудниками уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России по Республике Мордовия,  был отобран фондом для финансовой поддержке в сумме 1 500 000 (полтора миллиона) рублей.
В течение полутора лет — с 1 апреля 2015 года по 30 сентября 2016 года — эти деньги будут направлены на реализацию ряда программ. Воплощать в жизнь их будут сотрудники уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России по Республике Мордовия совместно с представителями органов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, исполнительной власти                    и общественными организациями.
Всего в проекте примут участие порядка 450 несовершеннолетних, состоящих на различных видах учета, 100 родителей и более 70 соисполнителей проекта. Как результат — будет создана комплексная система обеспечения непрерывности социального сопровождения, адаптации и реабилитации несовершеннолетних осужденных.
Для детального обсуждения мероприятий по реализации программы в УФСИН России по Республике Мордовия был проведен «круглый стол», в работе которого приняли участие сотрудники пенитенциарной службы республики и соисполнители программы — представители Департамента по социальной политике Администрации г.о. Саранск, «Центра временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей» Министерства внутренних дел по Республике Мордовия, Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, Автономного учреждения Республики Мордовия «Комплексный центр социального обслуживания населения», Государственного казенного учреждения социального обслуживания Республики Мордовия «Саранский реабилитационный центр несовершеннолетних «Радуга», Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Республиканский наркологический диспансер», Республиканской молодежной общественной организации «Мордовское Республиканское патриотическое объединение «Поиск», Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство», Саранской городской молодежной общественной организации «Содружество педагогических отрядов Мордовского государственного университета имени                        Н.П. Огарёва», Саранской городской общественной организации «Союз студентов Мордовского государственного университета  им. Н.П. Огарева».
После чего началась работа.
В мае, в рамках программы «Рука помощи» 20 подростков из Республики Мордовия, состоящие на учете в уголовно-исполнительной инспекции Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Мордовия, а также                       в комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их прав, посетили с экскурсией город-герой Волгоград.
Для ребят была организована обзорная экскурсия по Волгограду, в рамках которой они посетили главную высоту России — Мамаев Курган. Подростки побывали на Озере слез, увидели смену почетного караула у Вечного огня в Зале Воинской славы, поставили свечи памяти в Храме Всех Святых и поднялись                           к подножию монумента «Родина Мать зовет!», с высоты которой осмотрели окрестности города.
В музее-панораме «Сталинградская битва» ребята осмотрели экспонаты времен Великой Отечественной войны: военную технику, оружие, медали, форму и многое другое. Побывали в легендарном Доме Павлова, возложили цветы к Вечному огню на площади Павших борцов и полюбовались Центральной набережной Волгограда.
В ходе визита сотрудники УИИ УФСИН России по Республике Мордовия поделились опытом проведения подобных профилактических мероприятий со своими коллегами из Волгоградской области.

В июле для подростков, состоящих на учете в уголовно-исполнительной инспекции Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Мордовия, работал лагерь «Школа выживания».
Лагерь «Школа выживания» проходил на базе «Школы безопасности» МЧС России по Республике Мордовия в поселке Николаевка Большеберезниковского муниципального района. В течение недели — с 13 по 20 июля —  24 подростка под контролем 12 сотрудников, осуществлявших мероприятия и обеспечивавших общественный порядок на территории лагеря, знакомились с оружием, учились разводить огонь в экстремальных ситуациях, занимались альпинистской подготовкой, ориентированием на местности, а также участвовали в различных культурно-массовых, спортивных мероприятиях, мероприятиях духовного и профилактического характера. Кроме того, было предусмотрено психологическое сопровождение подростков.
Целью организации лагеря стала профилактика асоциального поведения среди подростков, оздоровление участников смены, овладение детьми навыками организации собственного досуга. Эта цель достигалась посредством патриотического воспитания подростков; организации сети мероприятий, направленных на укрепление нравственного и физического здоровья подростков, формирования навыков ведения здорового образа жизни; повышения уровня информированности подростков о социальных последствиях злоупотребления наркотическими и психотропными веществами, спиртными напитками, формирования негативного отношения к их употреблению; формирования у подростков навыков бесконфликтных взаимоотношений в коллективе; развития творческого потенциала детей и подростков.
Помимо сотрудников УФСИН России по Республике Мордовия в проведении палаточного лагеря «Школа выживания» принимали участие: подразделение по делам несовершеннолетних МВД по Республике Мордовия; патриотическое объединение «Поиск»; Союз педагогических отрядов МГУ им. Н.П. Огарева; Государственный комитет Республики Мордовия по делам молодежи; Департамент по социальной политике г. Саранска; Саранская Епархия.
Отдельно стоит отметить организации, оказавших безвозмездную помощь, выразившуюся в предоставлении продуктов питания, медикаментов, спортивного инвентаря: ОАО «Птицефабрика «Атемарская»; ОАО Агрофирма «Октябрьская»; ГУП Республики Мордовия «Тепличное»; ИП Лошкаревой Т.Н. (магазина «Интерспорт»); ООО Ликероводочный завод Саранский; ИП Рузанкиной Е.В. (сеть аптек «Кристина»).
Присутствовавшая на закрытии лагеря Уполномоченный по правам ребенка                   в Республике Мордовия Наталья Юткина, обращаясь к подросткам, подчеркнула, что безвыходных ситуаций в жизни не бывает, а «Школа выживания» — это подготовка  к взрослой жизни.  Она выразила благодарность «мудрым взрослым» за организацию и проведение летнего палаточного лагеря.

На закрытии были вручены благодарственные письма начальника УФСИН России по Республике Мордовия всем соисполнителям и спонсорам, оказавшим содействие       в организации и проведении летнего палаточного лагеря «Школы выживания», вручены памятные подарки подросткам, принявшим в нем участие, а самые активные из них награждены медалями и грамотами.  
В заключение подростками, находившимися в палаточном лагере, был подготовлен концерт.

Следующим мероприятием стал 4-х часовой сплав по реке Сура.
Мероприятие было организовано сотрудниками УФСИН России по Республике Мордовия совместно со специалистами Государственной инспекции по маломерным судам МЧС по Республики Мордовия и представителями мордовского регионального отделения всероссийского общества «Боевое братство».
Основная цель мероприятия — научить подростков правилам поведения на воде, безопасной эксплуатации плавательных средств, спасению утопающих и оказание им первой доврачебной помощи.
В сплаве, который осуществлялся на 7 лодках и 2 катерах сопровождения, приняли участие 32 человека: 18 подростков, 4 специалиста ГИМС МЧС по Республики Мордовия и 10 сотрудников пенитенциарного ведомства (медицинский службы, отдела специального назначения и уголовно-исполнительной инспекции).
Перед сплавом сотрудники МЧС провели занятия о правилах поведения и мерах безопасности на воде и лодке.
В период сплава подростки получили практические навыки управления лодками с помощью весел, фрахтованию судна и спасению на воде.
В рамках реализации программы «Рука помощи» было организовано посещение Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского женского монастыря (Нижегородская область). В поездке приняли участие 20 несовершеннолетних, состоящих на учете в уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России по Республике Мордовия и в комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их прав города Саранска, а также воспитанники реабилитационных центров «Солнышко» (город Рузаевка) и «Радуга» (город Саранск).
Ребята получили возможность познакомиться с историей образования монастыря,             с его святынями и современностью. В программу экскурсии вошло посещение Свято-Троицкого собора, Казанской церкви, церкви Рождества Богородицы, Спасо-Преображенского собора и домика блаженной Паши Саровской. Подростки смогли приложиться к мощам преподобного Серафима Саровского, узнать историю второго обретения мощей, а также пройти по Святой Канавке.
Во второй половине дня ребята посетили источник преподобного Серафима Саровского: набрали Святой воды и омылись в источнике.
Работа по программе будет продолжаться еще год. Ребят ждут много мероприятий самого разнообразного характера. А результат — предотвращение нарушений законности подростками и их социальная реабилитация.

Для справки:
В УФСИН России по Республике Мордовия проводится работа по профилактике безнадзорности и правонарушений среди несовершеннолетних.
Ежегодно сотрудники уголовно-исполнительной инспекции принимают участие в республиканской профилактической операции «Подросток», в ходе которой организовываются посещения несовершеннолетними осужденными следственных изоляторов и исправительных учреждений, показательные судебные заседания с участием несовершеннолетних осужденных, состоящих на учете в уголовно-исполнительной инспекции, и их родителями, проводятся встречи с подростками по различной тематике в школах и профессиональных училищах.
Большое внимание уделяется психологическому сопровождению подростков: только в течение 2014 года более 70 несовершеннолетних прошли психодиагностическое обследование, всем даны индивидуальные консультации.
Подростки, состоящие на учете в уголовно-исполнительной инспекции, принимают участие в самых разнообразных мероприятиях: турнире знатоков «Правовая планета», встречах с ветеранами боевых действий, правовых диспутах, дискуссионных часах на актуальные темы, кинолекториях, «Уроках мужества», посещают музеи и выставки.
Благодаря работе, проводимой сотрудниками уголовно-исполнительной инспекции совместно с органами системы профилактики правонарушений несовершеннолетних, волонтерскими организациями, подростковая преступность в Республике Мордовия сократилась с 218 преступлений в 2013 году до 196 в 2014 году.






КОЗИЦЫНА Оксана Геннадьевна,
обозреватель газеты «Вечерний Северодвинск»

ПОИСК ЗА КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКОЙ
Ребята из «Эдельвейса» помогают заключенным стать лучше

— С немцами-то что делаете, когда находите? Помогают вам власти Германии? А со штрафного батальона кого-нибудь находили?
Вопросов у этих слушателей к поисковикам из северодвинского клуба «Эдельвейс» было немало. Встреча с увлеченными своим делом руководителем клуба Николаем Корепиным и командиром поискового отряда Александром Щетневым на самом деле оказалась интересной, хотя, возможно, далеко не все слушатели пришли на нее, потому что не очень интересуются военной историей. Эти слушатели — заключенные исправительной колонии № 1 управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области. Поездку поисковиков в колонию               в преддверии Дня Победы организовала член общественного совета при УФСИН, комиссии по помилованию при губернаторе Архангельской области Татьяна Восахло.
И даже кролики и утки
Сегодня в первой колонии отбывают наказание 975 человек, у кого-то за плечами кража, у кого-то — убийство. Все, кто содержится здесь, имеют не одну судимость, есть те, у которых уже по пять-семь. Контингент разный, есть те, у кого и школа не окончена, а есть и осужденные с тремя высшими образованиями. Бывали здесь                  и бизнесмены из Санкт-Петербурга и Москвы (эти в основном за мошенничества сидят), и бывшие главы администраций.
На встречу с поисковиками пришли около полусотни человек. Как выяснилось,                        у многих кто-то в семье воевал, у кого-то дед или прадед погиб на той войне. Поисковиков действительно слушали: и песни под гитару, и рассказы об экспедициях, о находках, о встречах с родными поднятых солдат.  
Вообще, гости в этой колонии бывают часто — два-три раза в неделю. Приезжают самодеятельные коллективы с концертами, разные общественные организации, семинары проходят, недавно представители центра занятости были.
Поисковиков в колонии встречали чаем с выпечкой собственного производства. Пекут вкусно, по-домашнему. Повар-пекарь — это одна из восьми профессий, которую могут освоить в колонии отбывающие наказание. Если у осужденного нет специальности, то ему здесь обязаны предложить обучение. Так что кто-то в колонии получает «корочки» электрика, электрогазосварщика, крановщика, стропальщика, маляра-штукатура... Если заключенному еще нет 30 лет, а у него нет аттестата, то он получает здесь полное среднее образование.
Больше половины заключенных работают и даже зарабатывают. Оплата труда               в колонии сдельная, заработать можно от трех до пяти тысяч рублей в месяц, и это больше, чем в других учреждениях УФСИН Архангельской области, поскольку здесь самое большое производство, с годовым оборотом более ста миллионов рублей в год. Основная продукция — мобильные здания, развито деревообрабатывающее производство, сейчас нашли первые два заказа на рубленые дома. Делают в колонии и мебель из ламинированной плиты, пекут хлеб и даже производят тепловую энергию. Есть и свое большое подсобное хозяйство. Одни теплицы занимают более 700 гектаров, а еще                 и капусту на открытом грунте высаживают.
Кроме того, в колонии содержится солидное поголовье сельскохозяйственных животных: свиньи (600 голов!), кролики, куры, гуси, утки. В основном это все для собственных нужд, но иногда проводятся ярмарки, где все желающие могут купить мясо по таким ценам, по которым в обычных магазинах его найти просто нереально. Занимаются сельским хозяйством, разумеется, тоже заключенные. Кстати, те осужденные, у кого есть деньги, могут написать заявление и на следующий день получить, скажем, курочку-гриль.
Живут осужденные в общежитиях, в каждом есть и небольшая кухня, и комната воспитательной работы с телевизором. Есть своя библиотека, в которую отряды ходят по определенным дням. Каждый день в колонии проходят воспитательные мероприятия. Осужденным рассказывают новости о том, что в мире происходит, проходят занятия по правовой тематике, им разъясняют изменения в законодательстве. Есть и своя студия кабельного телевидения, включаются определенные передачи. Снимают в колонии и свои программы — новости о производстве, мероприятия.
«Понимаете, не хватает терпения...»
Казалось бы, созданы все условия, чтобы люди, отбывая наказание, исправлялись. Много заключенных, которые больше не хотят сюда возвращаться, но тем не менее тех, кто сюда возвращается снова и снова, немало.
— Семьи, скорее всего, не хватает и терпения, — считает Дмитрий Ошуков, заместитель начальника колонии по вопросам воспитательной работы. — Не готовы люди к жизни новой, ведь кто-то отсидел пять, десять лет. Я здесь 11 лет работаю, есть те, кто три, четыре раза возвращался. У кого-то и жилья нет. Выйдя, стараются работать, но страна у нас такая... Из-за голода все преступления совершаются. Люди голодные, без денег идут на это. Можно ли изменить ситуацию? Можно, но прежде всего человек должен сам настроиться, цель поставить себе. И конечно, не общаться с тем кругом лиц, с которым общался раньше.
Когда закончилась встреча с поисковиками, мне удалось поговорить с одним из осужденных. Евгений, молодой еще человек, в колонии с октября 2014-го, освободиться должен в 2016-м, но очень рассчитывает, что за хорошее поведение получит условно-досрочное освобождение раньше. Планирует к тому моменту окончить школу. В колонии Евгений уже во второй раз, за что — говорить не захотел, и я не стала выяснять. Поисковики на Евгения произвели впечатление. Хотелось бы, говорит, пообщаться еще и не так, а просто поговорить, расспросить побольше:
— Запоминаются такие встречи, приятное что-то на душе остается. Из других гостей, что запомнились, церковные люди, звезды шансона из Архангельска и Санкт-Петербурга.
В колонии Евгений уже освоил специальность повара, теперь учится на сварщика, убежден, что чем больше специальностей освоит, тем больше будет шансов устроиться в жизни после освобождения:
— Желание очень сильное не попадать в колонию больше, но, понимаете, сталкиваешься с теми проблемами — кто-то одинок вообще, кто-то выходит, ему некуда податься, это очень тяжело. Тяжело адаптироваться, было бы больше программ помощи тем, кто освободился из этих мест. За себя могу сказать — у меня вообще никого нет, ни родителей, ни родственников, всех потерял. Я поменял даже город, нашел работу и одновременно обучался на стропальщика, жил в Петербурге. Но опять произошли такие моменты в жизни тяжелые, столкнулся с трудностями и не смог их перетерпеть. Понимаете, не хватает терпения. Желание очень большое зацепиться за что-то, но те условия, с которыми сталкиваешься там... Не получается.































МАРКОВА Антонина Игоревна,
корреспондент газеты «Тульские известия»

ПОСЛЕ ТЮРЬМЫ…

Свыше трехсот человек — бывших заключенных, прошли через Тульскую общественную организацию «Христианская ассоциация служения осужденным».  Здесь им дают крышу над головой, пищу и работу — все то, что поможет, вернувшись из мест не столь отдаленных, попытаться начать новую, успешную жизнь, без тюремных нар, баланды и «неба в клеточку».
ХАСО существует уже 30 лет. Именно сюда все это время съезжаются бывшие зеки со всех уголков нашей страны — от Сахалина до Тулы.
Располагается она близ села Зайцево на территории бывшего Ленинского района. Если не знать, куда ехать, то так просто Ассоциацию не найти. С проезжей части домов, где проживают осужденные, не видно: их от посторонних глаз скрывает поляна, на которой пасутся коровы, и лесопосадка. Там же — личное подсобное хозяйство, которым занимаются бывшие зеки, решившие раз и навсегда изменить свою жизнь.
— Самые большие трудности, которые испытывают освободившиеся из тюрем               и колоний — адаптация и социализация, — отмечает председатель Ассоциации Николай Либенко. — Многие из них теряют не только работу и жилье, но и семью. Освобождаясь, им просто-напросто некуда идти. Мы готовы помочь каждому, кто сам захочет исправиться. Именно личное желание — главное и единственное условие, выполнив которое мы принимаем к себе.
Заключение изменило жизнь
Сам Николай Назарович родом из Украины. В молодости был успешным художником и архитектором. С 1960 года занимался проектированием городов: одним из его мест работы стало строительство «Казахстанской Магнитки» — так называли в Советском союзе Темиртау. Тогда он и подумать не мог, что когда-нибудь будет работать с осужденными, но жизнь сложилась иначе…
В 1972 году Либенко попал в тюрьму по политическим мотивам, где отбывал наказание два года. Это заставило подкорректировать свои взгляды на жизнь и отношение к людям.
— Находясь в местах лишения свободы начал присматриваться к осужденным, что были со мной в одном отряде. Из 170 человек около 140 — молодежь от 17 до               28 лет, — вспоминает те годы Николай Назарович. — Именно тогда, общаясь с ними, глядя на их жизнь, я обрел новый опыт и понял, что они — люди непростые.
Это, вероятно, и стало своеобразным толчком создания Христианской ассоциации служения осужденным, которую он создал лишь спустя 11 лет после освобождения — в 1985 году.
Примечательно, что поддержка тех, кто попадает к нему на «перевоспитание» заключается скорее не в материальном смысле, а духовном, к тому же название говорит само за себя. Большинство здесь присутствующих становятся религиозными людьми — читают библию, молятся, причащаются. Но главное, что здесь могут дать — труд, который, как известно, облагораживает человека.
— Вообще, наш принцип таков: мы не даем бывшим осужденным деньги — они их все равно пропьют. Работа и личное желание исправится — это то, что действительно уже долгие годы помогает многим обрести себя и встать на ноги, — уверен Николай Назарович. — Бывало и такое, что люди уходили от нас, потому что не хотели работать, но это их право, мы насильно никого не держим.
Каюсь, виновата
В день, когда наша репортерская группа приехала в Ассоциацию, на единственной улочке поселения, где расположился так называемый лагерь заключенных, было немноголюдно. Большинство проживающих, а здесь их числится 26 человек, были заняты работой: кто-то пас и доил коров, другие заготавливали для скота сено, третьи трудились в огороде, собирая уже поспевший урожай к обеду.
Первой нам попалась на глаза 49-летняя Людмила Хорошавцева. Перед очередной дойкой у женщины выдалось свободное время, и она согласилась пообщаться                       с журналистами и рассказать о своей непростой судьбе.
Родом она из Кимовска, а в Ассоциации она находится с апреля этого года. Здесь ей дали жилье, организовали работу, пришла она из костромской женской колонии, где отсидела 8,5 лет. На зону попала, можно сказать, по «пьяной лавочке».
После смерти 21-летней дочери женщина взялась за бутылку. Сначала понемногу, но со временем запои начали набирать обороты, и, чтобы не случилось беды, женщина приняла решение переехать в деревню.  
— Уехав, повстречала мужчину, который на тот момент только с зоны освободился, — вспоминает Людмила. — В один день мы с ним выпивали, и он начал ко мне приставать. Я быстро пресекла это: подняла его и бросила так, что он на что-то глазом напоролся и теперь со зрением проблемы. Я очень грешна перед ним и жалею, что все так произошло…
Отсидев назначенный срок, Хорошевцева по совету знакомой, написала письмо Николаю Либенко с просьбой взять ее в Ассоциацию и помочь стать нормальным человеком.
— Приехала сюда 20 апреля, с тех пор живу тут и работаю дояркой. Знаете,                    я глухая совсем, а тут мне слуховой аппарат купили, — рассказывает женщина.  Если заболеет кто, то в больницу везут, лекарствами помогают. И питание хорошее, и кров над головой есть. Чувствую, что жизнь меняется.
Помогите, а то пропаду
Еще одним собеседником корреспондентов «Тульских известий» стал Александр Хвойнов. Из своих 55 лет больше половины, а именно 30, он провел в заключении.
— Первый раз я сел в 15 лет. Основные статьи: воровство, грабеж и хранение патронов, — вспоминает мужчина. —  Максимум находился на свободе десять лет,               а так перерывы между ходками — один-два года. К тому же пил часто и много.
Впервые о ХАСО я услышал в 1999 году, когда в очередной раз отбывал наказание. Мне все про него рассказывали, мол, помогут там с жильем, работой.                 К тому моменту я лишился комнаты в общежитии. Выйдя в 2000 году, попытался найти организацию, но так и не смог, а через год снова сел, и снова про нее услышал…
Когда вышел в 2014 году пошел в Новомосковске в церковь к адвентистам                   и прямо им сказал «Помогите, а то пропаду». Они меня отправили сюда, и только через два дня я узнал, что это и есть то самое ХАСО, которое я искал 14 лет…
Уже второй год здесь работаю, и все устраивает. Мои обязанности — за коровами смотреть, сено им принести, напоить и накормить. Благодаря Ассоциации и Николаю Назаровичу чувствую, как я меняюсь. Здесь хорошо, душевно, не то, что там, за колючей проволокой. Тут даже пить не тянет!
В новою жизнь с семьей
Большинство людей, которые обращаются за помощью к Николаю Либенко, находят в себе силы не только заново начать свою жизнь вне зоны, но и обрести семью. Здесь, в лагере Ассоциации, проживает сразу несколько семей с детьми, доказательством тому всюду разбросанные игрушки и мячи.
История Максима Мотина поначалу мало чем отличалась от других. Мужчина отбывал срок за воровство и грабеж. Первый раз попал к Николаю Назаровичу                           в 1998 году, после того, как вышел на свободу. Прожив здесь несколько лет, поехал пытать счастье в Москву, но безуспешно. Решил вернуться в лагерь для бывших осужденных, где был на хорошем счету.
— Максим пять с половиной лет был у нас ответственным за хозяйство, — характеризует мужчину Либенко. — Вот и сейчас приехали к нам в гости, но уже                   с семьей. Их присутствие здесь благотворно.
Максим и его супруга Ирина, к слову, она из Омска, познакомились с помощью Интернета, через «Одноклассники». Какое-то время общались, а после решили встретиться.
— Моя подруга в Анапе выходила замуж, и мы поехали туда: Максим из Тулы,               а я из Омска, — рассказывает Ирина. — Встретились, пообщались, а потом                   и поженились. Два года жили у меня на родине, а теперь решили приехать сюда. Может быть, здесь и останемся.
Еще одна семья Алексея и Ольги Гафаровых, несмотря на солидную разницу                 в возрасте — 25 лет, — имеет троих детей, двоих из которых родились здесь, в лагере. Женщина отбывала наказание в Можайске, а глава семейства приехал сюда из Алексина.
Сейчас Гафаровы готовятся выйти из-под опеки Николая Либенко: ищут квартиру    в Туле, чтобы найти работу и пристроить детей в детский сад.
Помощь всем
Если раньше Христианская ассоциация служения осужденным помогала только бывшим заключенным, то теперь сюда могут обратиться все, кто оказался в трудной жизненной ситуации: пьяницы, люди без определенного места жительства, освободившиеся из мест лишения свободы.
— Мы не должны осуждать людей, которые оступились в жизни, — уверен Николай Либенко, — но мы должны помочь им, чтобы они не ошиблись снова.

СТЕЦЕНКО Людмила Михайловна,  
заместитель главного редактора газеты Калужской области «Весть»

ВОЗВРАЩЕНИЕ
Исповедь вчерашнего осуждённого

Павел пребывал в статусе осужденного последнюю неделю, когда мы с ним встретились. Жил он уже более двух месяцев с семьей в Обнинске — неотбытую часть наказания ему заменили исправительными работами и выпустили из зоны домой через пять лет отсидки. Заранее узнав «послужной список» 38-летнего мужчины, поймала себя на мысли: если бы не моя работа, вряд ли бы захотелось                       с ним встретиться, особенно в темном переулке. Но, не познакомившись, статью не напишешь.
Здороваемся, знакомимся, Павел протягивает руку — ни единой наколки. Эта деталь «цепляет». Расположившись на кухне родительской квартиры, прямо спрашиваю: на каких условиях разговариваем — анонимно, с использованием псевдонима?
— Нет.
Легкое сомнение: а насколько тогда будет искренним? Впрочем, гоню сомнение прочь в надежде, что можно ведь промолчать, не отвечать на вопрос (журналиста, не следователя), но не лгать. Слово не воробей.
Людмила СТАЦЕНКО
Павел Нечаев выбрал профессию созидателя — по образованию он инженер —строитель, закончил Череповецкий госуниверситет. Впрочем, выбора как такового                и не было — он из династии строителей в третьем поколении. Путь мальчишки из школы домой часто пролегал через стройплощадку. Если отец был на участке, пацана в прорабской нормировщицы подкармливали печеньем, конфетами.
Жизнь должна была складываться по принятым правилам: профессию получил, деньги зарабатывать научился, квартиру купить родители настояли, осталось жениться и растить детей. С будущей супругой познакомился по рекомендации друзей по переписке, она из Ростовской области. Сначала роман в письмах — целый год, потом Павел пригласил Юлю в гости. Неделю побыла, после этого еще полгода перезванивались, переписывались. Ну а затем, как положено, жених с матерью (отец работал) поехал к родителям невесты свататься с цветами, кольцом — классически.
В 2001-м поженились, в 2002-м родился сын. Отцом стал в 24 года. В этот же год наступила первая расплата за «ошибки» молодости.
— Иногда баловался наркотиками, но наркоманом я никогда не был, то есть наркотики меня не привязывали, я их мог контролировать. Позволял иногда себе раз                       в месяц расслабиться, — Павлу явно неприятно об этом вспоминать, но от ответа он не уходит. — Как-то поехал купить наркотик, с ним в кармане меня и задержал ОБНОН. Ну, получил год колонии-поселения. Освободился условно-досрочно и на этом решил: хватит, наркотики из моей жизни ушли навсегда. Ну а алкоголь контролировать я не смог, да это и невозможно. Знаете, пословица есть: не родилось молодца, одолевшего винца. Я стал хроническим алкоголиком.
Павел сначала пытается объяснить все конкретными причинами: мол, много работал, хороший специалист, многих консультировал, многим помогал, а благодарили то деньгами, то бутылкой. Лет за шесть плотно увяз в этом болоте, даже лечился — не помогло. Потом ходил в клуб анонимных алкоголиков — бросил. Приводит аргумент врачей-наркологов: два процента населения планеты генетически расположены к этой болезни, себя отнес сюда. А потом вдруг:
— Это слабость, вот и все. Можно найти любые причины, оправдания, почему запил: да вот дома трагедия, с женой поругался, на работе проблемы. Ни фига подобного, это все вранье! Просто слабость, других объяснений нет.
Мир в семье рушился, жена ревновала к бутылке. К стакану у мужа была привязанность, а не к ней. Как уверяет Павел, скандалы были только по поводу алкоголя.
— Рукоприкладства — ни боже мой, никогда! Воспитание в семье было такое. За двадцать лет могу вспомнить только два случая, когда отец применил ко мне физическую силу. Четко помню, как в 17 лет вечером завалился на диван, когда мать попросила что-то сделать, а я ей: «Мам, да отстань ты!» Отец мне как дал: не дай бог матери еще раз сказать такое! Меня отлупил, а сам еще неделю переживал по этому поводу.
В общем, Павла в семье учили уважать женщину, и вроде бы урок он усвоил. Но как тогда он мог совершить поступок, который и привел его на скамью подсудимых! На языке закона — разбойное нападение.
— Я сам себя не помнил. От меня восемь часов опера добивались ответа: зачем              я это сделал? Я не убегал, никуда не скрывался. Очнулся — лежит девушка, держится за голову, кричит, у меня в руках ее сумка. Я понимаю, что натворил, сел рядом. Ну, тут прохожие дали мне пару оплеух, вызвали милицию, меня доставили в отделение, там спрашивают: зачем мне это нужно было? У меня в кармане деньги, мобильник, на руке часы, золото, то есть никаких объективных причин для нападения.
Мне Павел расскажет то, о чем тогда умолчал, не рассказал сотрудникам правоохранительного органа.
Лето 2010-го, аномальная жара, в городе все в дыму — вокруг болота горели, люди в масках ходили. Был выходной день, Павел с женой в очередной раз из-за выпивки разругался, вышел проветриться, в магазине купил пива. В общем, был прилично пьян, и, как сам поставил себе диагноз, случился приступ белой горячки.
— Я видел, что впереди меня идет девушка с собакой. Собака разворачивается                и прыгает на меня, я ее бью бутылкой. Оказалось, никакой собаки нет и не было,                 а ударил по голове девушку. Я испугался: если расскажу эту историю, то меня закроют в психушке.
П. Нечаев находился в СИЗО уже два месяца, когда умер отец — от разрыва сердца. Сын на похоронах не был, ему сообщили об этом спустя полтора месяца. Но слова, брошенные знакомыми в ходе траурной процессии, «это Паша убил отца», до него дошли и до сих пор как нож в сердце. И дело не в обиде за сказанное.
— У меня четкое осознание — это я убил отца. Хотя мать, брат и сестра говорили, что моей вины здесь никакой. А что им еще сказать? Они сами хотят в это верить, — Павел себя не щадит, вынося сам себе безжалостный приговор.

Иногда, чтобы понять, что для тебя всего дороже, это надо сначала потерять.     П. Нечаев провел в следственном изоляторе десять месяцев.
— Когда попадаешь в тюрьму, тяжело первые двое-трое суток, потом адаптируешься — а куда деваться? Ты понимаешь: какое-то время будешь жить здесь, но жизнь на этом не останавливается. Главная мысль была о семье, о детях, как быстрее к ним вернуться.
Павел — коммуникабельный человек, так он сам считает, поэтому легко находил общий язык и с уголовниками, и с президентами банков. Позицию отрицания всего, что исходит от представителей закона, которую придерживались сокамерники, он категорически не разделял. На все претензии отвечал:
— Я должен вернуться в семью, пусть через тот срок, который определит суд, но желательно раньше. Поэтому сделаю все, что от меня потребуют: роспись дежурного в журнале — распишусь, доклада — доложу!
Пытались на него воздействовать и своей агитацией: мол, не ошибся стороной баррикад? Но Павлу тоже было что сказать, особенно молодежи:
— Ну, оступился, попал сюда, бывает. Но зачем же углубляться в эту грязь? Эта дорожка рано или поздно плохо закончится. Ведь отсюда можно выйти и — нет, ни                в коем случае нельзя забыть этот опыт, потому что он может научить, как сюда не возвращаться.
— В СИЗО конфликтов ни с кем ни разу у меня не было — ни по поводу моих убеждений, ни по поводу поведения, — заключает мой собеседник.
В ИК-2 (колония для ранее отбывавших наказание) в Товаркове П. Нечаев прибыл 16 июня 2011-го, откуда выйти должен был 22 октября нынешнего года. 5 лет 2 месяца — такой срок отмерил суд. Из женской солидарности, разумеется, интересуюсь, как это пережила жена, оставаясь без кормильца с двумя детьми?
Как только Юля узнала о случившемся в тот летний день, она собрала                             и выбросила все вещи мужа из квартиры в мусорку, заявив его родным, что ничего слышать и знать о Павле не желает. Правда, уже месяца через полтора, когда ему удалось позвонить жене, та расплакалась: «Возвращайся скорей. Мы тебя ждем».
— Лишение свободы — ни пойти, ни поехать, куда хочешь, — вот что самое трудное на зоне, — ответил на мой вопрос П. Нечаев. — Но еще мучительнее от мысли: как тяжело приходится семье.
Чем поможешь из зоны? Да, работал и рабочим по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, и нарядчиком, и швеем, и сборщиком бумажных изделий. Однако не тот заработок, чтобы семье перепадало. Но можно было что-то заработать, чтобы максимально обеспечить себя необходимым, не просить это у родных и хотя бы таким образом как-то помочь семье.

Кстати, как жертва стереотипа, я все-таки спросила Павла про наколки, вернее,                о причине их отсутствия.
— Татуировки для меня неприемлемы. Тело мне дано Богом, я должен относиться к нему с уважением и соблюдать его в чистоте, — ответил он, правда, тут же добавил, что не все из сказанного получается — он пристрастился к курению.
А в колонии пытался образумить соседей по комнате, которые были синими от наколок, называл их (шутя, конечно) индейцами, папуасами, разукрашивающими свою шкуру разными картинками. А вот буквально на днях ходил с женой в торговый центр ребенку игрушку купить и встретил товарища из колонии — он теперь в ТЦ охранником работает, пальцы пластырем замотал — татуировки так прячет.
«Нетипичный зек», — припечатала я мысленно свой вердикт Нечаеву, когда он еще признался, что не слушает шансон:
— Просто не перевариваю эту уголовную романтику. Нет там никакой романтики — только грязь, подлость. Поэтому, когда слышу шансон, меня передергивает.
Еще детективы не читал.
— Там (на зоне) каждая биография — детектив сплошной. Никоим образом я не хотел касаться криминала, даже в литературе. Зато перечитал классиков — Гоголя, Достоевского, Голсуорси… Вел дневник: кратко описывал суть события и свое отношение к нему.
В общем, душа трудилась и тело — постоянно в спортзал ходил. И не был                       в стороне от культурной жизни, во всех мероприятиях принимал участие и не потому, что очки себе зарабатывал.
— Мне было интересно. Павел Анатольевич (Сниткин, замначальника колонии по кадрам и воспитательной работе, с которым мы приехали в Обнинск. — Прим. автора) может увлечь идеей. Я работал библиотекарем, когда объявили конкурс-фестиваль «Я вхожу в мир искусства» среди колоний области. Он предложил поучаствовать в конкурсе чтецов. Фестиваль проходил на «тройке». Я выступил                     и занял второе место, кубок дали и ценный приз — МР3-плейер, который я, конечно, при первой возможности передал семье.
Место, где отбывал свой срок П. Нечаев, было действительно не столь отдаленно, так что с родными виделся. Дети приезжали, когда в колонии проводили день открытых дверей (четыре раза в год). Администрация устраивала обязательно какой-нибудь праздник — в яблоневом саду или в столовой. Несколько часов общения дорогого стоили.
— Когда дети приезжали — это такая радость!
Четыре года и один месяц чистого времени, проведенного в колонии. Большую часть срока (три года) отбывал в облегченных условиях содержания, когда в комнате живут четверо, а не 60 человек. Но это надо еще заработать — примерным поведением, добросовестным отношением к труду, участием в культурной жизни, нужны бонусы в виде поощрений — их было объявлено 14, и ни одного взыскания.
У П. Нечаева был свой «маяк» — семья, в которую он стремился вернуться как можно раньше. Поэтому в феврале 2015-го написал ходатайство на условно-досрочное освобождение, которое поддержала администрация. И судья вынес положительное решение. Но на момент рассмотрения дела не полностью был погашен иск, это случилось чуть позже (спасибо брату, выручил), и по протесту прокурора апелляционная инстанция в УДО отказала.
Павел почти смирился, настроился сидеть до последнего звонка. Но жена весь последний год говорила: «Младший сын просто бредит, хочет, чтобы ты отвел его                в первый класс». И тогда Нечаев-старший решил своего добиться — исполнить мечту сына. Он написал еще одно ходатайство — о замене неотбытой части наказания более мягким видом.
Все тот же судья Дзержинского районного суда Дмитрий Смирнов сказал: «Не вижу оснований об отказе. Через десять дней будете дома».

Последние дни проходили в тревожном ожидании — вдруг опять последует прокурорский протест. Но нет, и распахнулись для Павла двери в мир свободы.
Как рассказал замначальника исправительного учреждения по кадрам                           и воспитательной работе Павел Сниткин, за пять лет функционирования ИК-2 (до 2010 года она 20 лет находилась на консервации) это первый случай, когда осужденному предоставили право замены неотбытой части наказания более мягким видом — исправительно-трудовыми работами.
Впрочем, никакого головокружения П. Нечаев от этого не испытал — никаких «разгрузочных» от зоны дней. Нанес визит в уголовно-исполнительную инспекцию               и затем сразу же в центр занятости населения. Видел себя только на стройке. В центре занятости отнеслись к Павлу внимательно, с пониманием, дали координаты фирмы, где требовался прораб. Когда он пришел на собеседование, Нечаеву предложили сначала заполнить подробную анкету, один из последних пунктов — о судимости. Чуть посомневавшись, он честно поставил галочку. Директор, изучая анкету, дойдя до этого пункта, конечно, спросил:
— А за что?
— Ну, хулиганил.
— Ну, бывает. Когда выйдешь на работу?
— Готов с понедельника.
Так что в течение двух недель после освобождения Павел уже устроился на работу. И повел 1 сентября, как мечтала вся семья, сына в первый класс. А буквально вчера закончился срок наказания.
Мы проговорили почти два часа на кухне, многое из услышанного не попало                 в статью. Но напоследок еще один фрагмент нашего диалога.
— Вам в некотором роде повезло — оставался тыл, семья, вы знали, куда вам возвращаться. А у кого всего это нет — можно выйти оттуда, начать все с чистого листа и больше не оказаться на скамье подсудимых?
— Можно, я встречал людей, у которых с воли не было никакой поддержки, но они не опускались, не продолжали криминальную жизнь. Многие не целенаправленно попадали на зону, так сложились обстоятельства. Хотя, конечно, по букве закона они преступники. Но это не их образ жизни, «случайные пассажиры». Хотя есть                          и закоренелые преступники.
— Ну а тот, кто осознал, выходит на волю, откуда надо помощи ждать?
— Помощь, конечно, нужна. Государство помогает, я на себе это ощутил. То есть если ты хочешь исправиться, находясь там, и вести законопослушный образ жизни, тебе администрация в этом поможет. И на воле помогут, вот как, к примеру, мне                 и в инспекции, и в центре занятости. Конечно, есть проблемы реабилитации, но прежде всего у самого должно что-то в голове щелкнуть, сработать наше внутреннее мерило — совесть. Самое главное, считаю, личное желание. Кто нас, homo sapiens, должен спасать? Спасают неразумных тварей — собак, кошечек. А ты, человек, захочешь сделать шаг навстречу — тебе помогут. Выбор есть у каждого, по какой дороге дальше идти: с семьей, близкими строить отношения вновь или опять «украл — выпил — в тюрьму».
С возвращением, Павел!































РАССОЛОВА Марина Ивановна,
корреспондент ООО «ИД Провинция Смоленск»

22 ГОДА «НА ИГЛЕ»

Желая спасти любимого от наркотиков, Галина сама стала их употреблять. Она хотела доказать, что если есть сила воли, то их можно легко бросить. Однако выбраться из кошмара получилось только через долгие годы.

ОТ АВТОРА: Галину и Виталия ШУПЕГИНЫХ знали все в нашем дворе                  в районе Ситников. А те, кто не знал лично, все равно были наслышаны об этой семье. Галина и ее муж — наркоманы с приличным стажем, их сын Виталий — тоже. Каково же было удивление местных жителей, когда Галина вдруг стала превращаться в другого человека. Когда я 12 октября встретила эту женщину красивой, идущей с 8-летней дочерью, я предложила написать о ней в газете. Галина согласилась.

Я пришла в гости к Галине 15 октября. Уютная квартира, красивая детская комната, много игрушек и детских рисунков. Разве здесь живет женщина, имеющая за плечами более 20 лет наркотической зависимости? Галина рассказала мне о том,                       с чего все началось.
— В детстве и молодости я занималась легкой атлетикой, участвовала                         в соревнованиях. Спорт привил мне любовь к дисциплине, здоровому образу жизни. Он вообще формировал мой характер. Это был смысл моей жизни, а после школы я, без сомнений, собиралась поступать в физинститут, — начала рассказывать Галина. — Ни о каких наркотиках, выпивке или сигаретах речи не было. Мы собирались компанией во дворе, где все эти вещи также не приветствовались. Гитара, песни, шутки — все было безобидно. Но однажды туда пришел парень, который отличался от всех «наших»: смелый, дерзкий, сильный. Мне было тогда 18 лет, весна — самое время, чтобы влюбиться…
— Саша, — представился молодой человек. Он тоже заметил озорную девчонку и, видимо, чтобы завязать знакомство, попросил ее вынести ему попить. Галина тут же нашлась и ответила с улыбкой:
— Пойдем, я тебя во двор школы свожу. Там и попьешь. Из крана, где мы ноги после «физ-ры» моем!
Парень шутку оценил, засмеялся. Так они и начали общаться. Александр показал девушке «другой мир» — тот, что она не знала раньше. Он рассказывал ей о том, что в свои 20 лет он уже побывал в тюрьме, показывал свои татуировки, знакомил               с друзьями, которые были такие же, как он: дерзкие, рисковые. Казалось, ничего не боялись. Дружба здесь была культом. Брат за брата — все как-то романтично, благородно.
Галина влюблялась все больше в этого Александра. Ей было интересно все, о чем он рассказывал, но она, в свою очередь, хотела показать молодому человеку  и «свой мир». Галя надеялась на то, что ее любовь спасет его от уголовного мира.            И, наконец, решила для себя, что больше ей никто никогда не будет нужен — выйдет замуж за Сашу, будет жить только с ним. А потому решила забеременеть от него, ведь ребенок должен был усилить желание в молодом человеке измениться.
— Вот родится ребенок, и он все поймет, — думала Галя.
Из-за беременности поступление в физинститут было отменено. Галина пошла учиться в педучилище на воспитателя. Но семейной идиллии не вышло: Александра посадили за драку. Галину это не остановило.
— Наоборот, я, начитавшись про жен декабристов, возомнила и себя таковой, — вспоминала Галина. — Вопреки всем возмущениям и отговоркам родителей и знакомых я поехала в тюрьму и расписалась с Сашей. Это было 30 марта 1984 года. Причем               я гордилась собой: не побоялась выйти замуж за зэка! Вот это любовь!
Родители уговаривали сделать аборт, упрашивали одуматься. Но девушка отвечала:
— Если ребенок родится нервным — будете виноваты вы! Перестаньте меня волновать!
27 августа 1984 года родился мальчик. Галя назвала его Виталиком. Ухаживая за малышом, Галя успевала ездить на свидания с мужем, отправлять ему посылки. Ждала его и думала, что теперь-то, после всех ее жертв, он оценит семью и захочет жить по-другому. Через три года Саша освободился.
— И тогда розовые очки начали спадать, — говорила Галина. — Саша на работу не устраивался, но при этом у нас деньги были. Стало понятно, что с уголовным миром он совсем не попрощался и ребенок его не поменял. Но я не потеряла надежды — просто поняла, что не все так просто. Я все равно очень любила и уважала мужа. Его многие боялись, он всегда заступался за друзей — мне это нравилось. Правда,              я стала замечать, что товарищи его предавали и не всегда бывали так же самоотверженны, как он. И от этого я жалела Сашку и любила его еще больше.
Но положение усугубилось. Галя заметила изменения в поведении мужа. Он это назвал «благородный кайф». Муж стал внутривенно употреблять наркотики. Галя переживала, однако стало понятно, что он без них уже не сможет. Она даже варить их научилась, так как когда у Саши были ломки, он не мог с постели встать.
Супруги спорили, ругались. Галя уговаривала Сашу «переломаться» и избавиться от зависимости, но тот ответил ей так:
— Ты не пробовала. Ты не знаешь, как это. Наркотики просто невозможно бросить.
— Невозможно?! — подумала Галя и решила, что докажет Саше, что ломка — это ерунда. «Уж у меня-то силы воли хватит!» — решила женщина и попробовала отраву. Сама. Взяла шприц и укололась, ведь она уже много раз видела, как это делается. Сыну тогда было семь лет. Галина не понимала, что теперь вся ее жизнь уже наверняка пойдет под откос…
Если до этого времени женщине удавалось поддерживать порядок в доме, создавать уют и видимость нормальной семьи — ведь Галя, несмотря на окружение мужа, даже курить так и не начала, то теперь это делать стало невозможно. Во время первой же ломки женщина поняла, что из этого действительно не выбраться. «Доза! Где достать дозу?» — вот что стало смыслом жизни семьи. Сын стал отбиваться от рук. В 11 лет он уже прогуливал школу, начал нюхать клей и даже втихаря пробовал внутривенно наркотики.
В 32 года Галина села за изготовление наркотиков. К тому времени она уже была прожженной наркоманкой.
— Я только вот хочу сказать, хотя бы через столько лет: спасибо Александру КОРШАКОВУ, милиционеру. Он тогда был начальником отдела по борьбе                     с наркотиками. Это единственный человек, который в то время видел во мне человека, попавшего в беду. И относился ко мне не как к животному, а с уважением. Он почему-то хотел помочь мне, хотя по своему положению даже общаться со мной не должен был, — Галя попросила обязательно написать об этом.
Вскоре сели и муж, и сын. Виталику было всего 14 лет, когда он попал на зону для малолетних. Вместо идиллии, о которой мечтала Галина, — вся семья за колючей проволокой. После освобождения женщина пыталась начать жизнь по-новому, но у нее ничего не получилось: родители уже не хотели помогать, денег не было, на работу не брали — вид не тот: зубов нет, одежды нормальной — тоже. Старые друзья напомнили, как можно легко забыться.
— Тогда мне было уже все равно. Я не хотела жить, не верила ни во что, — без слез, но с какой-то глубокой скорбью вспоминала Галина. — Сын освободился, его искали бандиты, за что-то ему отбили селезенку. Я понимала, что превратила свою жизнь и жизнь Виталика в ад, но не могла с этим ничего поделать. Тогда мой сын пошел в центр реабилитации для наркоманов и алкоголиков при церкви.                           Я тоже туда пришла, но с мыслью: вдруг там кто-нибудь будет так молиться сильно, что не заметит, как я заберу его кошелек?
Однако сын сказал матери такие слова:
— Если ты не станешь, как я, то наши дороги разойдутся. В твой мир я больше не вернусь.
И Галя решила по-честному попробовать. Свое избавление от наркотиков она считает чудом. В это время муж Саша в очередной раз сидел. Когда он вышел, Галина уже не кололась. Они снова стали жить вместе. Александр, правда, то пил, то кололся, то пытался исправиться. Но главное не это: в 42 года Галина поняла, что беременна.
— Я была счастлива, ведь это словно шанс исправить свое прошлое! — говорила Галя.
Катя родилась в тот же день, что и Виталик: 30 августа. Только 2007 года, через 22 года после него. К тому времени у него уже у самого было двое детей. Девочка совершенно здоровая, хотя поводы для беспокойства были: во время обследования Александра выяснилось, что он болен СПИДом. Но, к счастью, и Галину, и Катюшу эта болезнь обошла стороной. Саша умер, когда девочке было два с половиной годика. Галина живет вместе с Катей и души в ней не чает.
— Я тогда не могла оценить материнство, а теперь в этом огромная моя радость. Бог подарил мне такое счастье: прожить две жизни в одной.

Марина РАССОЛОВА, Смоленск
— Невозможно?! — подумала Галя и решила, что докажет Саше, что ломка — это ерунда. «Уж у меня-то силы воли хватит!» — решила женщина и попробовала отраву. Сама. Взяла шприц и укололась, ведь она уже много раз видела, как это делается. Сыну тогда было семь лет.
СЫЧЕВА Марина Васильевна, обозреватель Владимирской
областной общественно-политической газеты «Призыв»

ПОДХОДЯТ И ВЫХОДЯТ

Осужденные, освобожденные по амнистии в честь 70-летия Победы, начали выходить на свободу. «Призыв» узнал, почему это событие не станет «холодным летом 2015-го».

«С утра со всеми ребятами уже попрощался. Леха, мой друг, ругался: не дай бог сюда вернешься, убью. Остальные просто пожелали удачи, и ушли работать», —                 38-летний Николай Мартынов, в настоящий момент — уже бывший осужденный вла-димирской исправительной колонии № 3 строгого режи¬ма — собирает вещи. Вещей немного — в основном, это одежда, в которой он по¬ступил в колонию. Забирать отсюда что-либо на волю считается плохой приметой, поэтому с утра Николай умылся, побрился, почистил зубы, собрал предметы личной гигиены в пакет и выбросил в мусор. Какие-то более-менее ценные вещи, например, книги или авторучки, можно подарить тем, кто остается, но самые суеверные не возьмут — это тоже плохая примета.                           А хороших примет в колонии, кажется, нет совсем.
Из назначенных ему судом двух с половиной лет в колонии Мартынов провел полтора года и еще один день — амнистия подарила ему ровно без одного дня год свободы. «Ровно две недели назад я точно узнал, что попадаю под амнистию, вспоминает он. — А в душе еще раньше было хорошее предчувствие. Но, наверное, я до конца еще не осознал, что выхожу на свободу. Буду стараться держать себя, так, чтобы больше сюда не попадать: найду работу, постараюсь устроить личную жизнь. Раньше              у меня были проблемы с вином, но я стараюсь настроить себя на то, что есть и другие моменты, от которых можно получать удовольствие. Мне здесь очень не хватало возможности прогуляться перед сном, подышать свежим воздухом... Вообще я понимаю, что уже пришел такой возраст, когда начинаешь ценить серьезные вещи»...
Таких, как Николай, попавших под амнистию в честь 70-летия Победы, в ИК-3 — 128 человек; из них на свободу уже вышло 36. В день колонию покидают от трех до десяти амнистированных. По словам начальника колонии Алексея Чудина, процесс это небыстрый: решение об амнистии принимается в отношении каждого осужденного индивидуально, поэтому сейчас во всех ис¬правительных учреждениях — колониях, тюрьмах, СИЗО и т.д. — идет кропотливая работа по выяснению, подходит ли конкретный человек под амнистию; запрашиваются и уточняются необходимые документы. Так что в целом процесс может тянуться до полугода. Пораньше стараются освободить тех, у кого срок наказания уже практически подошел к концу. Впрочем, большинству амнистированных в «тройке» оставалось от полугода до полутора лет. «Амнистия отличается от условно-досрочного освобождения тем, что никакие заслуги вроде примерного поведения или участия в общественной жизни не играют роли, — объяснил Чудин. — Но таких проблемных осужденных, чтобы вышли по амнистии и вся колония вздохнула с облегчением, у нас нет. Есть те, кто трудоустроен на производстве, приносит пользу, хорошо себя зарекомендовал и попал под амнистию. С такими, конечно, не хочется прощаться, но надо».
Под амнистию, приуроченную к 70-летию Победы, попадают многие. В основном, впервые осужденные за умышленные преступления небольшой и средней тяжести;                    а также онкобольные и больные активной формой туберкулеза; инвалиды I и II групп; несовершеннолетние; женщины и одинокие мужчины, имеющие несовершеннолетних детей или детей-инвалидов; беремен¬ные женщины; мужчины, чей возраст выше 55 лет,   и женщины старше 50 лет; чернобыльцы; участники боевых действий в Афганистане, Чечне и на Северном Кавказе и т.д. Из колонии строгого режима, где отбывают наказание рецидивисты, по амнистии могут выйти, например, осужденные на срок до               5 лет за преступления небольшой и средней тяжести — такие, как кража или ДТП без смертельного исхода.
— Несмотря на то, что амнистия затрагивает достаточно большой круг лиц,                  в целом она получается не очень массовой, — рассказал заместитель начальника УФСИН по Владимирской области Андрей Матвеев. — В совокупности по нашему региону под амнистию попадают 2218 человек, при этом только 482 человека из них находятся в колониях и тюрьмах, 44 — в следственных изоляторах. Остальные                     1699 осужденных отбывают наказания, не связанные с лишением свободы. Так что на социальную обстановку в обществе это не повлияет и уровень преступности вряд ли вырастет.

95 000 осужденных в России попадают под амнистию-2015.

ВСЕ СВОЕ НЕСУ С СОБОЙ

Забирать что-то из колонии на волю считается плохой приметой, но иногда бывают исключения
ПИСЬМА
Тех, кому регулярно пишут мама, сестра, жена или любимая девушка, дети,                 в исправительной колонии полагают счастливцами. Действительно, мало что поддерживает моральный дух так, как уверенность, что кто-то ждет тебя дома.

СУВЕНИРЫ
Иногда — например, на день рождения — осужденные могут своими руками сделать кому-либо подарок вроде статуэтки или шкатулки. При желании можно преодолеть суеверность и забрать его домой.

ФОТОАЛЬБОМЫ
Пополняются не только снимками, присланными из дома, но и фотографиями, которые делаются в колонии на разных мероприятиях — смотрах, конкурсах, днях открытых дверей и т.д. — и распечатываются желающим.

ЧАСЫ
Простые наручные механические часы — один из тех предметов с воли, который можно оставить у себя на весь срок наказания. Накануне освобождения можно подарить их на память, но такое в колонии особо не приветствуется.

КОШКИ
Когда количество приблудных кошек в ИК-3 превысило все допустимые пределы, осужденные проявили сознательность: стали раздавать их приезжавшим на свидание родственникам и друзьям или забирать домой, освобождаясь.







































СМИРНОВА Екатерина Сергеевна,
корреспондент редакции газеты
«Костромские ведомости» АУ «Издательский центр «Губернский дом»

Ракурс
«ВЫ ДАЖЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ, КАК СЛОЖНО НА СВОБОДЕ»

В исправительной колонии № 8 УФСИН России по Костромской области           16 июля впервые прошла встреча бывших и нынешних осужденных. Женщины, которые годами живут за колючей проволокой, из первых уст узнали, с какими трудностями они могут столкнуться, выйдя на свободу, а также получили ответы на все интересующие их вопросы от специалистов профильных ведомств.
В исправительной колонии № 8 УФСИН России по Костромской содержатся около 300 осужденных женщин, ранее уже отбывавших наказание в местах лишения свободы. Когда попадаешь на территорию учреждения, возникает ощущение, что это маленький город в городе со своим укладом и режимным распорядком жизни. Время не стоит на месте, все меняется, и часто осужденные женщины толком даже не представляют, что их ждет по ту сторону высокого забора колонии. А сложностей может быть немало.
Судимость — серьезная печать на биографии человека, которая часто меняет не только отношение к нему окружающих, но и всю его жизнь. От него отворачиваются друзья и близкие люди, его лишают родительских прав — детей отдают под опеку или в детские дома, возникают проблемы с жильем. В итоге, после того, как осужденный выходит на свободу, жизнь ему приходится начинать с чистого листа.               И надеяться, чаще всего, нужно только на себя. Именно поэтому так важны в колонии подобные мероприятия, направленные на ресоциализацию осужденных, подготовку их к жизни на свободе. Особенно, если они слышат реальные истории от тех, кто когда-то отбывал наказание вместе с ними.                      
Ольга
Она провела в колонии полтора года. Ольга просит не показывать ее лица, потому что для нее эта жизнь осталась в прошлом. Сейчас она — жена и мать. Своих детей нет, но вскоре после ее освобождения семья взяла под опеку ребенка своей родственницы. Сейчас думают о том, чтобы взять еще мальчика из детского дома. Ольга не скрывает, что из-за ее прошлого возникали проблемы при оформлении документов на опеку, но они с мужем все это пережили и преодолели. Было непросто и с работой. Ольга признается, что сначала устроилась по своей первой специальности — медработником в интернат для престарелых, всего через три дня после освобождения из колонии. Пришлось повышать квалификацию. Очень боялась, что кто-то из коллег, кроме руководителя организации, узнает о ее судимости. Поначалу страх был постоянным, но спустя два года она может говорить об этом спокойно. Сейчас у Ольги есть семья, хорошая работа на одном из ювелирных предприятий области, приносящая стабильный доход.
— Самое главное, на что я хочу вас нацелить — начинайте искать работу. Пусть не сразу, но вы найдете свое место в жизни. Конечно, не надо с первых дней рассчитывать на огромные заработки, они будут повышаться постепенно, и вам захочется работать лучше и больше. Приятно иметь свою копейку и на заработанное что-то купить, — посоветовала Ольга женщинам, которые еще отбывают наказание                      в колонии.                      
Снежана
Снежана провела в колонии семь с половиной лет. О своей новой жизни рассказывает, с трудом скрывая слезы. В них радость от освобождения и горечь оттого, что на свободе все пришлось начинать заново. «Выходить из колонии было страшно. Девочки, вы даже не представляете, как сложно там, на свободе», — с таких слов начинает Снежана свой рассказ.
— Сама я из Свердловской области. Первый раз оказалась за решеткой по собственной глупости, мне было 18 лет. Второй раз уже, наверное, заслужила. За эти годы я потеряла все: и семью, и родных, осталась совсем одна. Жить училась                        с чистого листа.
— Пока вы были в колонии, чем занимались?
— Работала в столовой. Получила образование по специальности «Швея третьего разряда» и «Повар третьего разряда». Принимала участие в общественной жизни, не нарушала режим, была вежлива как с осужденными, так и с администрацией.
— После освобождения сложно привыкалось к жизни на свободе?
— Сложно, да и сейчас порой кажется, что как-то не так выглядишь, что все на тебя смотрят. Но я вроде обычный человек, такой же, как все. Сразу же пошла искать работу, устроилась на предприятие швеей, но там не платили зарплату. Сейчас работаю няней в частном доме.
— Работодатели знают о вашем прошлом?
— Знают. Конечно, сначала было недоверие, но я доказала, что хочу и могу хорошо и честно работать. Если человек оступился и попал в места лишения свободы, не надо его за это осуждать, жизнь ему и так уже преподала хороший урок. Нужно дать ему шанс начать все заново. Мне было тяжело, но я справилась с этим.
— Почему вы не вернулись в родной город?
— В моем городе не вижу для себя перспектив. Вряд ли я даже смогла бы устроиться там на работу. Родителей у меня нет. У отца моего сына уже давно другая семья. Поэтому и решила остаться в Костроме. Здесь снимаю комнату, нашла работу, встретила любимого человека.
— А сына не было желания к себе забрать?
— Моему сыну сейчас 16 лет, после освобождения забрала его в Кострому. Но мы не смогли наладить отношения. Конечно, я его обиду понимаю, потому что                      в общей сложности с года и до 14 лет меня не было рядом. Его воспитывала моя свекровь. Пожив со мной несколько месяцев, сын уехал обратно в Свердловскую область к бабушке. Сегодня мы общаемся по телефону, я плачу алименты, просто так отсылаю ему деньги и надеюсь, что с возрастом он меня поймет и простит.
— Какой урок вы извлекли для себя, пока отбывали наказание в колонии?
— Очень большой урок, который идет со мной по жизни. Находясь уже третий год на свободе, я ни за что ее не потеряю. Больше не хочу оказаться в местах лишения свободы, это не очень приятно, поверьте. Конечно, в колонии у меня остались друзья. Мы иногда созваниваемся, я говорю девчонкам, чтобы держались, не раскисали. Настанет и их час, они выйдут на свободу, и будет все хорошо.





































СТОПИЧЕВ Алексей Александрович,
корреспондент отдела газеты «Белгородские известия»
АНО ИД «Мир Белогорья»

ШКОЛА СТРОГОГО РЕЖИМА.                        
БЕЛГОРОДСКИХ ЗАКЛЮЧЁННЫХ УЧАТ ЖИТЬ НА ВОЛЕ

Солнечный зайчик сквозь тюремную решётку скользнул внутрь режимного учреждения. Пробежался по стриженой голове осуждённого, и остановился на тюремной робе. Маленький и робкий привет с воли, пугающе незнакомой после многих лет заключения…
Что делать осуждённому после отбытия наказания? После нескольких лет жизни в тюрьме и зоне, где свои порядки. Где ограничена свобода. Где каждый день подчинён строгому распорядку. Где всё сливается в сплошное и беспросветное ожидание конца срока.
И чем ближе день выхода на волю, тем сильнее начинают нервничать осуждённые. И чем длиннее был их срок, тем больше волнение. Что там на воле? Как встретят? Что делать с работой? Масса вопросов, ответы на которые осуждённые получают в школе подготовки к освобождению.
Десятки вопросов
Я побывал на таких занятиях в колонии строгого режима ИК № 5. Класс                         в исправительной колонии, конечно, сильно отличается от школьных. На окнах — мощные решётки. Никаких парт. Лишь табуреты, на которых разместились зэки                 в униформе. Всем заключённым, которые здесь, осталось до освобождения не более шести месяцев. При этом все — рецидивисты. У большинства за плечами от трёх                и выше судимостей. Да и статьи, как и сроки отбывания, совсем не детские. Некоторые не были на воле более десяти лет. Потому волнение заключённых вполне понятно. А на вопросы кроме сотрудников колонии отвечал ещё и представитель центра занятости населения.
— Я несколько лет здесь. «Коммуналку» никто не платил. Что мне делать после выхода?
Социальный работник подробно объясняет, куда нужно обратиться, и с кем решать подобные вопросы.
— Скажите, — интересуется другой заключённый у сотрудника центра занятости, — Я штукатур по профессии. Требуется ли эта специальность?
— Требуется. Сейчас рабочие специальности пользуются большим спросом. При вашем личном обращении в Центр занятости вам предложат вакансии, и вы сможете выбрать, — отвечает представитель областного казённого учреждения.
Десятки вопросов. И десятки ответов. Около часа длилось очередное занятие школы.


Колоссальная работа
— Работа проводится колоссальная. К проведению подобных занятий привлекаются сотрудники различных отделов и служб, — рассказал заместитель начальника УФСИН России по Белгородской области Виталий Авдеев. — Это социальные работники, воспитатели, юристы, психологи, сотрудники пенсионного фонда, полицейские, священнослужители и представители «Красного креста». На проводимых занятиях осуждённых знакомят с основными нормами и положениями законодательства о занятости населения, медицинском и пенсионном обеспечении. Рассказывают о трудоустройстве, постановке на учёт в отделы МВД и регистрации по избранному месту жительства. А за месяц до освобождения в органы местного самоуправления, центры занятости и территориальные отделы внутренних дел направляются подробные характеристики, в которых указываются сведения о наличие жилья, социальных и трудовых навыках, взаимоотношениях с родственниками и даже предполагаемая линия поведения. Также в органы МСУ направляются планы социального сопровождения осужденных в постпенитенциарный период.
С первого дня
При этом нужно понимать, что ресоциализацию нельзя провести за полгода. Потому работа с осуждёнными начинается с первого дня их попадания за решётку.                С заключёнными работают психологи и социальные работники. Вопросы решаются разные. О проблемах, которые возникают в колониях, рассказывает старший инспектор группы социальной защиты осуждённых УФСИН России по Белгородской области Галина Орленко:
— Социальная работа у нас начинается сразу же после прибытия осуждённых               в карантинное отделение. Мы выясняем их проблемы. Основные проблемы — это отсутствие документов: паспорта, медицинского полиса, пенсионного удостоверения и так далее. Ещё один немаловажный аспект — налаживание родственных связей. Потому как семья — это очень большая предпосылка для исправления осуждённых. Делаем запросы. Ищем родственников. Оформляем документы, пенсии. Восстанавливаем социальные пособия. Только за 8 месяцев 2015 года было оформлено 280 паспортов гражданина РФ осуждённым, отбывающим наказания в нашей области.
Немаловажную роль в ресоциализации играют психологи. Начальник психологической лаборатории старший лейтенант внутренней службы Руслан Сёмин рассказывает о роли тюремных психологов:
— Мы проводим диагностическую работу с осуждёнными ещё в карантине. Составляем психологический портрет, который в дальнейшем прилагается к личному делу. Если есть необходимость, то ставим осуждённого на профилактический учёт.            В течение всего срока проводим динамическое обследование и психокоррекционную работу. Ну и перед освобождением в обязательном порядке проводим психокоррекцию  и индивидуальные консультирования.
На свободу — с профессией!
Многие заключённые на воле не работали ни дня. Не имеют образования                     и профессии. О таких заключённых уголовно-исполнительная система заботится                            в обязательном порядке. В пенитенциарных учреждениях Белгородской области функционируют 4 профессиональных училища и 3 филиала, где осуждённых обучают востребованным на современном рынке труда профессиям. Это машинисты, токари, сварщики, каменщики, штукатуры, столяры и так далее. Кроме того, осуждённые могут получить даже высшее образование. УФСИН России по Белгородской области заключил соглашение о сотрудничестве с Белгородским филиалом Современной гуманитарной академии. На данный момент 18 заключённых, находясь в местах не столь отдалённых, получают высшее образование. Двое осуждённых уже получили дипломы.
Однако, ради справедливости следует отметить, что далеко не все осуждённые стремятся после выхода найти работу и зажить нормальной жизнью. Ведущий инспектор правовой и кадровой работы ОКУ «Белгородский центр занятости населения» Александр Берест признаётся, что цифра обращающихся к ним достаточно мала. С начала года в центр занятости Белгорода и Белгородского района обратилось всего двадцать освободившихся из мест заключения граждан. Это при том, что на волю вышло несколько сотен заключённых. Да и те, кто обращается после выхода — не всегда приходят во второй раз. Так, из 20 бывших заключённых двое трудоустроено. Ещё четверо стоят на учёте. А 12 человек просто не пришли на перерегистрацию и для подбора подходящей работы. Ещё двое просто отказались от услуг Центра занятости.
— Мы прилагаем все усилия, чтобы помочь людям войти в социум. К каждому такому обратившемуся инспекторы применяют индивидуальный подход. Но далеко не каждый идёт к нам.
Тем, кто захочет
Для того, чтобы, ещё находясь в местах лишения свободы, заключённые могли ознакомиться с заявками и вакансиями, в первом квартале 2015 года Управлением ФСИН России по Белгородской области были закуплены и установлены информационные терминалы, общей стоимостью более полумиллиона рублей. Эти терминалы администрации пенитенциарных учреждений установлены в общедоступных местах, и кроме вакансий содержат все необходимые нормативно-правовые акты.                      А также базу данных органов местного самоуправления, ОМВД, центров занятости, управлений социальной защиты, медицинских учреждений и учебно-курсовых комбинатов.
Для осуждённых, которые после отбытия срока захотят стать на путь исправления и жить нормальной жизнью, созданы все условия различными региональными и федеральными структурами. Но последнее слово всё равно остаётся за бывшими осуждёнными. Именно они будут строить своё будущее. Или лишать себя этого будущего.




МАКАРЕНКО Светлана Александровна,
психолог психологический лаборатории  
ИК-7 УФСИН России по Камчатскому краю

НАЙТИ СЕБЯ

Отбывание наказания в виде лишения свободы связано с рядом негативных факторов, которые затрудняют социальную адаптацию лиц, освобождаемых из исправительного учреждения. Ослабление семейных, родственных связей, потеря навыков рационального использования материальных ресурсов и принятия адекватных решений в различных жизненных ситуациях выдвигают задачу подготовки осужденных к жизни на свободе в ранг приоритетных направлений деятельности исправительных учреждений.
Осужденный по окончанию срока наказания снова попадает в общество, законы  которого он должен соблюдать, но в силу разных причин не всегда в состоянии им следовать.
Успешность социальной адаптации, как показывает практика, зависит от включения освобожденного в общественно-полезный труд, обучение, установление здоровых семейных отношений, восстановление социальных связей и укрепление нравственных ценностей как факторов социального поведения.
Из ФКУ ИК-7 не так давно освободилась по концу срока отбывания наказания Попова Светлана, которая после отбывания наказания местом жительства выбрала наше село. Перед Светланой, как и перед многими осужденными, готовящимися                    к освобождению, возник ряд вопросов: куда освобождаться? где работать? как наладить свой быт?
Еще находясь в местах лишения свободы, Светлана осваивала азы шитья. Но сначала, вспоминает она, желания получить специальность швеи у неё не было.                 А  мастер училища Ирина Максимовна Куракова уже тогда заметила в ней задатки будущего мастера и поняла, что толк будет именно с этой ученицы. Прошло время.
Свою подготовку к предстоящему выходу на свободу Светлана начала задолго до освобождения: наладила взаимоотношения с детьми и социальные связи, обратилась  в центр занятости населения, направила самостоятельно обращения к индивидуальным предпринимателям с просьбой возможного трудоустройства, к знакомым в поисках места жительства. Родителей давно нет в живых, возвращаться в Карагинский район некуда, да и не к кому.
Получив подтверждение о трудоустройстве и месте проживания, решила остаться                  в Мильково. В настоящее время Светлана Попова работает учеником в швейной мастерской И.М. Кураковой. Её цель — дойти до уровня мастера по пошиву одежды и шить, шить, шить.
В статье она обращается к осужденным, находящимся в местах лишения свободы: «После освобождения необходимо не откладывать в долгий ящик своё трудоустройство, а сразу устраиваться на работу. За воротами учреждения тебя охватывает эйфория — вот она, долгожданная свобода! Не нужно её праздновать, необходимо идти вперёд не останавливаясь, не опускать руки, если что-то не получается, верить, терпеть. Никогда не думала, что вокруг много добрых отзывчивых людей. А они на самом деле есть! Это люди, которые мне помогают, поддерживают. Благодаря им, я не опускаю руки. Очень трудно приходится в бытовом плане: как рассчитать свой бюджет, обустроить быт. Но я верю, что трудности — временное явление. Хотелось бы сказать осужденным, которые еще отбывают наказание и готовятся к освобождению: цените внимание родителей, берегите близких. Не употребляйте спиртные напитки, ведь преступления совершаются под влиянием алкоголя».
В заключение  хочется добавить, что уголовно-исполнительные учреждения не могут подготовить осужденных к освобождению без помощи других организаций гражданского общества. Поэтому необходимо способствовать тому, чтобы государственные и общественные организации, работающие с бывшими осужденными, устанавливали с ними взаимоотношения еще до освобождения и начинали планировать процесс их реинтеграции в общество.




























КИМ Ирина Владимировна,
корреспондент газеты «Тихоокеанская вахта»

ОСТУПИТЬСЯ, НО НЕ УПАСТЬ

Не место красит человека… Да и человек, к сожалению, не всегда способен скрасить место — порой сила сопротивления (общей энергетики) бывает слишком велика. Но кто сказал, что нельзя озарить собственным светом хотя бы маленький мир вокруг себя? Этот свет не только заставит стоящих рядом оглянуться и задуматься, но                      и не даст душе самого человека угаснуть…
Работая в камчатских исправительных колониях долгое время, я уже привыкла не смотреть в лица тех, кто оказался «за чертой». Да и внимания этих людей особо привлекать никогда не хотелось — неприятно как-то… Однако, как в песне поется, бывают в жизни встречи. В очередной раз, приехав на репортаж в исправительную колонию строго режима № 6, я попала на концерт местной группы «Свои люди». Очень колоритные ребята в режимной «спецовке» стояли на сцене с гитарами. В центр твердой походкой вышел вокалист — крепкий высокий молодой человек — Андрей Селюк. Забыв о том, что за моей спиной около сотни осужденных (за тяжкие преступления, рецидивистов) я буквально впилась в него взглядом. А голосище-то какой! Пробрал до мурашек. Потом на концерты Андрея я приходила часто. А однажды посчастливилось увидеть его в новом амплуа — актером самодеятельного театра, образованного в колонии. И всегда, где бы и в какой роли не выступал, Андрей буквально становился гвоздем программы. Очень яркая личность! Но все это было лет пять назад.
А вот буквально, прогуливаясь по местным улочкам, я вдруг увидела афиши концерта. Выступать на одной из городских сцен должен был, как вы думаете, кто?.. Вскоре такие постеры стали появляться все чаще и чаще. И вот однажды мы снова встретились. Андрей встречал нас на сцене духовно-просветительского центра, созданного при камчатской епархии. Теперь — это его новое место работы. После отбывания срока наказания он уже нашел свое место в жизни и, как нам кажется, стал ярким примером тому, что оступиться в этой жизни может каждый, но вот не упасть  в пропасть, а наоборот расти над собой и своими возможностями должны все без исключения.
Здесь, в духовно насыщенном месте, и состоялась наша первая беседа не за колючей проволокой.
Андрей:
— В колонии строгого режима я собрал группу «Свои люди». А клуб, где мы репетировали, находится рядом с церковью. И однажды мимо нашего клуба шел священник — отец Василий (Тищенко). Зашел к нам… Я, говорит, несу слово Божие и вот хотелось его доносить не только через проповедь, а может и через песню, через стих. Мы быстро нашли общий язык, стали работать и проводить концерты вместе. Батюшка всегда подгадывал, чтобы концерты под какие-то церковные праздники попадали. Мы подбирали соответствующий репертуар. Хотелось, чтобы человек после встречи с нами о чем-то подумал, может, стал лучше, добрее. Песни у нас добрые были — о любви, о дружбе, о Родине. Потом мы с отцом Василием предложили начальнику УФСИН собрать деньги для строительства храма в мильковских колониях (для женщин и несовершеннолетних). Тогда управлением руководил Николай Иванович Сангаджигоряев. Он дал добро. Мы выступили в ДК «Сероглазка» и собрали ни много ни мало — 40 тысяч рублей. С этих денег и был заложен первый камень того храма, и началось его строительство.
У каждого из нас в жизни бывают судьбоносные встречи. Для Андрея такой стала встреча с отцом Василием (как его многие называют, тюремный священник. — Прим. авт.). Батюшка стал его духовным наставником. Священнослужителю осужденный открыл свою душу, а тот в свою очередь указал путь к духовному спасению, и как потом оказалось — досрочному освобождению.
Андрей:
— Однажды батюшка мне говорит: Андрей, тебя если этому (петь, писать стихи. — Прим. авт.) никто не учил, значит, ты с этим родился, Бог дал тебе этот талант при рождении, и в землю это зарыть нельзя: это надо людям отдать. И на меня это очень сильно подействовало! Я стал много работать и выступать. А когда я «освобождался» меня встречала не только жена, но и отец Василий. Это он привел меня к владыке,               и теперь я вот в духовно-просветительском центре работаю.
Конечно, будучи осужденным, среди таких же ограниченных от внешнего мира людей в черной форме, которых не просто так называют спецконтингентом, очень трудно достучаться до сердец. И услышать искренние аплодисменты, а тем более слова благодарности, крайне сложно. И каждый, кто хоть раз выступал на сцене перед подобной публикой, это чувствовал. Растопить сердца и вызволить наружу настоящие чувства в таком специфическом социуме — большой талант. Как оказалось, таланта Андрея хватило и на это.
Андрей:
— Я отлично помню, свои первые выходы на сцену в колонии. Поначалу нас воспринимали не очень хорошо. Кому-то нравилось, кому-то нет… потом стало получше. Я прекрасно понимал, что пришли зрители сюда не потому, что сами захотели, а потому, что так была составлена программа дня. Я видел, что они не хлопают, сидят и ждут, чтобы скорей это уже закончилось… Но батюшка в таких случаях говорил так: если и по принуждению они часик посидят, и хотя бы один из этих ста человек что-то для себя хорошее отложит в голову — концерт уже не зря прошел. Еще батюшка любил успокаивать: «Я понимаю, что уходишь ты с тяжелым сердцем, когда обстановка такая, но думай о том, что твое выступление — это прежде всего проповедь». И поэтому меня не смущает сколько человек сидит в зале — десять или сто… Кстати, после освобождения я уже три раза посещал колонию с концертом. Однако в этот раз я просил, чтобы послушать пришли именно те, кто этого хочет. Руководство колонии пошло мне на встречу… И был полный зал!
И тогда, и тем более сейчас перед концертами в таких местах я всегда говорю зрителям самое, на мой взгляд, важное: «Вы, будучи здесь, настраиваете себя, что однажды выйдете, и вас там не встретит друг с бутылкой коньяка. Но главное заключается не в том, чтобы пить водку и употреблять наркотики… попробуйте наоборот представить, что вас встретит мама или жена, посадит вас в машину, отвезет вас домой, накроет вам стол… Готовьте себя к тому, что вам нужно будет идти работать, заботиться о них. Так себя настраивайте, и все в жизни изменится! Вот я — вам живой пример».
И действительно, уже несколько лет прошло с тех пор, как Андрей вышел на свободу, но желания выпить, или что-то набедокурить не было — об этом и думать некогда. Вокруг любимая семья, дети, внуки, работа, приносящая радость и новое вдохновение, и простые (но милые сердцу) повседневные хлопоты. И ребята,                    с которыми его свела судьба именно «за решеткой», часто сами признаются, что изменили свою жизнь к лучшему именно потому, что перед глазами был такой пример. Конечно, человеку, проведшему несколько лет в замкнутой, подчиненной определенному режиму обстановке первое время «воля» зачастую кажется враждебной. Оторванные долгое время от нормальной жизни с ее бытовыми мелочами, многие срываются и оступаются второй и третий раз… Но Андрей не постеснялся рассказать и об этом, и о том, как выходил из этого тяжелого состояния.
Андрей:
— В 2010 году меня осудили на 4 года. И белый свет, конечно, был не мил. Очень тяжело было. Но за свои же поступки надо отвечать, и во всем, что случилось, я винил только самого себя. И с самых первых дней, как я пришел в колонию, я думал о том, что 4 года сидеть не надо, нужно освободиться условно-досрочно, потому что там ждут мама, сестра, племянница — я нужен им дома. Они приезжали ко мне на свидания всегда. Связь не терялась. С первых дней срока пошел на работу, группу               я собрал, занимался общественной работой — футбольное поле стали делать, баскетбольную площадку… С момента моего освобождения уже прошло 2 года. Был переломный момент. Было чувство, что ты лишний здесь, ты никому не нужен. А все потому, что на несколько лет буквально выпал из жизни. У тебя нет друзей: как правило, многие из них отворачиваются в такой ситуации. И очень важно в такой момент знать, как тебя принимает общество. Когда человек никому не нужен, тогда его «забирает» алкоголь, хочется забыться, уйти от реальности. А если есть хоть небольшая поддержка, люди тебе подают руку (это очень важно!), тогда хочется жить. Семья и жена — это очень важно. И когда плохо тебе — есть на кого опереться, есть кому открыться.
Сегодня семья для Андрея значит очень много. Точнее, это самое главное для него. Несмотря на то, что еще сам довольно молод (44 года), уже успел стать дедушкой. И счастлив от этого! Счастлив, что строит баню на даче, что вокруг много деток. А как он говорит про свою жену Ирочку (только так, ласково, зовет ее) можно слушать как сами песни — постоянно. А познакомились они не так давно. Однажды   в колонию приехала елизовский режиссер Ирина и предложила организовать там небольшой театр. Что-то вроде психологической реабилитации осужденных. Андрей пришел в эту самодеятельность одним из первых: ему как вокалисту надо было поставить речь, выправить движения… Полтора года работали вместе, и в один момент поняли, что общего между ними столько, что забором и колючей проволокой это уже не разъединить. Поженились еще до освобождения Андрея. Вот и встречала Ира его уже как своего мужа. Отношения партнерские у них тоже остались и успешно развиваются. Вместе работают в елизовском театре, вместе подбирают репертуар Андрею, и вместе идут по жизни, поддерживая друг друга в трудные минуты, радуются тому, что пополняется их семья, а любимая работа приносит свои плоды. Так, например, Андрей уже стал почетным гостем многих концертов, фестивалей              и конкурсов. Но планов на будущее у него еще бóльше. И при этом все они очень искренние и весьма бескорыстные.
Андрей:
— Когда делаешь добрые дела, такая отдача от людей идет, что ты этим еще больше заряжаешься и хочется творить и делать от души, искренне, без всякой выгоды! И я такой человек — на все смотрю с позитивной стороны.  Я никогда не унывал, как бы ни складывалась жизнь. Я всегда старался идти вперед, жить…                  Я мужчина — я должен быть крепким. И хочу делиться этими чувствами                        с окружающими, с теми, кому нужна поддержка. Очень надеюсь, что в этом году нам с батюшкой удастся закончить строительство церкви в поселке Авача. Хочу набраться наглости и подать заявку на «Голос». Хочу свой альбом записать, причем не только музыкальный, но и где я стихи читаю… Работать и дарить людям то, что мне Бог дал. Новые концерты, новые программы... Хочется жить, любить и быть любимым, растить внуков, научить их чему-то хорошему, доброму.
Вот такие встречи, такие беседы… А недавно видела Андрея по местному телеканалу в социальном ролике, снятом по заказу ГИБДД. Вот и кто скажет после этого, что преступив за черту закона, вернуться назад уже не возможно?.. Мне кажется, что Андрей на этот вопрос ответил бы так: вернуться назад необходимо, при этом вернуться таким человеком, которому были бы рады все, мимо кого ты проходишь. Вот это и есть победа над собой и теми соблазнами, что встречаются на пути у всякого.
















ЖУРАВЛЁВА Анна Владимировна,
корреспондент газеты «Курская правда»

ЗАСИЯЛ КУПОЛ НАД ХРАМОМ

В расположенной в Суджанском районе женской колонии установили купол на новый храм. К этому радостному для осужденных женщин и сотрудников колонии событию готовились три года. Фундамент церкви Святой великомученицы Анастасии Узорешительницы был заложен в 2012 году. Церковь возводили всем миром: многие работы осужденные женщины делали сами, свою лепту внесли сотрудники колонии, нашлись и добрые люди, желавшие помочь в благом деле.
Как отметил духовник колонии священник храма Иоанна Богослова в селе Малой Локне Александр Зинченко, средства на храм в колонии давали и люди состоятельные, и те, у кого лишних денег нет. Помогли в возведении храма начальник ДРСУ Суджанского района Николай Ильинов, руководитель Агроальянса Андрей Семилуженко и другие. К примеру, работающая на местной автозаправке женщина по имени Наталья по собственной инициативе во время Великого поста собрала солидную сумму. И вот счастливый день настал — освещенный купол с крестом установлен, остались внутренние работы.
Руководитель епархиального отдела по связям с УФСИН России по Курской области протоиерей Евгений Бычков отслужил молебен. Остались кровельные                       и внутренние работы. К осени в новой церкви начнутся богослужения. Храм для паствы колонии — отдушина, возможность раскаяться и разобраться в себе.
— Почти все осужденные женщины ходят в церковь, — говорит протоиерей Александр Зинченко. — Молитва их и успокаивает, и помогает раскаяться, осознать свои ошибки. Многие молятся не только о своих оставшихся на свободе близких, но          и о потерпевших, и очень хотят, чтобы пострадавшие от их преступлений люди простили их.
Сейчас, как рассказал начальник ИК-11 Владимир Толстихин, помощь православной церкви в воспитательной работе с осужденными неоценима. Спецконтингент сложный: наказание в ИК-11 отбывают женщины с криминальным прошлым. Все они и раньше за разные преступления приговаривались к реальной мере лишения свободы, а после освобождения снова совершали преступления. Основная часть осужденных ИК-11 отбывает наказание за убийство или причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть человека, преступления, связанные                    с незаконным оборотом наркотиков и кражами. Среди них шесть девушек, не достигших 25-летнего возраста. Каждая из них первое преступление совершила еще        в несовершеннолетнем возрасте.
Как представительницы пола слабого и прекрасного становятся рецидивистками? В силу разных причин они забыли о том, чему их пытались научить в школе и дома: нельзя брать чужое, наживаться на продаже наркотиков — страшный грех, не говоря уже об убийстве…
29-летняяя Светлана из Смоленской области в местах лишения свободы находится два года. Дома никто не ждет. Родители Светланы погибли, когда она еще была ребенком. Девчонку вырастила старшая сестра. А потом у Светланы появились подруги, с которыми было так весело проводить время. На развлечения нужны деньги, Светлана попалась на краже. Сначала ее приговорили к наказанию, не связанному с реальным лишением свободы, но Светлана снова совершила преступление и тогда уже попала за решетку. Дома ее ждала сестра, она надеялась, что Света, освободившись, устроится на работу. Хотя девушка с серьезными намерениями вернулась домой, снова появились подружки… И опять разгульная жизнь привела                в исправительную колонию. Теперь уже в Курской области. При любой возможности Светлана посещает службы (пока они проходят в приспособленном помещении)                 и помогает батюшке. Через десять месяцев она выйдет на свободу, но на этот раз помочь ей будет некому. Старшая сестра умерла от тяжелой болезни. Но есть комната в общежитии и предприятие, которому всегда требуются рабочие руки. В родном городе остались и «подружки». Только теперь Светлана знает им цену: за все время заключения ни посылки, ни письма никто из них ей не передал. Молодая женщина надеется, что вера в Бога, в которой она укрепилась в колонии, поможет ей найти правильный путь в жизни.
Одна из главных задач сотрудников колонии — научить осужденных зарабатывать себе на жизнь честным трудом. Большая часть женщин задействована на швейном производстве. Надо сказать, что продукция швейного цеха отличается прекрасным качеством и разнообразием: женский и мужской трикотаж, детские вещи, начиная с младенческого возраста. 39-летняя Наталья строчит очаровательные ползунки, на передничке которых вышито: «Прошу любить и баловать!» Для многих швей колонии участие в создании нарядов для детей — работа, трогающая душу. Ведь они тоже матери. Бесспорно, в том, что дети растут без материнского тепла, виноваты сами женщины. К примеру, Наталья поплатилась свободой за кражу. «Сидеть» ей осталось семь месяцев. Дома ждут сыновья. И Наталья надеется, что обретенная вера в Бога и новая специальность, полученная в колонии, помогут ей и ее близким стать по-настоящему счастливыми.













ПАТРОНОВА Ирина,
корреспондент «Кубань 24»

В КУБАНСКИХ КОЛОНИЯХ ОТКРЫЛИСЬ
ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ПРОГРАММЫ ДЛЯ ОСУЖДЕННЫХ

На Кубани осужденные теперь могут получить среднее специальное образование во время заключения.
Вместо тюремной робы — белый фартук и нож в руках. Осужденная за мошенничество Ирина Жданова примерила новый образ — кулинара. Бухгалтер                       с двумя высшими образованиями так вдохновилась кондитерским делом, что решила открыть маленькую кофейню. Позже, когда выйдет на свободу.
«Перед тем, как попасть в эти обстоятельства, я находилась в каком-то жизненном тупике. Сейчас я немного пришла в себя, увидела, что жизнь продолжается. Человек обретает уверенность в себе, профессию приобретает. И уже не будет так метаться, что же ему делать», — говорит она.
Еще 26 женщин, как и Ирина Жданова, смогут бесплатно научиться вкусно варить борщи, жарить котлеты, печь пироги и не только. Впервые за историю женской колонии здесь открыли курсы поваров-кондитеров.
Это настоящая новость за колючей проволокой. Ведь раньше заключенные могли заниматься только швейным делом. А теперь появилась альтернатива. Но и этого им уже мало.
«Предоставлялись бы новые курсы. К примеру, ландшафтного дизайна. У нас очень большая территория, которую можно было бы с помощью самих же осужденных, с помощью творчества и фантазии облагородить», — считает осужденная Светлана Кирикова.
«Сейчас мы находимся в исправительной колонии строгого режима № 2. Здесь за тяжкие и особо тяжкие преступления, такие как изнасилования, грабежи и убийства, отбывают наказание больше 1,5 тыс. человек. И сегодня для этих мужчин открыли обучение сразу по трем новым специальностям», — рассказывает корреспондент «Кубань 24» Ирина Патронова.
Это профессии штукатура, плиточника и облицовщика. Евгений Шабанов — один из первых учеников. В тюремные застенки он попал за угрозу минирования.                А первый раз увидел небо в клеточку за убийство по неосторожности. Сейчас мужчина старательно учится штукатурить стены.
«Чтобы, конечно, выйти и нормально работать на строительстве. Потому что профессия востребованная. Очень приятно работать с новым оборудованием, даже которого не видел никогда. Например, лазерный нивелир», — говорит он.
На закупку такого оборудования и обустройство помещений ушло около 1,5 млн. рублей. Все новые специальности и в женской, и в мужской колонии открыли благодаря финансовой помощи благотворительного фонда Олега Дерипаски «Вольное дело».
«Мы здесь людей готовим к освобождению. После этого наши работники встречают их после освобождения. Помогают им трудоустраиваться в жизни здесь, на территории Усть-Лабинского района. Помогают им оформить документы», — рассказывает руководитель проекта «Возвращение» фонда «Вольное дело» Петр Посмаков.
Кроме новых специальностей, заключенные уже год как осваивают работу каменщика, арматурщика и слесаря. Возможности у мужчин широкие, а вот руки связаны. И вовсе не тюремным режимом, а маленьким интересом предпринимателей к сотрудничеству с колониями.
«Привлечь максимум предпринимателей, чтобы они разместились, разместили свои цеха, объекты, производства в наших исправительных учреждениях, чтобы трудоустроить максимум заключенных. И поверьте мне, желающих очень много», — говорит заместитель начальника УФСИН по Краснодарскому краю Валерий Гуничев.
Как считают специалисты, чтобы человек не вернулся за решетку, ему нужно вернуться в нормальную жизнь и найти работу. Получение рабочей специальности за колючей проволокой помогает отвлечься, а еще заработать и получить шанс стать обычным гражданином страны.


























БАСОВА Елена Николаевна,
старший инспектор пресс-службы
УФСИН России по Республике Марий Эл

В РУКИ ВЗЯТЬ КРЮЧОК — ПОЛУЧАЕТСЯ ЦВЕТОК

В исправительной колонии № 7 УФСИН России по Республике Марий Эл, расположенной в поселке с солнечным названием Светлый, состоялся конкурс «Мисс Весна», который по зрелищности и размаху превзошел все ожидания.
«Гвоздем» программы стало представление коллекции платьев с созвучным названием «Весна». Необычность ее заключается в том, что все платья ручной работы и связаны одной осужденной. Всего в коллекции «Весна» представлено десять моделей, каждая из которых носит название цветка: фиалка, ирис, мак, роза…
Автор модной коллекции — Наталья Лабека, отбывающая наказание в этой колонии.
— Вязать меня научила бабушка, когда мне было шесть лет, — рассказывает Наталья. — С тех пор я, можно сказать, не расстаюсь со спицами. Начала с шарфика, в 12 лет связала платье, затем подарки для близких. В детстве я вязала медленнее, зато вещи носились долго и с большой любовью.
Родом мастерица из города Ейск Краснодарского края. В Марий Эл она отбывает наказание в исправительной колонии за совершенную кражу.
—  Край красивый, лесной, — признается осужденная, — но мне, южанке, все время было холодно, я долго не могла привыкнуть к местному климату... Забывалась только, когда вязала — это меня успокаивает. Любую свободную минуту провожу за любимым занятием. Как-то раз в колонии меня спросили, смогу ли я связать беретки для артистов, потом сеточки на тельняшки. Я справилась. Вообще, связать можно все, что угодно. В прошлом году ко мне подошла Ирина Викторовна Цветкова — заведующая клубом нашей колонии, и поделилась идеей создания коллекции платьев к предстоящему конкурсу красоты «Мисс Весна». Предложение понравилось, и я сразу взялась за работу.
Чтобы вязать в колонии, потребовалось специальное разрешение от администрации на спицы и крючки.
— Каждое платье из коллекции вязалось по-разному. Все зависит от человека, на которого вяжешь, от его характера и типажа. Свою любимую модель «Фиалка» я вообще связала за 5 дней. Иногда работала по 14 часов в день — спасибо администрации колонии, что разрешили. Работать, конечно, приходилось после учебы.
К слову, в колонии Наталья окончила профессиональное училище и получила специальность оператора ЭВМ. Признается, что для нее очень важно идти в ногу со временем.
— Все фасоны изделий рождаются в воображении, хотя я и пользуюсь журналами по вязанию, но каждый раз придумываю что-то свое, вкладываю душу. Вообще, я считаю, что в каждой женщине есть своя изюминка и каждая по-своему талантлива. Главное — раскрыть и подчеркнуть этот талант. Глядя на меня,                          у некоторых женщин в колонии тоже просыпается желание рукодельничать. Я не скажу, что все в отряде повально начали вязать, но некоторых я научила пользоваться спицами и крючком,  чем очень горжусь,  — признается Наталья.
Для нее очень важен выбор материала и размер спиц, лучше всего, с ее точки зрения, тяжелые металлические спицы.
— Люблю вязать руками, хотя на машинке тоже умею. Считаю, что когда вяжешь своими руками, вкладываешь в работу свою душу, частичку своего сердца, и изделие получается гораздо красивее, сразу все обращают на него внимание. Мне лично очень понравилась эта коллекция, я горжусь результатами своего труда. Да и девочкам-моделям, и зрителям тоже понравилось. Все платья останутся в колонии — будет добрая память обо мне, — говорит автор.
Вскоре Наталья Лабека выходит на свободу. Дома ее с нетерпением ждут дочери и внуки. Кстати сказать, Наталья Лабека принимала участие в благотворительной акции «Подари тепло детям»: связала для ребят из Люльпанского детского дома варежки, носочки, детские костюмчики. Как она признается, вязала на одном дыхании, зная, что это согреет обездоленных деток.




























КАНАТЕЕВ Андрей Михайлович,
начальник пресс-службы
УФСИН России по Республике Марий Эл

КУКОЛЬНЫЙ ДОМ С ДОБРЫМ ЛИЦОМ

В женскую исправительную колонию № 7 УФСИН России по Республике Марий Эл пришло новое увлечение со скандинавскими корнями — тильды.
Так официально именуются куклы, которых в свободное от школы и работы время учатся — и не без успеха — шить осужденные учреждения под руководством ведущего, пожалуй, «тильдоведа» республики.
У Натальи Леухиной уже была персональная выставка кукол в йошкар-олинском музее народно-прикладного искусства, причем, учитывая высокий интерес посетителей, организаторы даже продлевали сроки экспозиции. Так что занятия, которые Наталья Валерьевна проводит в колонии, являются мастер-классами в самом буквальном смысле слова «мастер».
Что же это такое — тильды? Милые и забавные, слегка непропорциональные куклы сугубо ручной работы, поэтому в мире нет двух одинаковых тильд, даже если они сшиты по одной выкройке. Создателем бренда является Тони Финнангер, норвежский дизайнер. Тильда — это максимально упрощенный, в чем-то даже абстрактный образ, несущий при этом самые положительные эмоции. Персонажами могут быть и животные, и люди, и вообще некие сказочные существа — в конце концов, семейка муми-троллей тоже родом из Скандинавии.
По профессии Наталья Леухина модельер-закройщик, а тильды — это одно из ее увлечений, которым она охотно делится со всеми, желающими приобщиться                           к кукольному таинству. Таковых в исправительной колонии набралось 20 с лишним человек. И уже после первых занятий педагог отметила нескольких осужденных, имеющих явный талант к созданию модных ныне тильд.
— Это хобби, не требующее каких-то серьезных вложений, по крайней мере, на начальном этапе, — говорит Наталья Валерьевна. — Хлопок, бязь, шерсть для валяния, ленты, нитки, пуговицы и, конечно, самое главное — желание. Сначала мы работаем по готовым выкройкам, а со временем, надеюсь, у нас появятся и по-настоящему авторские работы.
Идей хватает. Например, для участия во Всероссийском конкурсе изобразительного искусства среди осужденных, который ежегодно проводит Попечительский совет уголовно-исполнительной системы, в колонии планируют сделать несколько коллекций. Это будут рождественские и пасхальные куклы, а еще, возможно, тильды в марийских национальных костюмах.
Ирина Цветкова, заведующая колонистским клубом, со временем надеется организовать и уникальный кукольный театр, правда, репертуар у него тоже должен быть своеобразным, соответствующим наивному и светлому тильдовскому духу... Впрочем, это пока идеи на перспективу.
Естественно, такая «секция мягких игрушек» была бы невозможна без разрешения администрации женской колонии. Впрочем, ее руководство всемерно поддерживает стремление своих подопечных к творчеству. Летом этого года осужденные уже провели акцию «В режиме доброты», и сшили для Люльпанского детского дома больше сотни игрушек. Как оказалось, куклотворчество в колонии на этом не закончилось, а теперь выходит на более высокий уровень, потому что                         в создании тильд высшим пилотажем считается обилие мелких деталей — кармашки, заплатки, пуговички, ремешки на туфельках.
Такое под силу только профессионалам. По мнению Натальи Леухиной, как минимум, у одной осужденной, посещающей мастер-классы, способность к этому есть. Кристина Баранова родом из Мурманска, будучи на свободе, о тильдах только слышала, а тут, в колонии, уже научилась их делать — буквально за несколько уроков. Последняя из ее работ — совсем не страшная ведьма Хельга — заслужила очень высоких оценок профессионала.
Если рассматривать сугубо коммерческий аспект, то абстрактные тильды имеют вполне реальную стоимость, причем, в случае работ признанных мастериц жанра, более чем реальную. Но у милых игрушек есть и немеркантильное, а вполне прикладное значение. Они могут стать неповторимым элементом дизайна жилого помещения и привнести в дом уют. А еще это отличный подарок по любому поводу (и даже без него). Потому и появились тильды в исправительной колонии, что принесли с собой, кроме понятной и очевидной пользы, светлые эмоции и доброту.






















КАНАТЕЕВ Андрей Михайлович,
начальник пресс-службы УФСИН России по Республике Марий Эл

ДИАЛОГ С ЛЕРМОНТОВЫМ

На кабельном телевидении исправительной колонии № 6 УФСИН России по Республике Марий Эл вышел в эфир первый выпуск программы «В мире литературы». Идея специального проекта, посвященного Году литературы в России, разработана сотрудниками отдела воспитательной работы совместно с инициативной группой осужденных.
Планируется, что новая 20-минутная передача будет выходить в эфир ежемесячно. Ведущие кабельного «Диалог-ТВ» расскажут телезрителям о классиках русской                    и советской литературы, а после завершения передачи программу продолжит художественный фильм-экранизация.
Пилотный выпуск проекта «В мире литературы» посвящен творчеству Михаила Лермонтова, 200-летний юбилей которого отмечался недавно. Почему создатели передачи решили начать именно с Михаила Юрьевича?
— С нашей точки зрения, Лермонтов — один из самых загадочных классиков русской литературы, — говорит осужденный Евгений Белесов, ведущий новой телевизионной программы. — Его на протяжении всей жизни сопровождали многочисленные слухи и мистификации. Ведь даже современники, с ним непосредственно встречавшиеся, описывали поэта совершенно по-разному.
В ходе подготовки передачи авторская группа проштудировала немалое  количество книг и газетных публикаций о жизни и творчестве поэта. Подробно ведущий остановился на неизвестных зрителям военных страницах биографии классика — не случайно Лермонтова называют одним из первых российских спецназовцев. Дело в том, что в ходе событий на Кавказе поэт возглавлял особую сотню казаков, основу которой составляли «пластуны» — своеобразный казачий спецназ, ответственный за разведывательно-диверсионные операции.
После первого выпуска передачи «В мире литературы» в эфир кабельного «Диалог-ТВ» вышла экранизация романа Лермонтова «Герой нашего времени»,                     а в библиотеке для осужденных в эти дни работает выставка, посвященная творчеству классика русской литературы. Сотрудники отдела воспитательной работы планируют провести небольшое исследование: станут ли книги Лермонтова более популярными среди осужденных читателей?
Первоначальные идеи авторов проекта понемногу обрастают креативными находками. Уже в следующей передаче, посвященной Сергею Есенину и его творчеству, в 20-минутный фильм войдут небольшие инсценированные сценки из жизни поэта.
Герой апрельской программы «В мире литературы» пока неизвестен, но в майский выпуск в эфир выйдет видеорассказ о Михаиле Александровиче Шолохове. Причин, как минимум, две — 110-летний юбилей писателя и его блистательная военная проза.
— Наш проект посвящен Году литературы в России, но уверен, мы не ограничимся одним годом, и будем продолжать его и в дальнейшем, — говорит Марат Сафаров, заместитель начальника исправительной колонии № 6. — Возможно, в следующих передачах мы расскажем и о классиках марийской литературы: в нашем учреждении отбывают наказание осужденные из разных регионов России, для них это будет познавательно.





































АНОХИН Андрей Валерьевич,
корреспондент региональной
общественно-политической газеты «Амурская правда»

ФИЗИКА СТРОГОГО РЕЖИМА: ОКОЛО ТЫСЯЧИ ОСУЖДЕННЫХ
ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЙ СЕЛИ ЗА ПАРТЫ

В руке — мел, на груди — кнопка дистанционного сигнала тревоги. Учитель Ольга Сорокина несет разумное, доброе, вечное в атмосфере строгого режима. Ее ученики — народ сплошь грамотный, у каждого за спиной богатый багаж знаний. Правда, в большинстве своем — криминальных. На тревожную кнопку преподаватель физики и математики нажимает регулярно, но только для проверки ее работоспособности. В реальной жизни за пределами исправительного учреждения бывшие ученики всегда здороваются при встрече.
На свободу с аттестатом
Тема сегодняшнего урока «Фокус линзы». Ученики — за партами, учитель —            у доски. Учебный год в колонии строгого режима села Среднебелое начался строго по учебному расписанию. Распорядок дня в общеобразовательной школе при учреждениях исполнения наказаний почти не отличается от обычных школ по другую сторону высокого забора. Те же ручки, тетради, перемены и домашние задания. Разве что ученики сплошь мужчины да отсутствие шпаргалок.
— Осужденным запрещено иметь мобильные телефоны, также им не положены интернет и другие вспомогательные средства. Вся жизнь наших учеников проходит под неусыпным контролем администрации колонии. Поэтому и в школе надежда только на свои знания и добросовестность, — делится директор школы Александр Вышинский. — Как правило, это люди, за которыми недосмотрели в детстве и в силу определенных причин не получившие полноценного образования. По закону, находясь в местах лишения свободы, они обязаны окончить полный курс школьной программы. Но касается это только людей, не достигших 30-летнего возраста. Остальные могут постигать грамоту при желании. Наша задача, помимо прочего, — дать осужденным возможность почувствовать себя полноценными, достойными людьми. Через школьное воспитание привить им общечеловеческие ценности.
Сергей Турков — один из лучших учеников в 12-м «Б» классе. На занятиях активно работает, домашние задания выполняет добросовестно. За спиной Сергея               10 лет строгача, впереди — выход на свободу. Долгожданная минута наступит всего через 7 месяцев. Домой, к жене и 17-летнему сыну, глава семьи приедет не с пустыми руками. В качестве главного подарка привезет собственный аттестат зрелости.
— Физика — это практичный предмет. Ранее в колонии мне удалось освоить профессии автослесаря и электросварщика, поэтому школьные знания планирую применить в будущей реальной работе, — делится соображениями 39-летний старшеклассник.
Школа для осужденных — это целая сеть учебных заведений в колониях, СИЗО и других учреждениях Амурского УФСИН. Головное подразделение школы расположено в ИК-3 села Среднебелое. Только здесь за партами 171 человек. Самому старшему под 50 лет. В программе те же предметы, что и в обычной школе. Отсутствуют разве что физкультура и музыка. В остальном — никаких поблажек.
— Это взрослые люди с определенным житейским опытом. Многие сталкивались, допустим, с электричеством во время предыдущей работы, поэтому имеют определенное представление о предмете, задают много вопросов, мы часто спорим, — добавляет Ольга Адольфовна. — У меня 32 года общего стажа, из них                в колонии пятый год. Я пока не пожалела. Несмотря на специфичную атмосферу, здесь интересно работать.
Колизей из потолочной плитки
В администрации школы признают — учиться с желанием идут не все. Переломить отношение к учебе помогает корпоративный дух подвижничества. Отрыв от большого мира и ограниченное пространство дают выход дремавшим доселе созидательным талантам, многие находят себя в творчестве. Все кабинеты оформлены руками учеников под руководством преподавателей. Например, кабинет истории по периметру опоясан галереей человечества. В линейке времени все ключевые даты истории с иллюстрациями, начиная с момента сотворения мира. Ясир Арафат, война в Афганистане, подлодка «Курск»… Из последних вех — присоединение Крыма.
Школьный макет римского Колизея изготовлен из потолочной плитки,                      а наглядный стенд по истории электричества горит и светится стилизованными под старину фонарями. Внеурочная деятельность — это викторина «Педагогический калейдоскоп», олимпиады и конкурсы. В обязательном порядке — ежегодный вечер встречи выпускников, которым рассылаются приглашения во все концы колонии.
На базе школы можно получить дистанционное высшее образование. Причем такую возможность используют не только осужденные, но и персонал колонии. Учреждение ИК-3 заключило соответствующий договор с Современной гуманитарной академией. Занятия и лекции проводятся через интернет.
Экспонаты в музей дарят освободившиеся выпускники
Предмет особой гордости — небольшой краеведческий музей, который пополняют экспонатами учителя и освободившиеся выпускники школы. Подшивки старинных газет соседствуют с деревянной прялкой, иконой 19-го века и другими свидетельствами старины. Действующий патефон регулярно заводится во время тематических мероприятий. «Мне звонит наш выпускник: «Ольга Алексеевна, будете мимо Тамбовки ехать, загляните ко мне. Я вам столько экспонатов насобирал», — отмечает социальный педагог, учитель истории Ольга Вышинская. — Это приятно, потому что нам удалось привить этому человеку принцип взаимопомощи. То есть он душой болеет за дело, которое считает нужным даже после выхода на свободу».



,
ШИФРИН Леонид Григорьевич,
обозреватель регионального информационного агентства «Воронеж»

КАК БЫВШИЕ ЗАКЛЮЧЕННЫЕ ПОДНИМАЮТ ВОРОНЕЖСКОЕ СЕЛО

Воронежская область вошла в пилотный проект Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) по расселению бывших заключенных по заброшенным деревням. ФСИН готова отремонтировать дома для будущих поселенцев и помочь им начать новое сельхозпроизводство. Пока служба готовится запустить необычную инициативу, воронежский реабилитационный центр «Воскресенье» выкупил заброшенный дом в небольшой деревеньке Федоровка Панинского района для бывших «сидельцев». Как обустроились новые поселяне, наблюдали корреспонденты РИА «Воронеж».
«С голоду умереть тут никто не даст»
По умирающей деревеньке Федоровке, где из 15 дворов жилыми остались лишь четыре, да и то только летом, цепкой зековской походочкой вышагивают особо опасный рецидивист Игорь, отсидевший за кражи, грабежи и убийство больше 30 лет из 59 проведенных на этом свете, и его 27-летний «корешок» Пашка, имеющий две «ходки» за кражи и автоугоны.
В семи верстах отсюда — в поселке Перелешино — две «зоны»: колония строгого режима и колония-поселение. Но Игорь с Пашкой поселились в этой глухомани, где даже не слышно лая собак, вовсе не потому, чтоб не особо отрываться от привычного для них мира, а совсем наоборот.
Игорь и Паша согласились участвовать в эксперименте реабилитационного центра «Воскресенье», который занимается трудоустройством и социальной адаптацией бывших заключенных. Они согласились попробовать отойти от привычного стереотипа «украл — выпил — в тюрьму».
— С осени прошлого года мы оформили на «Воскресенье» дом в умирающей деревеньке и предложили его освобождающимся осужденным. Но с условием — работа на земле и ведение хозяйства. Прежде всего это должно быть интересно тем, кому просто некуда идти после освобождения. В Федоровке жесткое правило — никакого алкоголя и наркотиков. Есть еще одно табу — на руки денег никто никому не дает. С голоду умереть тут никто не даст. Работайте, стройте свое будущее, может быть, осенью излишки картошки официально продать получится. Тогда — получите свою копеечку! — рассказал корреспонденту РИА «Воронеж» председатель «Воскресенья» Сергей Долматов.
«А здесь, на земле, тихо»
Игорь — обычный зек, из тех, которым тюрьма — «дом родной»
Как-то по пьянке в одном из райцентров области Игорь из табельного оружия своего собутыльника застрелил участкового милиционера, с которым случилось выпивать. За что получил 15 лет саратовской «крытки». Когда Игорь попробовал вернуться домой, его встретил сын убитого, работающий на месте отца, со словами: «Ты уезжай отсюда подобру-поздорову». В числе пьяных «подвигов» рецидивиста, успевшего пожить в Москве, числится и глупая кража еще в советское время бронзового бюста Ильича из колхозной конторы. Вождя он переплавил в болванку, да и ту потом просто потерял.
Пашка — настоящий бизнесмен
У Павла — 4-комнатная родительская квартира в одном из райцентров, собственная маршрутка в Воронеже, приносящая ему в месяц 60 тыс. рублей. В глухомань он сбежал специально — подальше от сидевших друзей и кабаков: «Боюсь — сорвусь, и тогда загремлю по полной. А здесь тихо, мне нравится на земле работать».
Нравится — работай
Дом размером 10 на 6 метров, да полгектара земли с садом и огородом, десять кур, 100 утят, два козленка, несколько кроликов, 20 соток посаженной картошки, овощей — и есть сегодняшняя жизнь Игоря и Пашки. В планах — запрудить                          и зарыбить овраг, на его берегу построить овчарню. Гонцы из «Воскресенья» приезжают, приглядывают за ребятами, привозят им самое необходимое. Нравится — живи, работай. Надоело или захотелось вернуться к прежней жизни — уходи.
«Домой ехать незачем»
На кровати в доме постанывает 49-летний Коля, житель Волгоградской области. Последняя из трех его «ходок» закончилась в Борисоглебской колонии, и гонцы из «Воскресенья» предложили ему ехать в деревню. Приехал, но начал выпивать,                         а потом рванул на шабашку в Воронеж. В подпитии упал во время работы с балкона третьего этажа на асфальт, сломал себе все, что можно. Три месяца отвалялся                         в больнице, потом его привезли на реабилитацию в Федоровку.
— Может, подлечусь и останусь тут с пацанами, — вздыхает Коля. — Домой ехать незачем, там есть родня, но нет жилья и работы. А я в молодости овец пас, если их к нам привезут, смогу управиться с ними.
«Бросил эту жизнь»
В последние дни Игорь что-то захандрил. Как-то утром Пашка недосчитался трех кур, а самого старого зека видели поддатого в поселке Перелешино. Участковый инспектор полиции изъял еще живых птах у местной жительницы, обменявшей на несушек пузырь «мутняка».
Игорь сам позвонил корреспонденту РИА «Воронеж».
— Иду пешком к вам, бросил эту жизнь, хочу такое вам рассказать!..
Мы уговорили его никуда не ехать, ждать гостей дома в Федоровке, и вечером рванули в глухомань.
Пашка, который собственноручно за минувшую неделю возле дома сварганил вполне себе симпатичный плетень и начал лепить деревенскую баню, скрежетал зубами от злости.
— Убежал он прямо перед вашим приездом! Видать, не будет он тут жить, хочет к старой жизни вернуться. Ну и черт с ним — переживем с Коляном одни!
«Проживем одни»
На Федоровку опускались сумерки. Пашка прибирал в сарай инструменты. На дальнем пруду квакали лягушки, а в домике Коля смотрел телек, кряхтел и курил. Утром Пашке надо было полить огород и поработать на бане. Рук в наколках, непривычных к крестьянскому труду, в Федоровке стало ровно вдвое меньше.






































ТУРЧАКОВА Анна Сергеевна,
корреспондент областной газеты «Вечерний Томск»

ДЕВОЧКА БЕЗ ДЕТСТВА
Пройдя испытание трагическими событиями и тюрьмой, томичка все-таки смогла создать счастливую семью

Несколько лет назад в томской воспитательной колонии № 2 шестнадцатилетнюю Елену (данные изменены) поздравляли подруги и давали напутствие сотрудники администрации. Девушку, осужденную за убийство отчима, помиловал специальным указом президент РФ. Тогда в России это был первый случай помилования заключенной, совершившей тяжкое преступление.
Судьба-беда
Когда-то маленькая Леночка с мамой Валентиной Валерьевной жила в деревне на Алтае. Одиноким женщинам трудно вести хозяйство, поэтому на пятидесятилетнего Михаила, появившегося в их доме, возлагались большие надежды. Женщина все чаще недомогала. Врачи поставили неутешительный диагноз — туберкулез, но больная лечиться отказалась. Начиналась весна, нужно было копать грядки, сеять, потом полоть, иначе зимой не выживешь. Двенадцатилетнюю дочь мать не загружала хозяйственными делами — пусть учится, успеет наработаться. А гражданский муж так и не стал опорой, все чаще прикладывался к бутылке.  Осенью Валентина уже не вставала, дом и огород постепенно приходили в запустение, запасы овощей, с трудом выращенные больной женщиной, быстро таяли. А. отчим продолжал пить, водить                  в дом друзей и все чаще останавливал взгляд на взрослеющей падчерице. Умирающая мать не могла защитить единственную дочь, которую берегла и ограждала от всех трудностей. На ее тихие слезы давно уже никто не обращал внимания.
Однажды в пьяном угаре отчим изнасиловал девочку, и, угрожая ножом, приказал молчать. С тех пор его приходы в детскую спальню стали постоянными.                А когда похоронили мать, он уже не скрывал своих отношений, усаживал Лену за общий стол и наливал водки. Девочка так боялась отчима, что отказаться не смела.             И уйти ей было некуда. Со временем властный и своенравный Михаил полностью подчинил ребенка, который безропотно выполнял его прихоти. Лена перестала ходить в школу и все глубже погружалась в пьяную жизнь. Учителя и соседи обо всем, конечно, знали. В деревне невозможно такое скрыть. Взрослые люди могли помочь несовершеннолетней — подключить социальные службы, заявить в милицию, инициировать возбуждение уголовного дела. Но они равнодушно молчали, «моя хата с краю». Судьба маленькой сироты никого не волновала.  
Убийство
О своей беременности худенькая Лена не подозревала, пока не просветила соседка, равнодушно кивнув на округлившийся живот. Отчиму-мужу в почтенном возрасте не хотелось лишних хлопот, но, впрочем, ему было все равно. В положенный срок у юной мамы родился здоровый сынишка, а через год — дочка. Нежданное появление детей ничего не изменило в образе жизни. Бесконечные застолья продолжались, детские пособия  пропивались, а малыши были постоянно голодные, грязные и больные. Лена продолжала жить в пьяном угаре. Дети, охрипшие от плача, ползали по грязному полу и подбирали упавшие со стола куски, родителям было не до них. Главу семьи раздражал постоянный плач, и он их стал избивать. Доставалось и юной жене, которая делала робкие попытки защитить малышей. Однажды ей показалось, что «воспитание» кулаками закончилось смертью дочери,  дыхание почти не улавливалось. Это было потрясением, которое переполнило чашу терпения                     и помогло побороть страх.
Глубокой ночью, когда собутыльники, наконец-то, ушли, а пьяный до бесчувствия отчим уснул, доведенная до отчаяния женщина дрожащими руками взяла топор. Ненависть придала ей силы. Первый удар пришелся на шею, потом она как заведенная поднимала и опускала топор и не могла остановиться, пока не покинули силы. Тело превратилось в кровавое месиво. Как в бреду, Лена постучалась к соседям и все рассказала.  
Тюрьма как спасение
Призналась в преступлении она и приехавшей оперативно-следственной группе. Окровавленный топор валялся на полу. Ее арестовали, а избитых малышей увезли               в больницу. Следствие и суд обвиняемая помнила плохо, отпечатался в память лишь приговор — шесть лет лишения свободы. Осужденную Елену Смагину по этапу доставили в томскую воспитательную колонию № 2. «Я хорошо помню эту девушку, она была в моем отряде, — говорит Ирина Кудинова, начальник воспитательного отдела ВК-2, — Тихая, подавленная, совершенно незрелая личность, ребенок, хоть               и сама мать». В колонии Лене на помощь пришли воспитатели, психологи и служители из римско-католической церкви, посещавшие детскую колонию. Девушка «оттаяла»           в атмосфере душевного тепла, стала строить планы, мечтать о встрече с сынишкой               и дочкой. Сотрудницы колонии, искренне считая ее несчастной жертвой, ходатайствовали в высшие инстанции о помиловании. Узнав о действиях администрации, родственники убитого ответили возмущенным посланием: почему должностные лица хотят освободить пьяницу, развратницу и преступницу?!
Через два года из Москвы пришло долгожданное известие о помиловании, подписанное первым лицом государства. Лена вышла на свободу. В родную деревню возвращаться не хотелось. Духовные  наставники помогли ей обосноваться в Томске — нашли жилье, работу, собрали необходимые документы, чтобы она смогла забрать сына и дочь из детского дома. Благодаря хорошей характеристике из колонии                        и хлопотам церковной общины администрация детдома вернула детей. У Елены появился реальный шанс воплотить заветную мечту о собственном доме, о которой она рассказывала журналистам.  
Вскоре молодая женщина познакомилась с Михаилом и переселилась с детьми               в его квартиру. Пожилая мать избранника приняла ее как дочь и взяла на себя заботу о малышах, зная, сколько пришлось пережить этим несчастным. Лена окончила вечернюю школу, потом техникум  по специальности «швея» и кулинарные курсы.
Михаил занялся «мясным бизнесом» и через год получилось откладывать деньги на свой собственный дом. Через четыре года мечту удалось реализовать — своя собственная крепость в нескольких километрах от города была построена. Квартиру продали, расширив дело и обставив новое жилище. Все эти годы Лена «работала» мамой, женой и хозяйкой, что ей очень понравилось. В ближайших планах пары — рождение еще одного ребенка, который в отличие от своих брата и сестры, будет расти в любви и заботе.
Почему УФСИН так помог?
По мнению специалистов и сотрудников УФСИН, изменить судьбу, изначально находясь в таких непростых условиях как Лена, очень сложно, почти невозможно. Тяжелое детство без родительского понимания и любви, бродяжничество, ранний алкоголизм, проституция, попытки суицида оставляют в душе глубокий след и ломают подросткам жизнь.
Бывших осужденных, девушек с сильным характером, добившихся успехов, единицы — Аля Мальцева, которую поддержала «вторая мать» бывший руководитель РГТРК «Томск» Елена Захарова, а еще — победительница конкурса красоты «Мисс ВК-2005», ставшая счастливой женой, матерью, и нынешняя студентка томского вуза.  Вот, пожалуй, и все.  
























ТУРЧАКОВА Анна Сергеевна,
корреспондент областной газеты «Вечерний Томск»

ВЫЖИТЬ И ПОБЕДИТЬ
От преступления — к покаянию

Появление любого живого существа на свет — это главное чудо в нашей жизни. А рождение человека — особенно. Мать растит его девять месяцев внутри себя, оберегая от постороннего глаза и недобрых людей, а Господь дает ему душу. Потом нужно еще много лет для того, чтобы человек заслужил право считать себя Человеком.
И, конечно, нет большей трагедии для родителей, когда за несколько минут эту драгоценную жизнь у их ребенка кто-то отнимает. Раскаиваются ли убийцы в содеянном, жаль ли им своих жертв? Редко, но все же, это бывает.
Преступление как наказание
Мой собеседник — молодой, привлекательный мужчина. Если встретить Дениса на улице, никогда не подумаешь, что больше десяти лет этот человек провел в местах заключения. На его совести тяжкое преступление — убийство.  
— Я родом из Красного Яра, мама была учительницей младших классов и до десятого класса я жил в деревне, — рассказывает Денис. — В 1998 году приехал учиться в Томск, поступил в одно из училищ города. А накануне миллениума, когда вся страна ждала глобальных изменений, и моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов. Правда, не в сторону позитива... В 2000 году я и двое моих знакомых совершили убийство человека из корыстных побуждений. Я умышленно использую казенный язык, не хотелось бы рассказывать подробности. Как говорят в тюрьме: если ты не знаешь, за что человек сидит, тебе проще с ним общаться... Скажу только что на троих нам дали пятьдесят три года и на мою долю выпало шестнадцать лет. Но по факту я отсидел тринадцать. Весь срок работал в теплице, в двадцать один уже был бригадиром и в моем подчинение были весьма взрослые люди,  за плечами которых был не один срок. Тем не менее, я смог заслужить их уважение. Поговорка «неважно, за что сидишь, важно — как сидишь», актуальна не только в кинофильмах, но                          и в колонии. Здесь все обнажается: если ты по сути настоящий человек, но так вышло, что оступился, то твои хорошие качества только усилятся. А если ты по жизни подлец, то скрыть это на «зоне» не получится — обязательно рано или поздно вылезет. Безусловно,  я очень сожалею о содеянном, но не жалею, что отсидел за это  в колонии. За эти долгие годы  я научился ценить и понимать жизнь, радоваться любой ерунде, с точки зрения свободного человека. Ведь человек настолько ограничен  там, что возвращаясь в нормальную жизнь, радуется просто зеленым деревьям.
Обещание матери
Я, когда освободился, очень много ходил пешком по городу, тем более, что за тринадцать лет в Томске все очень сильно изменилось. Хотя бы такая мелочь — когда я садился в тюрьму, сотовые телефоны имелись у единиц. А когда освободился, даже дети знали, что такое вай-фай и умели обращаться со смартфонами.
У Дениса нет ни одной татуировки, хотя время нахождения в тюрьме выпало на самые важные годы становления молодого человека — с 19 до 32. И за этот непростой период у него не раз возникало искушение нанести какое-нибудь «информационное сообщение» на тело.
— Мне, конечно, предлагали сделать наколки, да я и сам был не прочь, но я дал обещание маме. Когда я уже сидел в тюрьме, она была больна раком и знала, что умирает. Как-то раз она пришла ко мне на передачу, мы поговорили о чем-то и вдруг она говорит: дай мне слово, что я не сделаешь ни одной наколки. Через год мамы не стало, а слово я сдержал. Чуть позднее бросил курить, поскольку тоже дал обещание… Хочу сказать, что шанс выжить и начать новую жизнь после «зоны» есть у тех, кто не зависим от алкоголя и наркотиков, кто попал в тюрьму не из-за этого страшного пристрастия. Если  же человек «подсел» на иглу, замкнутый круг — украл — укололся — в тюрьму — процентов на восемьдесят ему обеспечен. На мой вопрос: не снился ли ему за эти годы убитый им с товарищами мужчина, Денис, сказал, что — нет.
— Я постоянно просил у бога прощения, честно… И надеюсь, что всевышний простил меня, но не просто так — он забрал к себе мою любимую бабушку. Во всяком случае, я так думаю. Потому что несколько лет назад она умерла именно в тот день, когда я совершил убийство.
Еще один шанс
Со своей будущее женой — Катей, Денис познакомился по переписке. До этого    у девушки был неудачный опыт семейной жизни, и после развода с первым мужем              у нее на руках осталась маленькая дочка.
— Родители Кати, конечно, были в ужасе, и я их понимаю, — говорит Денис. — На самом деле, знакомство с осужденным — это большой риск для женщины и редко когда создается действительно счастливая семья. Я бы на ее месте не решился на такой поступок.  Кроме этого, это долгое, кажущееся бесконечным ожидание мужа из тюрьмы, сбор и доставка посылок, а они порой, весьма немаленькие, и как следствие, тяжелые. Я иногда приезжаю в колонию по делам, и вижу, как худенькие девушки тащат огромные сумки. Я меня сразу же сердце кровью обливается, думаю: вот                 и Катя моя таскала эти баулы... Сегодня я стараюсь делать все, чтобы не разочаровать ее, чтобы она не пожалела о своем выборе, долгих годах ожидания, переживаниях своих. Ей ведь было всего двадцать два года, когда она вышла за меня замуж, а мне уже двадцать восемь. Но у меня было уже десять лет тюрьмы, а нее — маленький ребенок и негативный опыт замужества.  
В 2009 году Денис и Катя расписались в колонии, а венчались уже после его освобождения — в 2013 году. Собственных детей у пары пока нет, но они очень надеются на то, что сын или дочка у них обязательно появятся. Ведь дал же зачем-то Господь им второй шанс, приведя навстречу друг другу через такие испытания.


Способны ли убийцы на искреннее раскаяние?
— Первая реакция после вынесения приговора, особенно если он суров, — это растерянность и страх, — говорит Евгения Гула, начальник психологической лаборатории ФКУ ИК-4. — Осужденные боятся отправки непосредственно в колонию, боятся условий нахождения в тюрьме, нового окружения, длительной разлуки                     с близкими — особенно женщины, оставляющие на «воле» маленьких детей. Но потом, если человек способен хоть как-то адаптироваться в новой для него среде,  если у него есть личностная зрелость, все нормализуется. Со временем у осужденного появится понимание того, что и на «зоне» можно жить, работать, учиться, общаться              с родными. И, конечно, при долгом сроке заключения у человека появляется возможность реально осознать содеянное и искренне раскаяться. Тогда как раскаяние на суде далеко не всегда бывает настоящим, поскольку человеку нужно постараться как можно больше «скостить» себе срок, сделать так, чтобы в его искренность поверили. Но, конечно, на подлинное раскаяние в своем преступлении  способны не все. Если у человека имеется какая-то своя шкала моральных ценностей, принципы, умение сострадать, то у него шансы на осознание своего преступления будут. Если же осужденный провел свое детство и юность в маргинальной среде, где причинение вреда, боли и насилие над другими людьми считается нормой, то он даже не поймет, что совершил преступление. И, конечно, ни о каком раскаянии говорить не приходится. Именно такая категория осужденных почти в ста процентах совершает рецидивы.






















СУХУШИНА Вера Вадимовна,
старший инспектор пресс-службы
ГУФСИН России по Новосибирской области

БОГ В ПОМОЩЬ!..

Говорят, что человек, оказавшись в местах лишения свободы, меняется навсегда. По окончании срока наказания, «вчерашнему осужденному» предстоит вернуться в общество, соблюдать законы, работать, одним словом — жить. Но как ему пережить социальную адаптацию? Каким он стал за время, проведенное «за колючей проволокой»? Кто поможет этому человеку? Может ли вера помочь ему обрести себя и новую специальность, читайте в нашем материале.
Ресоциализацию осужденных сегодня невозможно представить без участия Русской Православной Церкви. Священнослужители никогда не оставят людей без поддержки и помощи, даже если это люди, которые совершили смертные грехи. Именно Церковь берет на себя ответственность за ресоциализацию осужденных, воспитывает их духовно, помогает осознать свои ошибки, пути для того, чтобы исправиться и не допустить больше возвращения к прошлому.
Путь, длиною в 25 лет…
Четверть века назад игумен Владимир (Соколов), настоятель храма во имя Михаила Архангела города Новосибирска, руководитель отдела тюремного служения Новосибирской митрополии РПЦ начал работу с осужденными — их духовное воспитание. В сентябре 2010 года между Новосибирской и Бердской Епархией РПЦ               и ГУФСИН России по Новосибирской области было заключено Соглашение о проведении совместного миссионерского мероприятия, посвященного 20-летию сотрудничества. Работа миссионеров с каждым годом набирала обороты, и сейчас осужденные могут не только найти себя, но и обрести совершенно новую специальность, духовную — «звонаря».
Именно с движения миссионерского автопоезда все, что связано с колоколами на территории исправительных учреждений, стало приобретать особое значение. Преподаватель звонарского искусства Алексей Талашкин рассказал, что колокольный звон тайно воздействует на всех, кто его слышит, независимо от пола, возраста                      и социального положения. Как оказалось, доступ к колоколам оказался наиболее действенной формой просвещения.
— Тогда, в 2010 году во время проведения первого миссионерского автопоезда осужденные имели возможность прикоснуться к колоколам, многие звонили достаточно слаженно. Наверное, только звонарь может ощутить ту радость, которая возникает в момент звона. И осужденные входили в эту радость, звоня индивидуально или в ансамбле со звонарем. Радовало, что у осужденных колокола вызывали сильные чувства. Мы не ожидали, что будет именно так, — рассказывает Алексей Талашкин.
В августе и сентябре 2011 года сотрудники ГУФСИН России по Новосибирской области, священнослужители, певчие, звонари и послушники Новосибирской митрополии (тогда епархии) Русской Православной Церкви вновь организовали миссионерский автопоезд по всем исправительным учреждениям. Отличительной особенностью второго автопоезда стал проводимый в каждом учреждении перед началом молебна крестный ход с колокольным звоном, в котором участвовали почти все осужденные, в некоторых учреждениях число участников достигало 500 человек.
Во время проведения миссионерского автопоезда кто-то из осужденных подходил к церковным колоколам ради интереса, некоторые же, напротив, относились              к этой возможности очень серьезно.
В ходе движения автопоезда звонницу перевозили из колонии в колонию,                       и осужденные получали первые уроки колокольного звона. Так следующим направлением деятельности Школы звонарей при Новосибирском Свято-Макарьевском Православном Богословском институте на территории исправительных учреждений стали звонарские курсы. Уроки стали проходить один раз в две недели с сентября 2011 года.
Шанс исправиться
Первая школа звонарей была открыта в Раисино, в исправительной колонии           № 13. На территорию колонии была завезена звонница с подбором из семи колоколов, отлитых специально для тюремного служения на заводе «Вера» города Воронеж.
Затем — Новосибирск. Первый урок звонарских курсов прошел в исправительной колонии № 18. Шанс исправиться не смогли упустить более 30 осужденных, отбывающих наказание в ИК-18. У учеников не было музыкального образования, но, как отметил Алексей Талашкин, главное в звонарском искусстве — чувствовать звук колоколов сердцем, звон должен исходить от души. А звонарь, как служитель церкви, не может не быть верующим человеком, ведь звон является частью богослужения.
Среди них был и осужденный Андрей.
— Раньше, до того, как я начал учиться на звонаря, я не обращал внимания на колокольный звон. Даже если и слышал его, то не вспомню этого уже никогда.                 Я, наверное, впервые услышал, а лучше сказать, расслышал колокола в колонии. Есть люди, которые не понимают, зачем человеку Бог, зачем храм и все то, что происходит в храме: колокольный звон, хождение сюда, долгое стояние на молитве. Зачем это «приложение» к жизни?.. А это не приложение к жизни — это сама жизнь. Это то, что дает силы двигаться дальше с Божией помощью. Я всегда говорю, никому ничего не навязывая, о Боге. Говорю, потому что это стало существом моей жизни. Я по-другому говорить не могу, — говорит Андрей.
Андрей, как и многие другие осужденные, постигал звонарское искусство                     с теоретической части, где знакомился с уставом колокольного звона, узнавал виды церковных звонов. Ведь настоящий звонарь должен хорошо различать характер звона и уметь исполнять звон в зависимости от каждого Богослужения и праздника, которому это Богослужение посвящено. Поняв, что колокольный звон — это не просто какие-то ноты, сложенные в ритмическом рисунке, будущие звонари приступили к практическому этапу. Обучение игре на колоколах проходило на специально оборудованной звоннице.
На практических занятиях осужденные пробовали прочувствовать пение колоколов, старались звонить, исходя из музыки колоколов, подстроиться под ритм             и рисунок звона. Практическое занятие разделялось на сольное и ансамблевое исполнение звонов.
Ученики задавали интересующие вопросы Алексею Талашкину и старались выполнять все его указания. В дальнейшем курсы звонарского искусства стали проходить практически во всех исправительных учреждениях.
В 2013 году курсы звонарского искусства проходили в рамках проекта «Дозвониться до небес — дозвониться до сердец». По окончании обучения осужденные сдавали выпускные экзамены и получали аттестаты. После освобождения аттестаты давали им право после освобождения продолжить обучение в школе звонарей Новосибирского Свято-Макарьевского Православного Богословского института без вступительных экзаменов. Также аттестаты об успешном окончании курсов прикладывались к личному делу осужденного, и могли бы сыграть положительную роль на комиссии по условно-досрочному освобождению.
Но как говорит Алексей Талашкин, аттестаты — не самое главное… Сейчас проект «Дозвониться до небес — дозвониться до сердец» завершился. Однако осужденные продолжают обучение звонарскому искусству.
— Сейчас практически во всех исправительных учреждениях установлены звонницы, осужденные продолжают обучение, они обучают друг друга. Эта традиция характерна для Руси, для русских звонов, потому что старый звонарь всегда обучал молодого. У осужденных есть литература, «Звонарская тетрадь», которая была разработана специально для обучения осужденных. Преподаватели звонарского искусства приезжают реже, но все равно проводят уроки, мастер-классы. Осужденные показывают глубину звона всем сердцем. Эту сложную задачу они выполняют,— говорит Алексей Талашкин.
В этом году осужденные исправительной колонии № 18 собственными силами построили колокольню, открытие которой состоялось в сентябре этого года. Освятил ее Митрополит Новосибирский и Бердский Тихон. Строительство колокольни началось в мае 2015 года. Колокольня пристроена к зданию храма в честь иконы Божией Матери Владимирской, помещения которой будут использоваться для проведения занятий в Школе звонарей и иконописной мастерской.
Это уникальное событие. Сама колокольня — единственная в России, построенная руками и молитвами осужденных. Уникален колокол подбора, отлитый по разработанному в Свято-Даниловом монастыре профилю. На открытии колокольни присутствовали несколько выпускников школы звонарей, у которых уже закончился срок отбывания наказания, но которые продолжают нести миссию звонарей на свободе. В честь открытия колокольни они вновь оказались с родным приходом, с родными колоколами, вновь приехали в колонию для служения. Уникален этот день был и тем, что объединил всех звонарей Новосибирской области на Втором Фестивале звонарского искусства среди осужденных. Первый фестиваль прошел в 2013 году…
Тогда осужденные, которые пробовали звонить в колокола или обучались звонарскому искусству, говорили такие слова: «Колокола — это дело такое… Когда мне в первый раз сказали, чтобы я позвонил, я даже не понимал, для чего мне это надо. Я же не музыкант, чего я пойду? А потом ты пробуешь, и что-то в тебе пробуждается. Может быть, то, что называют памятью поколений»; «У меня от звуков благовеста дух захватывает»; «Колокольный звон нужен грешным людям,               в первую очередь. А значит, что в колонии он очень нужен. Может быть даже нужнее, чем на свободе, потому что здесь его лучше слышно».
Кто-то может не поверить словам этих людей, говорить, что они верят в Бога, пока находятся в колонии, а оказавшись на свободе, забудут о храме и Боге… Но как забыть колокольный звон, если он приникает в глубины души человека?
Они обрели веру, с ней пойдут до конца...
Осужденный Андрей стал звонарем в колонии. Два года назад закончился его срок отбывания наказания. Сейчас он работает, но Церковь навсегда осталась в его сердце.
— Некоторые люди, когда узнают о том, что я недавно отбывал наказание в местах лишения свободы, пытаются мне посочувствовать. Мол, надо же, какое испытание, какой тяжелый опыт. А я их слушаю и тихо улыбаюсь: «Вы не понимаете! Там                       я обрел веру. Звонарем стал».
Сейчас Андрей несет проповедь не только колокольным звоном, но и всей своей жизнью. И таких, как он очень много…
Осужденный Виктор отбывал наказание в ИК-18, ему было отказано в условно-досрочном освобождении. Но Виктор продолжал обучаться и нес послушание звонаря. Он твердо знал, куда пойдет после освобождения. В Каинске, куда он вернулся после окончания срока отбывания наказания, как и во многих городах Сибири, не хватает звонарей. Свою миссию он продолжил в местном храме.
Осужденный Иван отбывал наказание в исправительной колонии № 15. Сейчас он вышел на свободу, вернулся в родной Томск. Он не встретился со своими друзьями из «прошлой жизни», он пришел в храм. Он продолжает служение Господу через колокольный звон.
«Вчерашний осужденный» Виталий отбывал наказание много лет… Последние годы, проведенные в местах лишения свободы, он посвятил обучению колокольному искусству — в этом он достиг больших высот. Его исполнительское мастерство отмечали и преподаватели, и осужденные, и сотрудники исправительной колонии. После освобождения он не перестал звонить. Он принял участие в значимом для всех православных людей событии — VI фестивале звонов «Даниловские колокола». Мероприятие было приурочено к 30-летию возрождения звонов древней московской обители, прошло оно в сентябре этого года в Москве. Виталий звонил в традиции Никольского храма исправительной колонии № 3 города Новосибирска. А какая традиция? Звон от всего сердца — выражение благой вести, радости, торжества, веры.
Имен осужденных, которые обрели в стенах исправительных учреждений «духовную профессию» много… Но самое главное — не их количество, а то, что они остаются преданными своему делу, которое избрали на своем жизненном пути.
— Многие осужденные ждут освобождения с каким-то ужасом. Что они будут делать на свободе? Как они будут жить? Куда пойдут?.. Наша задача состоит в том, чтобы через колокольный звон освободить людей от метаний и непонимания, что им делать дальше и как жить. А звонарей на приходах не хватает… Всем выпускникам звонарских курсов и тем, кто продолжает самостоятельное обучение колокольному искусству, мы даем рекомендацию, находим контакты батюшек и говорим: «Вот, звонарь освободился. Он звонит хорошо». И я не знаю священника, который бы на это ответил: «Мне звонарь не нужен», — говорит Алексей Талашкин.
Остается добавить, что после освобождения каждый человек выбирает себе свой путь. Но абсолютно точно можно сказать, что «вчерашний осужденный», который увидел Бога, услышал Его, раскрылся перед Ним, никогда не вернется в места лишения свободы. Он тогда, отбывая наказание, вошел в состояние непрерывного обновления, пути восстановления в себе образа Божьего. А значит — с верой он будет до конца.


























ТУРЧАКОВА Анна Сергеевна,
корреспондент областной газеты «Вечерний Томск»

БЫЛ БОМЖЕМ — СТАЛ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕМ
От наркотиков и тюрьмы мужчину спасла вера в Бога

Сегодня томич Алексей Куренной счастливый отец пятерых детей, четверо из которых — мальчики. Летом они с женой ждут рождения еще одного сына.                  В ближайших планах — строительство дома, где его большой семье будет комфортно и просторно жить. У Алексея свой бизнес, приносящий хороший доход и дающий уверенность в завтрашнем дне.

Но так было не всегда. Почти двадцать лет у Алексея не было «ни флага, ни Родины», а родным домом для него стала тюрьма.
«Блудный» сын
— Первый раз я попал в тюрьму в семнадцать лет, там же впервые попробовал наркотики. Не удивляйтесь, в лихие 90-е стать наркоманом на территории «зоны» было совершенно реально, — вспоминает сегодня Алексей. — Освободившись через три года, в 1989 году я уже плотно «сел на иглу». Ну и, как говорится, понеслось.  Украл, укололся — получил срок. Ничто и никто не могло меня остановить — ни угроза очередного срока заключения, ни отсутствие полноценной жизни, общения на достойном уровне, ни страдания близких людей. Я обманул всех своих родственников — и близких, и дальних, да не по одному разу. Этот ад продолжался пятнадцать лет, ровно столько я отсидел в общей сложности. После каждого освобождения сам себе давал слово: завяжу, начну все с чистого листа, закончу                   с этим безумием. Но все мои благие намерения оставались только в моей голове — до практики не доходило. Хотя были попытки и на работу устроиться и семью создать, но понимания того, что наркотики несовместимы с нормальной человеческой жизнью, что они, в конце концов, эту жизнь сожрут, поглотят, до конца не было… Так продолжалось до 2003 года, к этому времени я уже был женат, моему старшему сыну исполнилось два года, а дочка только что родилась. В Новый год я последний раз принял наркотик и решил — все — кончено, больше ни за что. Но вот только от наркотиков-то я избавился, а  от зависимости — нет. И в первых числе января ушёл             в запой. Очнулся только в середине мая 2004 года, в каком-то притоне, в ужасающем состоянии. Со стороны меня никто не отличил бы от самого запущенного бомжа. Пока пил и болтался по подъездам и подворотням, заразился туберкулезом…
И вот вышел я майской ночью на лавку и взмолился: «Господи, если есть у меня хоть какой-то шанс стать человеком, помоги мне, пожалуйста! Не отказывайся от меня!» Ведь все эти годы, несмотря на мой асоциальный образ жизни, меня не покидала мысль: «Ну, неужели я родился только для того, чтобы колоться, кочевать по тюрьмам, врать и пить??? Ну не может же такого быть! Должен же быть выход из этой безнадеги!!»

На круги своя
В общем, просидев всю ночь на улице, утром Алексей поехал в христианский реабилитационный центр. Там он впервые взял в руки Библию и попытался прочесть эту книгу, а не просто пролистать страницы. Он искал в ней ответ на самый  главный вопрос в своей жизни, во всяком случае, на тот момент времени. И нашел его                     в Евангелии —  история библейского блудного сына потрясла Алексея — он увидел       в этой ситуации себя самого. Мужчина остался в центре, прошел годовалый курс реабилитации, и жизнь его начала меняться: постепенно наладились отношения             с женой и родственниками, вернулось утраченное здоровье, через какое-то время Алексей начал предпринимательскую деятельность. Сегодня его предприятие по остеклению балконов расширяется, открываются дополнительные офисы, в планах — создание цеха по производству столешниц.  Прошлое обратно не тянет, но Алексей не забыл о годах скитания и старается помочь тем, кто сегодня оказался по ту сторону социума: вместе со служителями церкви раздает бесплатные обеды и помогает медикаментами людям без жилья, общается с руководством мест лишения свободы, предлагая посильную духовную поддержку заключенным.
— Психология многих осужденных сводится к обиде на жизнь, на неравные условия быта и социальных благ, — продолжает Куренной. — Им кажется, что если бы, к примеру, у них вдруг на руках оказалась крупная сумма денег, то все их проблемы моментально исчезли бы. Исходя из личного опыта могу сказать: не исчезли бы, не работают никакие деньги в такой ситуации… На самом деле для высших сил мы все равны, и при желании каждому человеку будет оказана помощь, нужно только искренне этого захотеть…
На Бога надейся, а сам — не плошай
По мнению Алексея, его спасло чудо, Господь Бог, высший разум — силы, вытащившие мужчину из такой непростой, страшной ситуации можно называть как угодно. Во всяком случае, Алексей уверен, что без веры и просьбы о помощи ему не смог бы помочь ни один доктор, даже самый талантливый.
— Обращаясь за помощью в православный реабилитационный центр нужно понимать, что это не больница и не секта, и здесь никто насильно заставлять лечиться не будет, — говорит отец Александр, руководитель ТРОО «Центр духовно-нравственного восстановления личности «Взыскание погибших» при Свято-Троицкой церкви г. Томска. — Все зависит от того, насколько человек готов пересмотреть свою шкалу ценностей, отношение к жизни и к себе, к людям, к Богу. Это очень непростой и долгий процесс даже для обычного, не наркозависимого человека, а уж для больного наркоманией или алкоголизмом — тем более. Конечно, прежде всего, в этом долгом пути к самому себе, необходимо элементарное желание вылечиться и вера в себя. Если человек имеет желание справиться со страстью, то Господь посылает ему свою Благодатную помощь. Это и есть чудо, чудо Божией любви. И здесь Господь как раз дает нам силы для того, чтобы вера была. Ведь лечение в таких центрах имеет не медикаментозное начало, а духовно-нравственное. Конечно, большую роль играет семья, поддержка близких, желание помочь, а  не выбросить худого родственника на улицу, забыв о его существовании.
Профессиональные наркологи поддерживают такие начинания, по их мнению,                             в некоторых случаях смысл обращаться в реабилитационные центры за помощью, безусловно, есть. Поскольку в церкви пытаются восполнить духовный дефицит каждого наркомана, лечат его душу. Ведь наркомания по большому счету — это недостаточная духовная зрелость отдельного человека и общества в целом. А основа любой православной программы реабилитации — духовно-ориентированная терапия. Правда, к сожалению, и это помогает не всегда.
— Если говорить об излечении с помощью веры, то хоть и единичные случаи, но они есть, — комментирует Юрий Гневашев, директор реабилитационного наркологического центра «Новое направление». — В России существует эффективная программа лечения от алко- и наркозависимостей «12 шагов», которую сегодня используют многие клиники и наркологические центры. Ее суть заключается в том, что здесь нет психологической привязки, просто дается понимание того, что вера важна, как чувство. На ней построена работа таких обществ, как «Анонимные алкоголики» и «Анонимные наркоманы». По этой программе сегодня во всем мире лечится порядка 17 миллионов человек. Что касается синтетических наркотиков, которые сегодня к несчастью очень популярны среди молодежи, то здесь только религия не поможет. Необходимо комплексное лечение, с привлечением различных специалистов. Программа «12 шагов» также подходит в лечении синтетической наркомании, но зачастую ребята употребляющие «синтетику» находятся в состоянии психоза и перед какой-либо психологической работой необходимо решить вопрос                 с физиологией, снять острый абстинентный синдром (синдром отказа).



















ЗАВАРЦЕВА Анна Алексеевна,
аналитик пресс-службы УФСИН России по Волгоградской области

КЛЕЙМО НА ВСЮ ЖИЗНЬ?..

Ресоциализация осужденных, пожалуй, одна из больных проблем, волнующих не только уголовно-исполнительную систему, но и государство в целом. Человек отсидел срок, вышел на свободу... Что дальше?! Хорошо, если есть тот, кто поможет                     с жильем, работой, а может, и материально. Да и моральная поддержка в такой ситуации не будет лишней. К сожалению, многие после отбывания наказания                    в колонии, остаются один на один со своей проблемой. И рассчитывать, кроме как на самого себя, больше не на кого. Хотя, единичные случаи удачно сложившихся судеб бывших осужденных подтверждают тот факт, что, если человек хочет чего-то добиться, у него есть руки, ноги и голова на плечах, он способен изменить свою жизнь и забыть годы за решеткой, как страшный сон.
Главное — не опускать руки
С Сергеем мы познакомились недавно. Через одну общую знакомую. Она же прислала мне его телефон и пару фотографий. «Сразу видно, что бывший зек», — подумала я. Но встретившись с ним, просто его не узнала. Обычный мужчина, каких вокруг тысяча. Только вот выражение лица выдавало огромное бремя проблем,              а взгляд был пронзительным, но в то же время каким-то равнодушным.
Восемь лет, проведенные в колонии строгого режима, определенно сказались на нем как на личности. Поменялся он сам, поменялось отношение и к жизни, людям,                к тому, чем занимаешься.
— Жизнь меня просто закалила, — сказал бывший осужденный. — После срока     в заключении любая другая проблема кажется мелочью.
Сейчас Сергей очень хочет стать полной противоположностью самому себе                  в прошлом. Жизнь дается только один раз. «И каждый день нужно прожить так, чтобы приятно было засыпать», — так рассуждает он сегодня.
— Жизнь — это борьба, постоянная борьба, — сказал мне как-то один именитый человек Волгограда.
Оно и правда, мы постоянно с чем-то и с кем-то боремся. Сами с собой,                       с какими-то возникшими обстоятельствами... Но главное — не опускать руки.
Сергею помогли друзья. В Волгограде он живет один. Два сына уже взрослые,                 и у каждого своя жизнь. Близкие родственники живут в Баку. В колонии ему вручили направление в городской Центр занятости и пожелали удачи в новой жизни. Сергей знал, что рассчитывать не на кого и отправился в эту организацию. Он хотел открыть свое дело. Тем более что в колонии он прошел обучение по организации и ведению собственного бизнеса. Но о получении субсидии на собственное дело пришлось на время забыть. Необходимо было долго ждать, чтобы подтвердить статус безработного. Но ждать у Сергея не было возможности. Предлагали в Центре занятости свободные вакансии с зарплатой 10–12 тысяч рублей.
— Существовать на такую не большую зарплату я не хотел, — рассказывает бывший осужденный. — Тем более уже много времени потерял просто так в этой жизни.
И тут подвернулся счастливый случай. Друзья предложили помощь. Взяли Сергея рабочим в свою команду. В планах у бывшего осужденного встретить свою вторую половинку, и все-таки открыть собственное дело. Сейчас он много читает, особенно литературу на экономические темы.
Жизнь за колючей проволокой осталась в прошлом. Самое сложное в стенах колонии, по словам Сергея, это быть постоянно на виду. Иногда хотелось просто банального одиночества. А там постоянно люди... Везде и всегда... Может, поэтому он сейчас так любит бывать один...
Без работы не останется
Общаясь с начальниками отрядов исправительных учреждений, сотрудниками, занимающимися воспитательной работой, я слышала истории о судьбах бывших осужденных. Кто не сумел адаптироваться к жизни на свободе после срока, как правило, снова попадает на скамью подсудимых. А тот, кто справился, живет, радуется каждому дню и ценит свободу. Как говорится, все познается в сравнении.                      А таким людям есть с чем сравнить вольный ветер, мирное небо над головой, окружающую тебя атмосферу. И кто знает, может быть, если бы не наказание в виде заключения, остались бы эти люди прежними обывателями-пессимистами, страдая каждый день от безысходности и печали.
К примеру, слышала о таком человеке, который после отбытия срока в колонии строгого режима, открыл свою парикмахерскую. Находясь еще за решеткой, он научился стричь осужденных. Организовали для него комнату под парикмахерскую. Хотя на воле он никогда и ножниц не брал в руки для этой цели. Самостоятельно научился делать модельные стрижки. Часто стричься к нему приходили и сотрудники. Сейчас за него можно только порадоваться.
Если уголовно-исполнительной системе удалось вернуть в общество хотя бы одного опасного преступника, это уже достаточно значимый результат.
Один из ветеранов рассказывал про своего, можно так сказать, ученика. Учил он его скорее не профессии, а жизни. А специальность электрика осужденный получил               в профессиональном училище на базе колонии. После освобождения уехал в Сочи. Как раз перед началом Олимпиады. Вот так получил еще и практический опыт. Одним словом, без работы этот человек теперь не останется.
Некоторые осужденные в колонии настольно приобщаются к вере, что затем продолжают свою жизнь, работая в храме, помогая священнослужителям.
Доброе слово для человека
Что же касается подростков, то здесь все намного сложнее. Ведь не каждому ребенку дано понять истинное предназначение человека, осознать вину и вовремя исправить свою жизнь. Тем более, если возвращаться приходится в социально-неблагополучную атмосферу.
В Волгоградской области большую роль в работе по ресоциализации подростков играет попечительский совет Камышинской воспитательной колонии. Членом этого совета является и уполномоченный по правам ребенка в Волгоградской области             Нина Болдырева. Она регулярный гость в воспитательной колонии. Аппарат уполномоченного по правам ребенка всегда открыт для подростков воспитательной колонии и их родителей. Сотрудничество с другими регионами помогает в оказании надлежащей помощи несовершеннолетним правонарушителям, которые отбывают здесь наказание, а прописаны в другой области.
Спортивные, культурно-массовые мероприятия, профилактические беседы — все это дает возможность ребятам отвлечься и понять, как много в мире интересного. Сейчас аппаратом уполномоченного по правам ребенка вводится практика проведения семинаров по правовому обучению подростков и их родителей. Благодаря этому воспитанники колонии узнают о своих правах и обязанностях, юридически закрепленных в законодательстве Российской Федерации. Более того, они имеют возможность задавать любые вопросы, касающиеся защиты их прав, специалисту, который может реально помочь, — омбудсмену.
Но вот, когда 16–17-летний человек оказывается на свободе, он вправе сам выбирать, что делать дальше. Зачастую и родители не могут повлиять на поведение своих детей в таком возрасте. И здесь возникает проблема в нежелании самих подростков пользоваться теми возможностями, которые им предлагают государственные структуры. Для этой категории граждан пытаются создать все условия в плане успешной адаптации в обществе. В воспитательной колонии функционирует школа подготовки осужденных к освобождению. Камышинский центр психолого-педагогической помощи населению разработал необычный                        и интересный проект «Дорога к дому». В задачи проекта входит и создание базы данных несовершеннолетних, отбывших наказание, и организация работы службы сопровождения на территории Волгоградской области, и оказание комплексной помощи подросткам после освобождения, а также их семьям по месту жительства.                В рамках проекта к работе с несовершеннолетними привлекаются специалисты социальных учреждений и учреждений субъектов системы профилактики. Всю работу они проводят совместно с сотрудниками Камышинской ВК.
Проблема в том, что общество не может заставить человека измениться. Это он должен сделать сам. И, как показывает практика, подростки, оказываясь за стенами колонии, растворяются в атмосфере свободы. И об их дальнейшей судьбе представителям государства остается только догадываться. Не попал снова                        в заключение — слава богу.
Как поясняет Нина Болдырева, к сожалению, в Волгоградской области нет единой централизованной системы контроля жизни подростков после освобождения. Если раньше такие полномочия были у специалиста Комитета по делам молодежи,                и он курировал данную работу, то сегодня должности с такими функциями нет. Надежда — на службу социальной защиты населения и попечительский совет, а если быть точнее — на неравнодушных к судьбе будущего поколения людей. Ведь даже моральная поддержка, простое доброе слово для человека, который вышел на свободу, является большим подспорьем в его нелегкой жизни.

КРОТОВА Милана Викторовна,
начальник пресс-службы УФСИН России по Еврейской автономной области

В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ АПРОБИРУЕТСЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОГРАММА                    ПО РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ ОСУЖДЕННЫХ К ДЛИТЕЛЬНЫМ СРОКАМ
ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ

Программа по ресоциализации осужденных к длительным срокам лишения свободы разработана психологами уголовно-исполнительной системы Еврейской автономной области. В настоящее время программа проходит апробацию. Работа направлена на изменение направленности личности осужденного, которая в процессе отбывания наказания в изоляции от общества претерпевает значительные изменения, формирование социально-адаптированного стиля жизнедеятельности лиц, освобождающихся из исправительных учреждений, возвращение в общество законопослушных граждан.
Исследования, в которых приняли участие 20 осужденных, проводились на базе исправительного учреждения № 10, расположенного в поселке Будукан Облученского района ЕАО, и Биробиджанской воспитательной колонии в областном центре. На протяжении двух месяцев 12 человек, отбывающих наказание сроком 10 лет лишения свободы и выше в колонии строгого режима, и восемь несовершеннолетних осужденных проходили курс, состоящий из упражнений, тренингов и бесед.
В исправительной колонии № 10 с осужденными работала психолог Дина Немирич. В Биробиджанской воспитательной колонии с воспитанниками велась совместная работа начальника психологической лаборатории данного учреждения Светланы Балабаевой и старшего психолога уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России по ЕАО Татьяны Ворон. Специалисты комплектовали тренинговые группы, руководствуясь принципом добровольности, давая разъяснения о целях и формах проведения групповых занятий.
Во время тренингов и упражнений осужденные разбирались в собственных страхах и гневе, определяли место в жизни, свои положительные и отрицательные качества, учились управлять негативными эмоциями. Для этого использовались различные методики. Осужденные выполняли коллажи из газетных и журнальных вырезок, рисовали, раскрашивали маски, выбирали варианты ответов из предложенных психологами, моделировали различные ситуации, работали с мячом и другими предметами.
В ходе проведения анализа эффективности работы было установлено, что данная программа наиболее результативна в исправительной колонии № 10. У осужденных, участвовавших в занятиях, снизились агрессивность, враждебность, раздражительность, повысился уровень осмысления жизни и выраженности целей.
Исследование результатов программы продолжаются. По завершению исследования программа по ресоциализации осужденных к длительным срокам лишения свободы будет внедрена во всех учреждениях УФСИН России по Еврейской автономной области.
КРОТОВА Милана Викторовна,
начальник пресс-службы
УФСИН России по Еврейской автономной области

УЧРЕЖДЕНИЯ УИС ЕАО ПОСЕТИЛИ ПРЕДСТАВИТЕЛИ ОНК

Обеспечение прав человека, способы и методы ресоциализации осужденных граждан в учреждениях Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Еврейской автономной области проверили представители Общественной наблюдательной комиссии (ОНК). Под руководством председателя ОНК Татьяны Файн, правозащитники посетили исправительное учреждение № 10, расположенное            в поселке Будукан, лечебно-исправительное учреждение № 2 поселка Бира, Биробиджанскую воспитательную колонию (БВК).
Особо пристальное внимание было уделено проверке условий отбывания наказания несовершеннолетних осужденных. В сопровождении начальника БВК Эдуарда Бастуна члены комиссии побывали в общежитиях, столовой, клубе, школе учреждения, посетили карантинное помещение, дисциплинарный изолятор. Было проверено соблюдение требований по обеспечению питанием, вещевым имуществом, предметами личной гигиены. Правозащитники ознакомились с распорядком дня, расписанием школьных уроков, библиотечным фондом, содержанием информационных стендов, убедились в доступности для осужденных правовой информации. Отдельным вопросом проверяющие рассмотрели ресоциализацию осужденных.
«Помимо обеспечения прав граждан, отбывающих наказание в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы области, одной из основных задач, как сотрудников УИС, так и членов Общественной наблюдательной комиссии, является ресоциализация осужденных, — сообщила председатель ОНК Татьяна Файн. — Комиссия обратила внимание на работу, проводимую в данном направлении. Уважение сложившихся в учреждении традиций, работа Школы подготовки к освобождению, встречи с юристами и социальными работниками, творческими и спортивными коллективами, максимальный охват осужденных образовательным процессом, получение профессии и навыков работы, восстановление социально полезных связей, безусловно, ведут к возвращению                        в общество законопослушных граждан».
В рамках работы ОНК были проведены групповые беседы с осужденными                       и прием по личным вопросам. Общественная наблюдательная комиссия дала положительную оценку деятельности всех проверенных учреждений УФСИН России по Еврейской автономной области.





КРОТОВА Милана Викторовна,
начальник пресс-службы
УФСИН России по Еврейской автономной области

РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ ОСУЖДЕННЫХ ПОМОГАЕТ  
ШКОЛА ПОДГОТОВКИ К ОСВОБОЖДЕНИЮ

19 несовершеннолетних осужденных в ближайшие шесть месяцев покинут стены Биробиджанской воспитательной колонии. Выйдя за ворота режимного учреждения, где подросток был обеспечен пятиразовым питанием, индивидуальным спальным местом, вещевым имуществом, где в полной мере реализовывались его права                          и законные интересы, включая получение среднего общего образования и профессии, занятости досуга, он попадет в реальную действительность жизни «на свободе».                  И решать возникающие проблемы различного характера теперь придется самостоятельно. Отсутствие жилья, трудности в трудоустройстве, конфликтные отношения                         с родственниками, соседями, отсутствие материальных средств на приобретение одежды и продуктов питания — эти препятствия встают перед многими гражданами, покинувшими места лишения свободы. По статистике около сорока процентов бывших осужденных повторно попадают в исправительные учреждения. Самый опасный период, как утверждают специалисты, первый год, в который совершается более половины рецидивных преступлений.  Происходит это в большей степени                        с теми, кто не находит в себе сил адаптироваться в обществе.
Справиться с проблемами социального и психологического характера, получить необходимые разъяснения в правовых вопросах осужденным помогают в рамках работы Школы подготовки к освобождению. Сотрудники уголовно-исполнительной системы области, психологи, социальные работники, юристы проводят занятия, приглашая на встречи и беседы специалистов социальных учреждений Биробиджана и Еврейской автономной области.  
«Успешная ресоциализация в обществе» — тема занятия, проведенного накануне среди осужденных Биробиджанской воспитательной колонии в рамках Школы подготовки к освобождению. В роли педагогов выступили руководители и специалисты Управления по опеке и попечительству ЕАО, Центра социально-психологической помощи семье и молодежи, Центра занятости населения города Биробиджан, Многофункционального центра ЕАО.
Подросткам были даны подробные разъяснения о льготном получении жилой площади и высшего образования, об алиментных обязательствах, трудоустройстве, социальных гарантиях, получениях пособий и выплат. В заключение встречи воспитанникам раздали памятки, содержащие реквизиты и подробную информацию  о социальных учреждениях и общественных организациях ЕАО, которые оказывают помощь в сложной жизненной ситуации.
«Занятия в Школе подготовки к освобождению проводятся регулярно, не реже одного раза в месяц. Данная подготовка осуществляется во всех учреждениях уголовно-исполнительной системы Еврейской автономной области, — сообщил старший инспектор группы воспитательной работы с осужденными                 УФСИН России по ЕАО Дмитрий Пономарев. — Осужденные, которым до окончания срока наказания остается шесть месяцев, посещают занятия, где узнают               о положениях действующего законодательства, касающихся поддержки граждан, освободившихся из мест лишения свободы. Данная работа помогает осужденным подготовиться к жизни за пределами колоний, пройти социальную адаптацию                        в обществе».




































КОВАЛЕНКО Ирина Андреевна,
журналист ООО «Печатные технологии»

ПОКАЯНИЕ ОТ СЕРДЦА. РЕЦИДИВИСТКА ИЗ ЧЕЛЯБИНСКА:
«ТОЛЬКО В ХАКАСИИ ПОНЯЛА: Я НЕ ПРОПАЩИЙ ЧЕЛОВЕК»

Как бы ни хотелось написать, что исправительная колония — место не женское, но с реальностью не поспоришь. Увы.
Только в Пригорске, в ИК-29, сегодня отбывают наказание около 300 рецидивисток — дам, которые «мотают» не первый срок. К слову, первично осужденных здесь нет. Контингент, как и на мужской зоне, специфический: убийцы, воры, мошенницы, но все-таки подавляющая половина женщин осуждена по 228 статье Уголовного кодекса. Формулировка у нее слишком длинная. Если проще — за наркотики.
Кстати, руководство учреждения слово «рецидивистка» не любит и просит не употреблять его. В качестве синонима предлагает именовать своих подопечных «повторно осужденными». Соглашаемся: звучит не так жутко.
Жизнь за колючкой
— Астафьева, ну где вы ходите? — громко, но по-доброму спрашивает замначальника колонии Александр Горев у невысокой женщины в теплом казенном платке.
— Вас жду, Александр Васильевич, — смеясь, отвечает осужденная и быстро скрывается за дверью.  
Осужденная ждала нас с раннего утра. Она не знала, откуда к ней приедут на интервью: из газеты или телевидения, поэтому, как мне потом расскажут, сильно нервничала. Увидев диктофон, она расслабляется и, кажется, облегченно выдыхает.
Ольга Астафьева — приятная женщина с модной стрижкой, легким макияжем                и аккуратным гвоздиком-пирсингом в носу. Облачена, как и десятки других, в форменный зеленый костюм: свитер и брюки.  
Как она признается позже, в ноябре ей исполнится 45. Но на вид гражданке не больше 35. Говорю об этом, она улыбается, опускает глаза и тихонько отвечает: «Спасибо».
В Хакасию уроженка Челябинска попала в мае 2011 года. Согласно приговору, женщина должна отсидеть здесь восемь лет и три месяца.
Это ее вторая «ходка». Первая была на родине, в 2003 году сроком семь лет                      и один месяц. Но тогда ей повезло: благодаря  УДО на свободу Астафьева попала на год раньше положенного. В общей сложности у нее четыре судимости, две из которых — «условка». Статья все та же — распространение и хранение наркотиков.
— Вы хотите, чтобы я рассказала историю своего преступления? — спрашивает Ольга, едва я успеваю включить диктофон. — Наркотики. Из-за них я провожу половину жизни здесь.
На бывалую наркоманку женщина совсем не похожа. Глядя на нее, создается впечатление, что она вполне из благополучной семьи. Так, кстати, и есть на самом деле: ее отец в былые годы занимал высокопоставленный пост, мама — дважды герой труда, сестра — адвокат.
Сама героиня получила средне-специальное образование. По профессии она — продавец и швея женской верхней одежды.
Всемогущая
В общей сложности за решеткой Ольга около 10 лет. Однако никаких блатных слов, жестов и поведения, которые нередко свойственны контингенту, пребывающему вне воли, у нее «не проскакивает». Она — обычная женщина, мать двоих взрослых детей.
— Тот день, когда первый раз попробовала наркотики, я не забыла, да и навряд ли когда-нибудь смогу, — признается осужденная. — Это был второй муж, отец моей дочери. Когда мы познакомились, он не был зависим. Все изменилось, когда малышке было восемь месяцев. Я торговала на рынке колбасами, а он не работал, слонялся без дела. Помню, постоянно заходил, деньги занимал. Обманывал всегда. Однажды маму свою похоронил. Я поверила! А она возьми да приди ко мне через три дня. Мог заплакать, давил на жалость. Да, я верила! Пыталась его лечить, но все было без толку. Помню, где-то в 1998 году я на кухне готовила, а дети смотрели передачу про то, как ребятишки лет 12 ставили себе уколы с наркотиками и умирали. Слышу, сын меня зовет, подбегаю, а он спрашивает: «Почему Игорь не умирает?» — а я возьми да скажи ему: «Подожди, скоро умрет».
Мальчик знал, что отчим наркоман. Он, как и младшая сестренка, прекрасно видел, как некогда здоровый и красивый мужчина на глазах превращался в нечто.
— Его поведение их пугало: он постоянно чесался, кричал, безобразно себя вел. Тот фильм произвел на них большое впечатление. Мне кажется, они до сих пор помнят его. Да, за них я сейчас спокойна. Они не подсядут на наркотики! Нет! Если бы им кто-нибудь предложил попробовать, я не знаю, что бы сделала... — пожимает плечами героиня.
За несколько месяцев до смерти Игорь стал активно предлагать жене попробовать. Она признается: раз десять отказывалась, но однажды любопытство взяло верх.  
— Первый раз я не поняла ничего. Попробовала еще раз и ощутила себя героем, который успевает везде: съездить в больницу к бабушке, домой к родителям, увести младшую в детский сад, сына — на тренировку. Я была словно белка в колесе. Вы не подумайте — я не кололась! Рецидив случился, когда муж умер. Я и не заметила, как меня затянуло.
Ни родители, ни дети, ни друзья даже не догадывалась, что Ольга сидела на «порошке».
— Прокурор на суде даже спрашивал у мамы: «Ваша дочь наркоманка?» — она посмотрела на меня и удивленно ответила: «Оля? Нет!». Я много работала. Под «кайфом» они меня не видели. Я была добрая, веселая, — признается осужденная.
Трудиться приходилось за двоих: нужно было и малышей кормить, одевать, и на что-то покупать «дурь». В отличие от своих друзей по несчастью, она не выносила из дома ценности. Выход нашла другой: стала сама продавать.  
Вслед за паровозом
Между двумя «ходками» Ольги промежуток — всего пять месяцев, из которых два последних она периодически находилась в «тумане».
О том, как она попалась, причем дважды, рассказывает очень запутанно. Очевидно, эта тема для нее болезненная и говорить об этом она не желает. История, за исключением деталей, стандартна: привезла дозу на точку, ее взяли, а подельники от дел «открестились».
— Пошла паровозом. Так обычно говорят, — поясняет осужденная.
Как мы уже упоминали, первую судимость Ольга отбывала в колонии                              в Челябинске. От зависимости она там не лечилась. И вообще ко всему происходящему относилась с некоторой легкостью.
— Близкие были под боком. Каждый месяц приходили на свидания. С детьми                 я делала уроки, играла. Я, наверное, не поняла, не ощутила до конца... — на глазах появляются слезы. — Если бы сейчас у меня спросили, что такое счастье, я бы ответила: понять, что тебя любят; ждут, несмотря на то, что я совершила.
Когда Ольга в далеком 2009 году вышла на свободу, сразу устроилась на рынок. Три месяца продержалась, а потом встретила знакомых и сорвалась.
Женщина признается: сотрудники ИК-29 смогли сделать то, к чему не смогли приблизиться их коллеги из другого региона.
— В Хакасии я добровольно пришла в больницу и пролечилась от зависимости.   В Челябинске я даже не думала об этом. В этой колонии я выросла, помудрела, поумнела. Только здесь до меня дошло: без наркотиков можно полноценно жить, работать, крутиться, как белка в колесе. Смотрела недавно передачу, как больной раком ребенок ездит по стране и встречается с теми, кто хочет покончить с собой.             Я прониклась этим! Дети делают добро, а я такая большая тетя здесь сижу...
С 2011 года женщина не видела ни родителей, ни детей. Путь из Челябинска                в Хакасию — неблизкий. Единственная связь — письма и телефон.
В прошлом году у нее в жизни случилось сразу несколько трагедий: умер любимый отец и две подруги.
— Мне очень тяжело. Я себя съедаю изнутри. К чему я пришла? Ни к чему! Мне стыдно, что я прожила почти большую половину и не оставила никакой след                         в обществе, да чего уж там: вообще нигде. Не помогла близким, которые действительно нуждались во мне.
— Ольга, а когда вы окажетесь на свободе, не боитесь ли, что случится очередной срыв? — задаю малоприятный, но вполне закономерный вопрос.
— Нет! Не будет! В этом я уверена! Знаете, сколько слез я пролила? На нервной почве рука и нога даже отнимались. Хочу приносить пользу обществу! Здесь                          я отучилась на штукатура-маляра, плиточника-облицовщика. И это у меня неплохо получается, — обводит взглядом кабинет. — Сами делали. Еще ремонтировали санчасть, карантин и много других помещений.
Страшно всегда
В колонии Ольга старается без дела не сидеть. Так время летит быстрее.
— Вы знаете: в этот срок мне стало интересно общаться с людьми. Смотреть, понимать, о чем они думают, чего хотят, — признается женщина. — Стараюсь поддерживать нуждающихся, помогать им. Я стала своего рода психологом. Иногда приходится осужденных учить правильно говорить, рассказывать, что есть волшебные слова.
Ольга не скрывает: ее сегодняшний порядок в голове, четкие планы на дальнейшую жизнь и понимание, что наркотики в прошлом, — заслуга начальника отдела по воспитательной работе Марины Шибаковой.
— Как бы человек ни боялся, ни стеснялся, надо говорить о своем преступлении. Она смогла убедить меня, что я не пропащий человек, что все в жизни еще будет, что родные простят... Я ей поверила. Спасибо ей и всей администрации, — неожиданно говорит Астафьева. — Здесь к нам относятся не как к осужденным, а как к людям,                   в первую очередь. Сравнивать мне есть с чем, так что поверьте.
Ольга говорит: не важно, сколько было судимостей, сколько было «ходок» — попадать в подобные учреждения страшно. Всегда!
— Мне второй раз снится один и тот же сон: выхожу на своей автобусной остановке в одежде вольного образца. Меня встречает сестра и спрашивает, почему                 я не сняла бирку с кофты, где указаны Ф.И.О. и номер отряда. Я ей объясняю, что забыла и тут же ее срываю.
Астафьева надеется, что это — сон в руку. За несколько дней до нашей встречи она подала заявление по 80-й статье на замену ограничения свободы. Осужденная искренне надеется на то, что суд поверит ей.
— Я считаю, что если человек осознал свои ошибки, пересмотрел свое поведение, было бы справедливым облегчить его участь, — говорит осужденная                    и признается, что чувства искупления у ней не было ни во время первой «отсидки», ни на свободе.
На этот раз, по ее словам, все будет по-другому. Свою новую жизнь она расписала едва ли не по дням.
— Если все-таки меня отпустят, я буду ходить в браслете. Мне нельзя будет появляться в общественных местах, в положенное время нужно будет быть дома. Первым делом встану на учет, трудоустроюсь. Кстати, место у меня уже есть. Буду продавцом-консультантом. С работы — только домой.  И насчет мужей я тоже все решила: мне и одной неплохо. Зачем? Мне практически 50.
— Боитесь предательства? — спрашиваю ее.
— Да. Мужчинам я теперь, наверное, никогда не поверю, — отвечает героиня                  и кидает извиняющийся взгляд на сидящего сбоку от нас сотрудника.
Помимо этого, в ближайших планах Астафьевой — смена имиджа, дизайнерский ремонт в квартире. Планирует она изменить и свой внутренний мир: вместе с детьми решила покреститься в старинной церкви в Екатеринбурге.
— Мне стыдно за себя с самого первого дня, когда начала употреблять. Стыдно за каждый день, проведенный в этом омуте, — напоследок признается Ольга. — Говорят, что наркоманов бывших не бывает, я же скажу: бывают, но единицы. С такими людьми нужно работать, так же, как работали со мной.



ВИГОВСКАЯ Анна Владиславовна,
корреспондент общественно-политической газеты
«Ангарские ведомости»

ЦЕНТР ИСПРАВЛЕНИЯ
В ангарской колонии с осужденными работают по индивидуальной системе

Чуть более месяца (с 1 июня) исправительная колония общего режима № 14 города Ангарска входит в число пенитенциарных учреждений участников всероссийского эксперимента по апробации модели центра исправления осужденных. В чем заключается подобный эксперимент, и с какой целью проводится, выясняла корреспондент газеты «Ангарские ведомости».
Всероссийский эксперимент по созданию центров исправления осужденных начался в мае прошлого года в пяти колониях четырех регионов страны, в том числе                   в женской исправительной колонии № 11 поселка Бозой Эхирит-Булагатского района Иркутской области. Результаты, полученные после года работы, были признаны настолько успешными, что к эксперименту стали активно подключаться новые колонии. Сегодня подобные центры открыты в 66 исправительных учреждений РФ. Ангарская колония № 14 стала в Приангарье второй, принявшей участие в данном эксперименте.
Смысл преобразований на первый взгляд незначителен: вместо отрядной системы, существовавшей в исправительных учреждениях с 1957 года, теперь создаются центры. Казалось бы, ну и что? От перестановки слагаемых, как говорится, сумма не меняется. На деле же оказалось — меняется, еще как! После создания центров, как показывают социологические исследования, у заключенных повысилась производительность труда, увеличилась норма выработки, в разы сократилось количество нарушений внутреннего распорядка, а самое главное — уменьшилась численность рецидивов. Все эти плюсы эксперты в первую очередь связывают                        с индивидуальным подходом, адресным исправительным воздействием на каждого.
От теории — к практике
Начальник ФКУ «Исправительная колония № 14» Сергей Гурулев обстоятельно рассказывает о вверенном ему учреждении:
— Сегодня у нас содержится, вместе с поселением, 920 осужденных, непосредственно на территории колонии — 898 человек. Колония общего режима, основной контингент — впервые осужденные. Для эксперимента как раз и выбирают те исправительные учреждения, в которых попали впервые оступившиеся граждане. Они быстрее могут исправиться, поскольку не потеряны социальные связи: плотно общаются с родственниками, женами, детьми, родителями... Получают передачи, при хорошем поведении дополнительные свидания…
Сергей Валерьевич рассказал, что до июня в колонии существовало 14 отрядов по 65-70 человек в каждом. Руководил заключенными начальник отряда. На него же возлагались воспитательная работа, вопросы обучения, трудоустройства и подготовка осужденных к освобождению. Теперь, после создания четырех центров (каждый по 300 человек) ежедневной работой с ними занимаются сразу пять сотрудников: начальник, два заместителя (по воспитательной работе и режиму), психолог                          и специалист по организации труда.
О новой системе работы рассказывает социальный работник Ольга Строева:
— Сроки у основной массы заключенных небольшие — от года до трех лет. За это время мы успеваем помочь восстановить утерянные документы лицам без определенного места жительства, оформить пенсии инвалидам и пенсионерам, решить квартирные вопросы, помочь вступить в права наследства…
С Ольгой полностью согласна и психолог Ирина Щенявская:
— Когда было отрядное содержание, психологи закреплялись по разным отрядам, сейчас — строго за своим центром. Таким образом теперь я могу отслеживать осужденного с карантинного содержания — момента поступления                       в колонию и до освобождения. Его не перехватывают другие психологи, и меня не бросают на другие группы. Это позволяет изучить личностные особенности более глубоко, и я могу скорректировать свою работу более тщательно.
Ирина рассказала, что основной контингент осужденных имеет диагноз «социальная запущенность». Это выходцы из неблагополучных семей, социальные сироты, наркозависимые. Многие только в колонии впервые видели белую простыню и новую одежду.
— Осужденные обращаются со всевозможными проблемами, — объясняет она. — Допустим, один пожаловался на то, что ему постоянно снится ребенок. Начинаешь разбираться — выясняется, что он освобождается через год, когда сыну исполнится уже четыре, и не знает, как объяснить малышу, где он был все эти годы. Внушаю: не столь важно, где ты находился, — ребенок еще маленький, вырастет, даже не вспомнит, гораздо важнее стать для малыша настоящей опорой, примером в жизни. Или, например, пришло письмо, в котором жена сообщает, что не дождалась и вышла замуж. Начинаю активно приглашать этого человека на занятия, провожу тренинги, тесты, отслеживаю поведение, прошу, чтобы пристальнее следили за ним в общежитии  и на работе… Человек, видя искреннюю заинтересованность в своей судьбе, меняется на глазах. Он понимает: ему действительно хотят помочь, он небезразличен, о нем заботятся и думают.
Труд как главное средство исправления
Исправительное учреждение № 14, как и большинство российских колоний, имеет собственное производство. Здесь работают пилорама, цеха по производству шлакоблоков, стройматериалов, сувенирной, швейной продукции, пошиву обуви, имеются свое подсобное и тепличное хозяйства.
— На пилораме осужденные, кроме пиломатериалов, с недавнего времени изготавливают оконные блоки, — рассказывает Сергей Гурулев. — Это экономически выгодно: мы делаем продукцию для себя, не неся при этом никаких транспортных расходов, к тому же создаем рабочие мечта. 226 оконных блоков у нас будет изготовлено до наступления холодов. Шлакоблоки — и для своих нужд, и на заказ — люди берут для строительства гаражей, дач. В заказах недостатка не испытываем. Недавно открыли новую мельницу. Закупаем зерно и полностью обеспечиваем колонии Иркутской области мукой для выпечки хлеба. В колонии есть своя пекарня, мельница — на территории поселения. Там работают восемь человек.
Вообще, как выяснилось, с трудоустройством в исправительном учреждении неважно. Если среди проживающих в поселении (22 осужденных) работу имеют все, то среди «колонистов» — один из восьми. На 898 человек 150 рабочих мест.
— Эксперимент только начался. В дальнейшем предполагается трудоустроить всех, в первую очередь, имеющих исковые обязательства: долги по алиментам, непогашенные иски и штрафы, — заверяет Сергей Валерьевич. — Уже сейчас мы привлекаем к труду гораздо больше осужденных. Из Управления получили                         2,5 миллиона рублей на реконструкцию системы отопления и проведение косметического ремонта. Для первого исправительного центра, где содержатся трудоустроенные на ставки бюджетного финансирования осужденные и пенсионеры, инвалиды, устанавливаем пластиковые окна, полностью меняем сантехнику. Заканчивается ремонт и в медсанчасти…
Не менее пристальное внимание уделяется и образованию. Учитывая, что средний возраст осужденных в ИК-14 — 23 года, а процент молодых людей, не освоивших даже школьной программы, стабильно высок, в колонии организовано получение девятилетнего образования на базе учебно-консультационного пункта. Функционирует профессиональное училище № 306, где готовят специалистов рабочих профессий, востребованных на рынке труда: сварщик, контролер ОТК, крановщик, каменщик, токарь, столяр-станочник, электромонтер, автослесарь, оператор котельных установок. Полученная профессии, уверена администрация, даст возможность осужденным трудоустроиться как в центре исправления, так и после освобождения.
Кому я нужен?
В кабинете психолога начинается групповое занятие. Сидящие кружком арестанты делятся проблемами, рассуждают о наболевшем. Анатолия К., оказавшегося            в местах лишения свободы шестнадцатилетним подростком и проведшего за решеткой уже девять лет, страшит предстоящее освобождение:
— И мать, и отец умерли, пока я сидел. Сестра вышла замуж. У нее муж, дети, зачем я ей такой?
Михаила беспокоит встреча с семьей:
— На свободе ждут жена, ребенок. Здесь я выучился на рамщика, бетонщика, стропальщика. Сейчас рабочие специальности, говорят, как никогда востребованы.              А вдруг меня все равно никто не возьмет на работу? Чем кормить семью?
Ирина Щенявская предлагает очередной тренинг: на листочках бумаги в одном столбце нужно написать, каких качеств не хватает каждому из них, а в другом — обществу в целом. После того как все листочки собраны, выясняется: от себя ждут разное (уверенности, решительности, смирения, доброты, умения прощать), а от  мира — одного и того же — понимания и дружелюбия.

ГЕРГЕСОВА Лидия Сергеевна,
корреспондент ООО «Газета «СМ Номер один»

С ГОРНОСТАЕВОЙ МОЛЬЮ БОРЮТСЯ ДАЖЕ ОСУЖДЕННЫЕ
Трудотерапию в поселениях называют панацеей от плохих воспоминаний

Немногие знают, что осужденные принимают активное участие в благоустройстве Иркутска. Такая трудотерапия для людей, отбывающих срок на поселении, с давних пор считается самым обычным делом. Наравне с обычными работниками ЖЭКа осужденные убирают улицы, занимаются покраской ограждений и даже спасают городские деревья от горностаевой моли. Вот только, в отличие от обычных трудяг, они выполняют свою работу сугубо под бдительным надзором.
Штукатуры, плотники, повара
Каждый день под конвоем осужденные выезжают в различные части города, где сразу приступают к своим обязанностям. Переодетые в униформу, они превращаются в простых тружеников, добросовестно выполняющих свою работу.
На этот раз их объектом стали ограждения вдоль дороги на улице Байкальской. Вооружившись краской и кистями, осужденные приступили к работе.
— Сегодня это уже не первый объект. За один рабочий день успеваем справиться с несколькими. В основном работаем в центральной части города: улицы Советская, Депутатская, Волжская, Байкальская. Еще один отряд сейчас на острове Юность убирает мусор. Здесь особых навыков не нужно, обычная рутинная работа. Зато пока работаешь, время летит незаметно. Плюс знакомлюсь с вашим городом, по крайней мере хорошо знаю уже те районы, в которых работал. Я сам из Владивостока, — рассказывает Сергей, осужденный КП-51.
Каждый день рано утром они прибывают из колонии на сборный пункт, где их распределяют по отрядам, знакомят с очередными объектами для работы и увозят на место назначения.
В прошлом году к их однообразной работе добавили новизны: обработку деревьев от горностаевой моли. Поздними вечерами они выходили на улицы Иркутска и опрыскивали яблони от злостного вредителя.
Как отмечают в колонии-поселении № 51, всего на предприятия города ежедневно выезжает порядка 160 осужденных. Еще 30-40 человек остаются трудиться в учреждении, где имеются своя ферма и тепличное хозяйство. Они занимаются обработкой полей, выращиванием зерновых и овощных культур. В подворье содержится крупный рогатый скот, а также свиньи и кони.
— Как только к нам поступают новые осужденные, мы просматриваем их личные дела: специальность, предыдущие места работы, состояние здоровья и т.д. А затем решаем, какую работу можем предложить, — говорит Валерий Орбодоев, заместитель начальника по личному составу КП-51. — Главная особенность нашего учреждения заключается в том, что осужденные здесь, как правило, остаются ненадолго — от нескольких недель до нескольких месяцев. 90% освобождается по условно-досрочному. Все предприятия, с которыми у нас заключены трудовые договоры, об этом знают; более того, зачастую они поддерживают ходатайства об условно-досрочном освобождении тех, кто добросовестно выполняет свои обязанности. Для других это хороший пример для подражания и стимул к трудолюбию.
В колонии-поселении осужденные могут освоить профессии штукатура, маляра, каменщика, бетонщика, плотника, повара и овощевода. По словам Дмитрия Эпова, начальника центра трудовой адаптации, у тех осужденных, кто исправно трудится, есть все шансы и после освобождения остаться на своем рабочем месте. Статистика такова, что 25% остается на предприятиях.
Отвлекает от переживаний
Уже три года с колонией-поселением плодотворно сотрудничает ООО «Хладагент+», осуществляющее производство пищевых продуктов, мяса и мясопродуктов. Осужденные здесь занимаются несколькими видами работ: от фасовки продукции до уборки помещений. Для такой работы особых знаний и навыков не нужно. Сложнее приходится на обвалке мяса, поэтому за новичками закрепляют опытных работников, которые обучают их всем премудростям этой техники.
— Ничего сложного в нашей работе нет. Все схватываешь на лету. Мы изучаем весь ассортимент колбасной и рыбной продукции, которая выпускается на предприятии. Каждый день проводится дегустация. Перед тем как продукт поступает на реализацию, его необходимо проверить, попробовать, — говорит Игорь Петров, осужденный. — Я четыре месяца отработал на приемке и расфасовке колбасы, сейчас занимаюсь ремонтом техники. Я считаю, что нужно осваивать те профессии, которые нам могут предложить. У меня педагогическое образование, окончил спортфак. Здесь мои знания не пригодились. Помогают они лишь в нерабочее время — играем в волейбол, футбол, не говоря уже о таких настольных играх, как нарды, шахматы и шашки.
Свою лепту осужденные вносят и в создание детских и спортивных игровых площадок.
Они трудятся на иркутском заводе «Мар форм». При этом заказы к ним поступают не только из областного центра, но и со всего региона. Бригада у осужденных небольшая, однако заказы успевают обрабатывать вовремя. По словам бригадира, Юрия Железнова, на создание одного комплекса у них уходит около двух недель — на одну только карусель требуется один-два дня.
— Для этой работы я подбираю в первую очередь тех людей, которые имеют опыт работы с деревом: столяров, маляров, сварщиков. Хотя есть и новички. Главное, чтобы руки и голова были на месте. Даже не имея специальности, можно всему научиться, было бы желание. Желающих много, а остаются единицы.
В этом году бригада изготавливала комплексы для Куйтуна, Бохана, Казачинско-Ленского, Шелеховского, Заларинского районов. Сейчас заканчивают работу над детской площадкой в Иркутске II. Монтировать ее будут также самостоятельно.
— Мне больше всего нравится готовить спортивные площадки — баскетбольные, гимнастические, теннисные, — поскольку больше работы с металлом. Я был военнослужащим, а затем, после сокращения, работал сварщиком. Общий стаж сейчас около 10 лет. Я считаю, что, находясь в исправительном учреждении, только работой и живешь. Она помогает, отвлекает от переживаний, воспоминаний, да и время протекает незаметно. Кроме того, мы благоустраиваем этот город и хотим, чтобы он с нашей помощью стал краше и ярче.
МОРОЗ Мария Петровна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Тверской области

ОСУЖДЕННЫЕ УЧАСТКА КОЛОНИИ-ПОСЕЛЕНИЯ ПРИ ЛИУ-3 УФСИН РОССИИ ПО ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ ВСТРЕТИЛИСЬ С ДИРЕКТОРОМ ЦЕНТРА ЗАНЯТОСТИ НАСЕЛЕНИЯ БОЛОГОВСКОГО РАЙОНА

На встрече с директором Центра занятости населения Бологовского района Людмилой Макеевой осужденные, освобождающиеся из учреждения в ближайшее время, получили исчерпывающую информацию о положении на рынке труда, об имеющихся вакансиях на предприятиях и в организациях города и области.
Людмила Сергеевна рассказала осужденным УКП и о программах службы занятости, направленных на содействие трудоустройства граждан. Она напомнила осужденным о такой услуге, как бесплатное повышение квалификации или обучение востребованным в регионе профессиям.
Далее все желающие получили индивидуальную консультацию с помощью автоматизированного мобильного центра службы занятости. В завершении встречи осужденные получили ответы на все свои вопросы, в частности о документах, условиях и порядке постановки на учет в Центр занятости, о размере денежного пособия, которое выплачивается этим учреждением.
Директор Центра занятости населения призвала осужденных серьезно и ответственно отнестись к трудоустройству после освобождения, чтобы избежать множества негативных проблем.
Отметим, что учреждения УФСИН России по Тверской области много лет активно взаимодействуют со службой занятости населения. В рамках действующих                   в учреждениях УИС области «Школ по подготовке к освобождению» ее специалисты регулярно проводят занятия, через мобильные центры консультируют осужденных. По отзывам самих осужденных, такие встречи очень важны для них, так как полученные знания по рынку труда помогут им после освобождения значительно быстрее трудоустроиться.













МОРОЗ Мария Петровна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Тверской области

СОТРУДНИКИ УИИ УФСИН РОССИИ ПО ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ ОКАЗЫВАЮТ АДРЕСНУЮ СОЦИАЛЬНУЮ ПОМОЩЬ ОСУЖДЕННЫМ
БЕЗ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ

При исполнении наказаний без изоляции от общества уголовно-исполнительная инспекция УФСИН России по Тверской области нередко обращается к организациям и гражданам, готовым прийти на помощь нуждающимся осужденным.  К участию               в акциях «Протяни руку помощи» и других аналогичных мероприятиях привлекаются и осужденные, которые, помогая другим, учатся творить добрые дела.
В каждом филиале УИИ созданы советы общественности. Неравнодушные жители Тверской области, входящие в состав советов, помогают сотрудникам УИИ вести воспитательную работу с подучетными и оказывают материальную помощь осужденным, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Как правило, в помощи нуждаются многодетные семьи или одинокие матери, воспитывающие малолетних детей.
Сотрудники и осужденные собирают вещи, ставшие ненужными или купленные специально для этой цели, и передают их в семьи. Чаще всего это одежда, книги, игрушки. Частные предприниматели — члены советов общественности также приходят на помощь нуждающимся осужденным, выделяют материалы для ремонта, дрова. При содействии органов соцзащиты дети осужденных получили новогодние подарки, а благодаря помощи областного комитета по делам молодежи семьи                        с детьми посещают спектакли в Театре кукол и ТЮЗе.
В Сонковском районе при участии осужденных, состоящих на учете в филиале, была оказана помощь многодетной матери, чей дом пострадал от пожара. Для погорельцев собрали различные вещи, кухонную утварь и игрушки.
Условно осужденной жительнице Кесовогорского района, одинокой матери с ребенком, проживающей в неотапливаемом помещении, был установлен газовый котел. Дорогостоящее оборудование было приобретено при содействии специалистов районного комплексного центра социального обслуживания населения.
Женщинам, состоящим на учете в филиалах УИИ, помогают не только материально, но и дают возможность позаботиться о своей внешности. К 8 Марта им предложили абонементы на посещение салонов красоты.
Перед началом учебного года сотрудники УИИ, осужденные и представители территориальных органов социальной защиты населения и районной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав по городу Твери помогали семьям собрать детей в школу, передав канцелярские принадлежности.
Благотворительные акции стали доброй традицией для уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России по Тверской области. Участвуя в них под руководством сотрудников УИИ, осужденные учатся милосердию, социальной ответственности, проявляют свои лучшие качества. Это значит, что и к ним протянута рука помощи, которая поможет им стать полезными членами общества.
МОРОЗ Мария Петровна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Тверской области

ОСУЖДЕННЫМ ИК-9 УФСИН РОССИИ ПО ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ РАССКАЗАЛИ ОБ УСЛУГАХ ЦЕНТРА ЗАНЯТОСТИ НАСЕЛЕНИЯ

Продолжается работа в «Школе подготовки к освобождению» в ИК-9 Нелидовского района. На днях в исправительном учреждении состоялась традиционная встреча работников центра занятости населения с осужденными.
Вначале специалист группы социальной работы ИК-9 Ирина Мищенкова объяснила собравшимся осужденным, что им дадут занятия в «Школе подготовки                 к освобождению», и отметила, что с ними также встретятся сотрудники УВД, Пенсионного фонда РФ, органов социальной защиты Нелидовского района. Кроме того, сотрудники группы соцработы колонии помогают осужденным в оформлении                 и восстановлении документов, поиске социального жилья для нуждающихся.
Директор центра занятости Нелидовского района Ирина Белова и ведущий специалист центра Марина Шатанкова ознакомили осужденных, готовящихся                      к освобождению, с перечнем услуг, которые им могут оказать в службе занятости. Перечислили необходимые документы для посещения ЦЗН, рассказали, как организован подбор вакансий, и о том, как правильно встать на учет в качестве безработного.
Для социально слабозащищенных граждан, к которым относятся и бывшие осужденные, существует система квотирования рабочих мест, программы бесплатного профессионального переобучения. Интерес у осужденных вызвала информация                    о программе содействия самозанятости и открытию своего дела.
В завершение беседы гости колонии и сотрудники ИК-9 ответили на поступившие вопросы слушателей, пригласили их на следующие занятия «Школы подготовки к освобождению».















ЧУРИКОВА Татьяна Владимировна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Краснодарскому краю

В КРАСНОДАРЕ ПРОШЕЛ ГАЛА-КОНЦЕРТ ХII ВСЕРОССИЙСКОГО КОНКУРСА СРЕДИ ОСУЖДЕННЫХ «КАЛИНА КРАСНАЯ»

24 сентября в Центральном концертном зале Кубанского казачьего хора прошел гала-концерт ХII Всероссийского конкурса среди осужденных «Калина Красная». Его открыл Кубанский казачий хор под управлением народного артиста России и Украины Виктора Захарченко. 22 участника из 15 регионов России, трое из которых представляли Кубань, на протяжении трех часов радовали зрителей своим искусством. Особенно запомнился зрителям приглашенный гость — певец Артур.
«Калина красная» — самая крупная в истории современной России творческая акция, посвященная социальной реабилитации осужденных, существует уже 12 лет, но на Кубани проводится впервые. Участники приехали заранее, чтобы подготовиться. Обычно в конкурсе «Калина Красная» в подтанцовке работают профессионалы, но               в этот раз организаторы решили пойти на эксперимент и, вместе с вокалистами, на сцену вышли танцовщицы из колонии № 3 УФСИН России по Краснодарскому краю. Больше двух месяцев девушки провели у балетного станка. Зрители оценили эксперимент бурными аплодисментами.
А осужденная Наталья Юрченко исполнила народную песню «Ой при лужку при лужке» совместно с группой «Форпост» УФСИН России по Краснодарскому краю. Действительно, творчество способно объединять людей!
С приветственным словом к присутствующим обратился председатель правления Попечительского совета уголовно-исполнительной системы Павел Крашенинников.
Виктор Пестов начальник УФСИН России по Краснодарскому краю поблагодарил сотрудников, спонсоров, организаторов и участников конкурса за огромную работу, итогом которой стал этот гала-концерт. «Считаю, что «Калина Красная» очень помогает в социальной реабилитации осужденных. Наше общество должно быть готово понять и принять этих людей, дать им шанс», — отметил он.
Большинство песен, которые звучали со сцены, осужденные написали сами. Пели о том, что волнует, о чем болит душа. «Это очень серьезный шаг для любого человека, а сделать это публично, тем более осужденному, тяжелее вдвойне, — подчеркнул председатель оргкомитета конкурса «Калина красная» Вячеслав Клименков.
Начальник управления воспитательной, социальной и психологической работы ФСИН России генерал-майор внутренней службы Александр Новиков поздравил всех присутствующих, высоко оценил работу коллектива сотрудников УФСИН России по Краснодарскому краю, принявших активное участие в подготовке проведения гала-концерта.  
Протоирей Василий Плиска благословил финалистов «Калины Красной» и дал им пастырское напутствие. Финалистам «Калины красной» были вручены цветы                  и подарки. Все участники гала-концерта сфотографировались на память вместе                      с режиссером и ведущей «Калины Красной» Наталией Абашкиной, приложившей немало усилий, чтобы все финалисты конкурса выступили на сцене достойно.
ЧУРИКОВА Татьяна Владимировна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Краснодарскому краю

В УФСИН РОССИИ ПО КРАСНОДАРСКОМУ КРАЮ ПРОДОЛЖАЕТСЯ РЕАЛИЗАЦИЯ ПРОЕКТА «ВОЗВРАЩЕНИЕ» ФОНДА ОЛЕГА ДЕРИПАСКИ «ВОЛЬНОЕ ДЕЛО»

В ИК-3 УФСИН России по Краснодарскому краю прошла торжественная презентация новой специальности «Повар. Кондитер». 26 осужденных женщин начали обучение востребованной на рынке труда профессии. В течение десяти месяцев их будут учить вкусно варить борщи, печь пироги, готовить кондитерские изделия.
Учебный курс по специальности «Повар. Кондитер» — совместный проект УФСИН России по Краснодарскому краю и Фонда Олега Дерипаска «Вольное Дело», реализуется в рамках проекта «Возвращение». Общими усилиями были отремонтированы помещения учебных классов, закуплено современное учебное оборудование, бытовая техника и наглядные пособия.
В этот же день, в мужской исправительной колонии № 2 прошла презентация трех новых специальностей: «Штукатур», «Плиточник», «Облицовщик». Ранее,                     в 2014 году, на территории учреждения фондом «Вольное Дело» был открыт учебный полигон по профессии «Мастер общестроительных работ». Эта рабочая специальность включала в себя 7 профессий: бетонщик, арматурщик, каменщик, печник, электросварщик, монтажник зданий и сооружений, стропальщик, теперь                           к ним добавились еще три.
Благотворительный Фонд «Вольное Дело» проводит большую работу по созданию учебной базы для обучения осужденных, отбывающих наказание в ИК-3 и ИК-2, новым профессиям.
















ЧУРИКОВА Татьяна Владимировна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Краснодарскому краю

В УФСИН РОССИИ ПО КРАСНОДАРСКОМУ КРАЮ РЕАЛИЗУЮТСЯ НОВЫЕ ПРОЕКТЫ ПО РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ ОСУЖДЕННЫХ

Руководитель программы «Возвращение» Фонда Олега Дерипаска «Вольное дело» Петр Посмаков посетил учреждения УИС Краснодарского края, где при поддержке общественности готовятся к старту два новых проекта, призванных помочь в социальной реабилитации и адаптации осужденных.
В прошлом году заработала совместная программа УФСИН и Фонда «Вольное Дело» по ресоциализации осужденных посредством обучения их востребованным на рынке труда профессиям. Тогда на базе профессионального училища мужской исправительной колонии строгого режима № 2 была открыта новая специальность «Мастер общестроительных работ». Достигнув заметных положительных результатов, накопив опыт обучения осужденных новым профессиям и принимая во внимание то, какие большое значение для них имеет наличие профессиональных навыков для трудоустройства и адаптации после освобождения, руководители программы приняли решение расширить рамки зарекомендовавшего себя проекта.
В 2015 году, в ИК-2 решено начать обучение осужденных еще трем рабочим профессиям: штукатур, плиточник и маляр, а в женской исправительной колонии № 3 — специальности «Повар-кондитер». С целью успешной реализации задуманного, для мастеров производственного обучения и начальников отрядов учреждений провели тренинги по эффективным методикам преподавания, значительно пополнили учебно-материальную базу самих профучилищ. Так, например, в специализированных кабинетах для поваров провели ремонт учебных классов, приобрели техническое оборудование, мебель, инвентарь, литературу, методические пособия, мультимедийную технику.
В учебном 2015–2016 году только в двух этих колониях планируется обучить новым профессиям порядка 100 осужденных. Параллельно продолжает работать проект по социальному сопровождению освободившихся граждан — жителей Усть-Лабинского района Краснодарского края, начатый в 2014 году.
Представители общественности высоко оценивают готовность учреждений УИС края к реализации новых социально значимых проектов и отмечают хорошие результаты совместной деятельности с УФСИН России по Краснодарскому краю                    в ресоциализации осужденных, их адаптации после освобождения, профилактике повторных преступлений.







ХОДАРЕВ Василий Дмитриевич,
корреспондент газеты «Комсомольская правда — Тверь»

НЕКРИМИНАЛЬНАЯ РОМАНТИКА: В ТВЕРИ МАЛОЛЕТНИХ ПРЕСТУПНИКОВ КАТАЛИ НА ЛОШАДЯХ. ЭКСКУРСИЮ ДЛЯ РЕБЯТ ОРГАНИЗОВАЛИ В УПРАВЛЕНИИ ФСИН

На удивление жарким, среди холодной рабочей недели, летним днем 15 июля на тверском ипподроме собрались сотрудники управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области и 15 хмурых пареньков и девчат. Все они из Твери и Калининского района, часть этих ребят находится на учете в подразделениях по делам несовершеннолетних, а часть осуждена, но в тюрьму не посажены. Инспектора привели их сюда, чтобы подростки смогли увидеть, что кроме криминальной романтики, в жизни есть ещё множество других не менее интересных вещей.
— Это не единственное мероприятие, проводимое для несовершеннолетних нашим ведомством, — рассказала «Комсомолке» старший инспектор отдела по контролю за исполнением наказаний и применением мер уголовно-правового характера ФКУ УИИ УФСИН России по Тверской области старший лейтенант внутренней службы Юлия Несмелова. — Наши подопечные постоянно принимают участие в разных спортивных или военно-патриотических мероприятиях. Ребятам надо показать, что нормальная жизнь в социуме гораздо лучше скользкой дорожки правонарушений.
Особенностью этой экскурсии было то, что каждый участник мог пригласить на него своих родственников, как родителей, так и маленьких братишек и сестер.
Про ипподром, породы лошадей и соревнования, в которых животные участвуют, рассказал гостям его директор, Сергей Виноградов. Но самое интересное началось, когда все дружной толпой двинули к загонам в центре поля. Там местные девушки-наездницы заставляли своих гривастых подопечных выполнять разные трюки: лошади по команде заваливались на бок, гарцевали на задних ногах и перепрыгивали через препятствия. Заскучавшие было вначале, зрители оживились, когда подошел черед наградить коней и кобылок заслуженным лакомством. Разделив между собой припасенные гостинцы и вытянув руки, ребята с удовольствием смотрели, как лошадиные губы хватают с ладоней сахарок.
Впрочем, самое интересное ожидало ребят в конце, когда всем желающим разрешили прокатиться верхом: для некоторых это была первая поездка. Закрытые поначалу на эмоции ребята постепенно начинали улыбаться и гладить животных.                 В этот момент исчезло впечатление, что тут собрались малолетние преступники                   и нарушители. Большинство из ребят из неблагополучных семей, и, видимо, равнодушное отношение родителей надавило на них, они просто замкнулись и заняли глухую оборонительную позицию.
Разговорившись с одним из пареньков, который представился как Денчик,                   я узнал, что это его второй поход на ипподром. Разговорились, кстати, на тему татуировок. 18-летний Денчик согласился показать мне три своих.
— В первый раз тут в кафе сидел, — рассказал он. — А на лошадях ещё ни разу до этого не катался. Прикольно в целом, только долго кататься больно — поясница побаливает. Хорошо ли, что нас сюда привели? Да фиг его знает, мне лично нравится.
БАСТЫРЕВА Любовь Владимировна, старший инспектор
пресс-службы УФСИН России по Ивановской области

ПОМОЩЬ ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ

— В жизни всякое может случиться, — начинает рассказ Фомина Галина Васильевна. Мы идем по стерильно чистым коридорам отделения социального обслуживания лиц БОМЖ «Ивановского комплексного центра социального обслуживания населения».
— Людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации: без работы и без            жилья — на самом деле очень много, — продолжает свой рассказ наш «экскурсовод».
О проблеме «выброшенных за борт» людей заведующая Центром Галина Васильевна Фомина знает не понаслышке. Двадцать два года она проработала в женской исправительной колонии. Начинала свою трудовую деятельность в уголовно-исполнительной системе инженером по организации труда осужденных, за тем прошла путь от начальника отряда до заместителя начальника учреждения по кадрам и воспитательной работе.
— Основной целью моей работы всегда было стремление вернуть обществу полноценных граждан, и, на мой взгляд, наш коллектив делал все для ее достижения.
Коллеги до сих пор вспоминают «эпоху Фоминой». Именно она, будучи замполитом, подняла воспитательную работу с осужденными на очень высокий уровень. В конце 90-х начале 2000-х исправительная колония № 7 занимала первые места во всех конкурсах среди осужденных. Под руководством Г.В. Фоминой «семерка» ввела в практику воспитательной работы выездные концерты осужденных женщин в мужские колонии и наоборот, учреждение посещали известные актеры, писатели и музыканты. Широкий резонанс получила постановка Нотр Дам де Пари, на премьере которой присутствовали представители как местных, так и центральных СМИ. В колонию приезжали исполнители главных ролей Московского мюзикла: Питкут, Макарский и Голубев.
— Мы одними из первых начали не просто проводить конкурсы художественной самодеятельности, а готовить мюзиклы. Наши концерты не выглядели, как выступления индивидуальных талантов, мы привлекали к театрализованным постановкам максимальное количество осужденных: кто-то писал сценарии, кто-то оформлял сцену, были свои художники и модельеры, — продолжает свой рассказ Галина Васильевна.
— Коллективное творчество является мощным инструментом в воспитательной работе с осужденными, позволяет каждой участнице реализовать свои способности, повышает самооценку. В моей практике масса примеров, когда в местах лишения свободы именно путем самореализации человек переоценивает свою жизнь, что называется — чувствует себя личностью и желает жить по-новому уже после освобождения.
Но вот здесь и скрывается главная проблема. Очень часто осужденные, особенно после отбывания длительного срока наказания, освобождаясь, просто не знают, как жить дальше… У многих нет жилья, на работу бывших осужденных берут неохотно.
В 2002 году учреждение выиграло грант. Автором и руководителем проекта «Подготовка осужденных женщин к освобождению и их дальнейшая ресоциализация» была Галина Васильевна Фомина. В рамках проекта проводилась работа, которая способствовала решению вопроса о необходимости создания Центра социальной адаптации для лиц БОМЖ и освободившихся из мест лишения свободы.
И, вообщем-то, начало было положено, а после ухода на пенсию Галина Васильевна вплотную начала заниматься воплощением своей идеи в жизнь. Уже в мае 2004 Центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства              и занятий начал функционировать, а подполковник внутренней службы в отставке Фомина приняла активное участие в организации его работы.
— Наш главный принцип — ценность человеческой жизни как таковой, — рассказывает Г.В. Фомина, последние три года исполняющая обязанности заместителя директора. — Основываясь на Декларации о правах человека и Конституции Российской Федерации, Центр осуществляет социальную, правовую и медицинскую помощь всем нуждающимся: бездомным и гражданам, относящимся к группе риска. Независимо от своего социального статуса, любой человек имеет право на защиту своих прав и помощь в кризисных ситуациях.
В настоящее время Центр является структурным подразделением Департамента социальной защиты населения Ивановской области. Основная работа его сотрудников заключается в постановке на учет и анкетировании обратившихся за помощью, это позволяет представлять бездомных как отдельную социальную группу.
Штатная численность персонала 30 человек, лимит наполнения — до                            50 проживающих.
— В Центре ведется ежедневный прием бездомных, предоставляется отдельное койко-место в отделении ночного пребывания. Мы ставим обратившихся граждан на учет, им оказывается социальная помощь: выдаются постельные принадлежности, продуктовые наборы, предметы гигиены, одежда и обувь, проводится санитарная обработка, оказывается содействие в оказании медицинской помощи,— рассказывает Галина Васильевна.
Гражданам, утратившим документы, оказывается содействие в оформлении паспортов, предоставляется временная регистрация сроком до 6 месяцев, оказывается содействие в трудоустройстве. Инвалидам и гражданам пенсионного возраста оформляются пенсии, оказывается содействие в их устройстве в дома-интернаты.
Работе с обитателями Центра Галина Васильевна отдается с присущей ей принципиальностью и энтузиазмом.
— У нас есть жесткие правила, — говорит она,— от которых мы никогда не отступаем. В Центр, например, не принимаются люди даже с небольшими признаками алкогольного опьянения. Лица, допустившие грубое нарушение правил проживания, отчисляются из Центра на определенный срок. Требуем в обязательном порядке соблюдения санитарно-гигиенических норм, не разрешаем курить                            в неположенных местах, у нас ограничено количество вещей, которые граждане могут иметь при себе, обязательное требование — вежливое отношение друг к другу и к персоналу.
Несмотря на строгость, коллектив Центра к каждому обратившемуся подходит индивидуально. Исполняющая обязанности заместителя директора Галина Васильевна Фомина лично беседует с каждым поступившим. Объясняет правила пребывания                   в Центре, изучает личность, выясняет планы на будущее и то, какая конкретно помощь требуется. На каждого пребывающего в Центре составляется индивидуальная программа.
— У нас нет такого, что работа заканчивается ровно в 17.00. Проблемы, которые существуют, а главное — поиск путей их решения — не отпускают и дома. Срабатывают чисто человеческие отношения. Случается, что сотрудники приносят продукты, теплые вещи для тех, кто, находясь в Центре, по тем или иным причинам не может работать. Часто для решения вопросов трудового и бытового устройства наших подопечных приходится использовать личные добрые отношения в различных организациях.
На сегодняшний день на учете в Центре состоит 679 человек, причем — более половины обратившихся это лица, освободившиеся из мест лишения свободы.
— У нас налажено тесное взаимодействие с сотрудниками социальной защиты учреждений, исполняющих наказания, — рассказывает Г.В. Фомина. Она присутствует на всех плановых совещаниях в УФСИН России по Ивановской области. — Мы обсуждаем рабочие вопросы: я довожу сотрудникам порядок направления осужденных в наше учреждение, рассказываю о том, какие документы они должны иметь при себе. Мы вместе решаем вопросы оказания помощи бездомным инвалидам и пенсионерам.
Встречи с Галиной Васильевной ждут не только сотрудники, но и осужденные. Она проводит в колониях области занятия в Школе подготовки к освобождению, разъясняет осужденным порядок обращения в Центр, порядок трудоустройства, оказывает адресную помощь, являясь секретарем Общественного совета УФСИН России по Ивановской области, привлекает общественность к решению вопросов адаптации лиц, освободившихся из мест лишения свободы, и, конечно, является неизменным почетным гостем всех ежегодных областных конкурсов художественной самодеятельности осужденных в родной седьмой колонии.
— Если человек по-настоящему настроен изменить свою жизнь —  Центр является в этом хорошим помощником. Главное — не опускать руки, — подводит итог нашей встрече Галина Васильевна.
Ее словам охотно веришь, потому что человек, который тридцать три года помогает людям вернуться к нормальной жизни, знает, о чем говорит.








ОБЛОГИНА Ольга Александровна,
внештатный корреспондент интернет-газеты
«Аргументы и Факты — Северный Кавказ»

ИСПРАВИТЕЛЬНЫЕ ФОТОКУРСЫ.
В СТАВРОПОЛЕ ОТКРЫЛИ ВЫСТАВКУ РАБОТ ТРУДНЫХ ДЕТЕЙ

Полгода 11 подростков, которые были осуждены условно, ходили на фотокурсы. Фотоаппараты ребятам давали и на дом, чтобы они могли тренироваться в любое время и в любом месте.
Голубые небосводы, красоты величественных кавказских гор, необычные архитектурные здания, привычные городские зарисовки и это еще не все, что запечатлели за полгода на фотоаппараты несовершеннолетние осужденные, состоящие на учете в уголовно-исполнительной инспекции Ставропольского края. Еще в ноябре месяце прошлого года в УИС Ставрополья стартовал проект по обучению фотомастерству подростков, осужденных условно, «Объективная свобода».
Деньги на проект удалось выиграть сотрудникам пресс-службы территориального органа Светлане Клинчаевой и Кристине Клеменчук на форуме «Машук-2014». Главной целью организаторы ставили ресоциализацию несовершеннолетних осужденных и привитие им творческого потенциала. Получить средства на реализацию идеи и написать проект оказалось гораздо проще, чем воплотить записанное на бумагу в жизнь, — признаются девушки.
Однако полугодовые теоретические и практические уроки не прошли бесследно, наконец-то, случилось самое долгожданное для ребят и руководителей событие, — итоговая выставка с одноименным проекту названием «Объективная свобода». На суд зрителей представили около 70 работ 11 подростков, осужденных условно.
Сначала подростков было больше — около 20 человек. Потом половина отсеялась, остались лишь те, кому действительно интересно было фотографировать. Занятия проходили в разнообразных местах: несовершеннолетние осуждённые снимали и в ботаническом саду, и в музее истории казачества, и в храмах, и даже                  в новостной редакции.
«Мы предупредили их, чтобы они не боялись пользоваться техникой. Сказали: сломаете — починим! И один наш ученик, у которого вдруг перестал включаться фотоаппарат, всё равно ужасно разнервничался, когда нам сообщил об этом. Оказалось — батарейка села. Но нам приятно, что дети переживают и чувствуют ответственность за то, что им дали что-то — это уже положительная сторона!»
Сами же сотрудники УФСИН даже специально ходили на уроки не в форме,                а в обычной одежде. «Чтобы дети не чувствовали натиска наших сотрудников, которые заставляют их что-то делать, потому что изначально-то нас воспринимают как тех, кто исполняют наказания! Чтобы дети не воспринимали нас предвзято — как конвой», — поясняет Светлана.
Одно из занятий на курсах стало стратегическим: вместе с несовершеннолетними преступниками их наставники вышли на площадь Ленина и поставили задачу — фотографировать людей, предварительно попросив их улыбнуться. Кадры, впрочем, волновали здесь меньше всего: это был урок не портретной съёмки, а коммуникации. Потому что именно неумение строить диалог привело большинство из этих подростков к агрессии, а вслед за ней — и к преступлениям. Сотрудники УФСИН надеются, что с появлением нового увлечения дети уже не вернутся к такому жизненному пути. Чтобы стимулировать несовершеннолетних преступников, их первые работы объединили в экспозицию, а двух авторов лучших снимков наградили фотоаппаратами. И подчеркнули: фотограф — профессия довольно прибыльная.


































СОЛОДЧУК Валентина Александровна, ТИМОФЕЕВА Наталья Анатольевна, сотрудники пресс-службы УФСИН России по Смоленской области

ЗАЧЕМ МНЕ СВОБОДА, ЕСЛИ МЕНЯ ТАМ НИКТО НЕ ЖДЕТ?

Этим вопросом задается едва ли не каждый десятый осужденный, отбывающий наказание в исправительных колониях Смоленской области. На конец октября                   в учреждениях УФСИН России по Смоленской области содержалось 284 осужденных, утративших, как здесь говорят, социально-полезные связи. Проще — покинутых родными и близкими или вовсе их не имеющими, без жилья и работы на свободе. Зачастую такие люди не видят для себя иного выхода кроме как вновь совершать преступление и пополнять места лишени свободы. А что? Здесь и крыша над головой, и обед по расписанию, да и само слово «тюрьма» после первого срока мало кого пугает. Картина, конечно, безрадостная...

Однако, «выход есть!» — утверждает старший инспектор отделения воспитательной работы с осужденными УФСИН России по Смоленской области, майор внутренней службы Татьяна Еникеева.

— Татьяна Эрнестовна, каким образом выявляются осужденные, нуждающиеся в помощи соцработника?
— Знакомство социального работника с осужденным начинается с момента его поступления в исправительное учреждение. С ним беседуют на предмет наличия личных проблем, интересуются, где он проживал на момент осуждения, был ли судим ранее, имеет ли какие-то проблемы. Кроме того, еще в карантине проводится анкетирование осужденных, изучение их личных дел.
— Изменяется ли количество одиноких осужденных в зависимости от режима содержания?
— Конечно. Как показывает практика, большая часть осужденных, утративших социально-полезные связи, содержатся в исправительных колониях строгого режима. Из 284 человек, выявленных за 10 месяцев этого года, в ИК-2 (исправительной колонии строгого режима для осужденных к лишению свободы впервые) состояло на учете 63 таких осужденных, в ИК-6 (исправительной колонии строгого режима для осужденных к лишению свободы во второй и более раз) — 112.
К сожалению, не все они обращаются за помощью. Так, из вышеуказанных                 284 человек за помощью в восстановлении утраченных социально-полезных связей обратились 179 осужденных, 127 из них родственные связи были восстановлены. То есть, есть надежда, что они перестанут быть одинокими.
— А как происходит восстановление родственных связей?
— Главным методом восстановления родственных связей являются запросы                  и письма.  Из бесед с осужденными выясняется место жительство их родственников, делаются запросы в соответствующие службы, устанавливаются контакты                            с родственниками. Однако надо понимать, что не каждый человек захочет поддерживать связи с преступником, даже если он является его близким роственником. В таком случае в силу професиональной этики информация об адресах не доводится до осужденного. И наоборот, если родственники согласны общаться, их контакты передают осужденному для последующей переписки.
— Как вы считаете, почему некоторые осужденные отказываются от помощи социального работника?
— Думаю, люди чувствуют вину за совершенные преступления. Ведь нередко преступные посягательства совершаются в отношении своих же родственников. Кроме того, люди боятся родственного порицания, боятся признаться, что совершили преступление.
— Расскажите подробнее о тех специалистах, которые занимаются такой непростой работой — помощью осужденным.
— На сегодняшний день у нас укомплектованы все должности специалистов групп социальной защиты. Это семнадцать человек. Ежегодно аттестованные сотрудники проходят повышение квалификации и профессиональную переподготовку в ведомственных вузах — Академии ФСИН России и  Вологодском институте права и экономики. Конечно, нам хотелось бы видеть у себя в учреждениях и выпускников профильных факультетов этих учебных заведений. Но, к сожалению, пока таких специалистов у нас нет
— Что происходит с теми осужденными, кому действительно некуда идти после освобождения?
— Конечно, есть отдельная категория осужденных, которым мы не можем помочь в восстановлении родственных связей. Это воспитанники детских домов                     и интернатов. На сегодняшний день в исправительных учреждениях Смоленской области их порядка семидесяти. Хотя, надо сказать, далеко не все они являются круглыми сиротами.
Всеми, кому не удалось восстановить социально-полезные связи, специалист               по соцработе занимается более внимательно. Выясняет  картину их жизни до осуждения — где осужденный жил, учился, работал. Иными словами, ставит «социальный диагноз».
Затем, исходя из полученной информации, осужденному предлагается конкретная помощь — трудоустройство после освобождения, если надо — обучение, переподготовка, а также временное размещение в стационарных социальных учреждениях — Жуковском психоневрологическом интернате с обособленным отделением и Центре социальной адаптации лиц без определённого места жительства и занятий. С начала года в эти учреждения мы направили 4 человека (в прошлом году это число составляло 14 бывших осужденных).
Перед освобождением осужденного мы должны уведомить об этом органы социальной защиты и администрацию того населенного пункта, в который осужденный изъявил желание перебраться. Иногородним приобретаются билеты к месту жительства. Кроме этого, по всей России, и это ни для кого не секрет, существует целый ряд подобных социальных учреждений как государственных, так и негосударственных. Поэтому осужденный может обратиться к соцработнику своей колонии с просьбой связаться с таким учреждением и после освобождения уехать туда. В моей практике уже были случаи направления осужденных в такие центры в Москве и Санкт-Петербурге.
О том, что для такой категории людей как бывшие осужденные, не все потеряно, говорит и  Маргарита Николаева, специалист  по социальной работе Смоленского  областного государственного автономного учреждения «Центр социальной адаптации лиц без определенного места жительства».
—  Маргарита Андреевна, как давно вы работаете в Центре «БОМЖ»?  
—   Центр  был создан  в 2008 году, а я пришла годом  позже. До этого 20 лет  работала в УВД  в архиве информационного центра.
— Что за это время изменилось в работе Центра?
— Могу отметить, что с течением времени больше стало поступать бездомных людей.
— Много ли из них бывших осужденных?
— Много. На моей памяти был случай, когда молодой человек и девушка, встретившись здесь после отбывания наказания в местах лишения свободы, познакомились, поженились, сейчас живут, воспитывают детишек, купили машину, открыли собственное дело. Хотя попали в колонию оба несовершеннолетними,                    и сроки у обоих были свыше 10 лет. Помню, прибыли они без документов, так мы им и паспорт помогли сделать, и на работу определили. И вот, получается, жизнь                       в правильное русло помогли направить, теперь только радуюсь за них.
— А есть в истории Центра обратные случаи, когда человек не хочет что-то менять, плывет по течению?
— Конечно. Вот, поступил к нам один инвалид, тоже по зонам отсидел немало, жалко его, конечно. Стали  хлопотать по поводу определения группы инвалидности, все ж какие-никакие деньги. Да и в интернат для инвалидов можно устроиться. А он через три дня напился, дебоширить начал. На первый раз простили, не на улицу ж его выгонять? Но нет, он и второй, и третий раз — все туда же. Пришлось отчислить, хотя и болит сердце, а что поделаешь — кроме него в Центре еще полсотни человек,                  о них подумать надо.
— Маргарита Андреевна, а какие трудности вы как социальный работник, испытываете в своей деятельности?
— Много поступает людей без документов, бывает, даже не помнят год своего рождения. По правилам, лиц без российского гражданства мы не имеем право здесь держать. Принимаем, конечно, со слов, потом уже начинаем делать всевозможные запросы для установления личности. Некоторые лукавят, пообщаются здесь                      и начинают собирать «мох с болота». Есть и другие случаи — у нас содержатся                        и лежачие больные — один без ноги, другая страдает эпилепсией, документов у них нет, держать их можно в центре только полгода по временной прописке, а чтобы остаться на следующий срок пребывания, нужно получить разрешение из Департамента Смоленской области по социальному развитию. Департамент может разрешить прописать нуждающихся и во второй, и в третий раз, а может и не разрешить. И что делать?  Иной раз гражданство установить невозможно, получить постоянную  прописку такой человек не может. А если он инвалид? Выкидывать его на улицу? Много проблем, много. Пытаемся их решать оперативно, но в некоторых, особо сложных, случаях словно ходим по замкнутому кругу.
— Что бы вы ответили на предложение помочь Центру?
— Хорошо было бы еще ночлежку построить, людей много просится, а мы не можем всех принять. В Центре всего лишь 50 мест, приходится многим отказывать, смотрим по ситуации, кому больше нужна наша помощь. Поступают больные, инвалиды. Недавно позвонили из Смоленской Епархии —  привезли обожженого, он ночевал на трубах. Порой даже приходится идти на нарушение устава, берем свыше нормы,  не оставлять же их на улице.
«В тюрьму я больше не вернусь. Никогда…»
В  Смоленском  областном государственном автономном учреждении «Центр социальной адаптации лиц без определенного места жительства» Александр Логинов находится чуть больше двух месяцев. История его для большинства обитателей этого социального учреждения банальна — молодой человек попал сюда, освободившись из мест лишения свободы.
Александр сирота, воспитывался в детском доме. В 18 лет, когда пришло время начинать самостоятельную жизнь, он связался с дурной компанией. Поначалу радовали «невинные» шалости — вино, девочки, а там не заставил себя долго ждать  и организованный грабеж. Так Александр попал сначала в колонию строгого режима, а потом, отбыв там почти год, за хорошее поведение и добросовестную работу был переведен в колонию-поселение № 7, расположенную в поселке Верховье Смоленской области.
Еще находясь в колонии,  Александр определил для себя — в тюрьму я точно больше не вернусь никогда. Буду работать, накоплю денег, построю свой дом, заведу семью, детей. Но решить для себя — это одно, а как этого добиться бывшему детдомовцу со сроком за плечами? И вот пришло время освобождаться. А куда идти?
— Но я не стал отчаиваться, — рассказывает Александр, — решил уехать                        в Смоленск.
В областном центре, казалось ему, больше возможностей найти работу, устроить жизнь. Работу Александр, и правда, нашел очень быстро, у хозяина на строительстве коттеджа рабочие руки были не лишними, а узнав, что парню негде жить, милосердно предложил ему крышу над головой в одной из недостроенных комнат. Через неделю, когда закончились выданные по освобождению из колонии денежные средства, Александр попросил у хозяина заработную плату за отработанное время, но… получил отказ. Нужно было что-то делать, работать за крышу над головой даже без еды — перспектива никудышная, а воровать он категорически не хотел. Вот тут-то Александр и вспомнил, что про Центр «БОМЖ» слышал во время отбывания наказания. Вроде бы даже кого-то из осужденных, на его памяти, туда направляли.              И вспомнил он про департамент соцзащиты, куда его направляли еще по выходу из детского дома для постановки на очередь на жилье. Однако, тогда ему нужно было собрать множество справок, подтверждающих возможность  получения этого самого жилья, а было совсем не до того — победила веселая разбитная воровская романтика.
Переоценив все, что произошло с ним в жизни, четко определив для себя, что нужно начинать жить по-человечески, Александр отправился-таки в Департамент Смоленской области по социальному развитию. Так и оказался наш собеседник                    в Центре, который сейчас называет своим домом.
Когда мы поинтересовались у Александра, как ему здесь живется, он ответил искренне:
— Мне здесь тепло и уютно, люди добрые, внимательные. Даже если бы                      я захотел выпить, то не смог бы, потому что не хочется огорчать людей, которые для тебя столько делают, и делают это совершенно бесплатно. Вот юрист из центра помогает мне с оформлением документов для получения жилья, а социальный работник постоянно интересуется,  как у меня идут дела, как работа?  
Кстати, Александр не просто отсиживается в Центре, а думает о будущем —  нашел место разнорабочего, собирает деньги на съем жилья на первое время (ведь как ни были бы хороши условия в его нынешнем «доме», это все-таки место временного размещения, и пребывать здесь можно только до полугода).  После этого Александр планирует добиваться получения собственного жилья, очень хочет семью и много детей.
Однако, во время разговора нас не отпускала мысль — если бы этот молодой человек не оказался здесь, мог бы, попав в безвыходное положение, опять пойти по проторенной  дорожке. Может ли подобное случиться с ним снова?
Но чем больше мы беседовали с Александром, тем больше крепла в нас уверенность в обратном.
— Я очень рад, что очутился в этом центре, среди таких добродушных                        и внимательных людей. Я как будто живу в семье, — было видно, что он честен прежде всего с собой, — и чтобы не случилось со мной, никогда больше не попаду на зону, буду стучаться в закрытые двери опять и опять, и когда-нибудь они передо мною откроются.
















ПОЛОЖЕНИЕ
о конкурсе для российских журналистов на лучшее освещение проблем адаптации граждан, отбывших установленный судом срок уголовного наказания, к жизни на свободе, а также успешных моделях ресоциализации

1. Цели и задачи конкурса «Слово ранит, слово лечит» (далее — Конкурс)

Содействие изменению стереотипов общественного сознания, направленное  на активное участие гражданского общества в социальной адаптации бывших осужденных Привлечение внимания органов исполнительной власти федерального и регионального уровней, а также институтов гражданского общества России к проблемам ресоциализации граждан, освободившихся из мест лишения свободы, популяризация темы в СМИ.

2. Предмет и участники Конкурса

2.1. Предметом Конкурса являются публикации и телерепортажи в печатных изданиях и на телевизионных каналах, зарегистрированных на территории Российской Федерации, в которых отражены проблемы профилактики повторной преступности со стороны граждан, освободившихся из мест лишения свободы, путем реализации успешных моделей содействия их адаптации и ресоциализации к жизни на свободе.

2.1.1. Публикации и телерепортажи оцениваются в рамках следующих номинаций:
•    Лучшая публикация о проблемах граждан нуждающихся в помощи и поддержке после отбытия уголовного наказания, наиболее успешных примерах их решения, а также эффективных моделях ресоциализации.
•    Лучший телесюжет о лицах, освободившихся из мест лишения свободы, получивших реальную поддержку и помощь со стороны органов исполнительной власти и институтов гражданского общества в период их адаптации к жизни на свободе. Примеры «историй успеха», прошедших реабилитацию гражданах.

2.1.2. Порядок предоставления материалов на Конкурс:
Материалы, представляемые на Конкурс, должны быть опубликованы                             в периодической печати (статьи в газетах, журналах), или показаны по телевизионным каналам федерального или регионального уровней (в форме телерепортажей, телесюжетов) в период с 15 мая 2015 года по 15 ноября 2015 года.

2.3. Участниками Конкурса могут быть представители средств массовой информации или их внештатные корреспонденты, а также сотрудники некоммерческих                            и общественных организаций, подготовившие и разместившие на страницах печатных изданий или в выпусках телевизионных передач аналитические и информационные материалы, освещающие успешные формы и методы ресоциализации граждан, возвратившихся в общество после отбытия наказания.
От каждого участника принимается не более 3-х публикаций.

2.4. Используемый язык — русский.

3. Общие требования к материалам, представляемым на Конкурс

Представленные на Конкурс материалы должны отличаться высоким качеством изображения и профессиональным уровнем изложения текстового материала и включать в себя:
•    соответствие заявленной теме;
•    аргументированность и глубину раскрытия темы;
•    выразительность и доходчивость изложения;
•    точную и достоверную информацию.

4. Организатор Конкурса

4.1 Организаторами Конкурса являются: Межрегиональный  благотворительный Фонд помощи заключенным и Фонд Олега Дерипаска «Вольное Дело» при поддержке членов Общественной палаты Российской Федерации и сотрудников Федеральной службы исполнения наказаний.

4.2    Организаторы Конкурса обеспечивают:
•    равные условия для всех участников Конкурса;
•    широкую гласность проведения Конкурса;
•    формирование экспертной комиссии (жюри) из числа известных писателей                и журналистов, принимающих активное участие в общественной жизни страны;
•    создание условий для работы жюри с целью принятия объективных решений;
•    недопущение разглашения сведений о результатах Конкурса ранее даты их официального объявления;
•    подведение итогов Конкурса и награждение победителей.

5. Порядок и сроки подачи заявок на Конкурс и представление материалов

5.1. Для участия в конкурсе необходимо направить в оргкомитет по адресу электронной почты helpprisoners@mail.ru:
•     анкету участника Конкурса. В анкете участников указываются: Ф.И.О. автора, место работы, должность, домашний адрес, телефон, электронный адрес, название публикации или телесюжета, название СМИ или телеканала, в которых была опубликована заметка или показан телесюжет, дата публикации или трансляции;
•    текст опубликованной заметки в формате Word, шрифт — 12-14;
•    копия публикации в СМИ (или скриншот — для Интернет-СМИ);
•    видеоматериал телесюжета в формате VOB, MOV;
•    ксерокопия паспорта.

5.2. В качестве материалов Конкурса не рассматриваются рекламные материалы (рекламные модули, а также информационные материалы, размещенные в СМИ на коммерческих условиях).

5.3. Заявки на Конкурс принимаются с 15 мая 2015 года по 15 ноября 2015 года.

5.4. Присланные на Конкурс материалы возврату и оплате не подлежат.

6. Критерии выбора победителей Конкурса и оценки материалов

6.1. Оценка материалов участников осуществляется каждым членом экспертной комиссии (жюри) методом индивидуальной тайной экспертной оценки по 5-ти бальной шкале.

6.2. Среднеарифметическое из полученных оценок каждого члена жюри является окончательным количеством набранных данной работой баллов.

6.3. По количеству максимально набранных баллов определяются победители                   в каждой номинации.

6.4. Если несколько работ набрали равное количество баллов, члены жюри принимают решение путем очного обсуждения работ.

7. Подведение итогов Конкурса и награждение победителей

7.1 Итоги Конкурса подводятся в Москве в здании Общественной палаты Российской Федерации на заключительном заседании членов экспертной комиссии.  

7.2 Имена призеров, занявших 1, 2 и 3 места в каждой номинации, оглашаются после вскрытия конверта с результатами голосования.

7.3 Призеры приглашаются в Москву для участия в итоговой пресс-конференции, на которой будут объявлены результаты Конкурса, а его лауреаты получат специальные дипломы и ценные подарки.

8. Вопросы организации Конкурса

8.1 Объявление о начале Конкурса и необходимая документация  размещается на сайте организаторов конкурса 1 мая 2015 г.

8.2 Информация о ходе Конкурса периодически размещается на сайтах Общественной палаты РФ (www.oprf.ru) и Общероссийской общественной организации «Совет общественных наблюдательных комиссий» (www.sovetonk.ru).








ОПИСАНИЕ ПРОЕКТА

Название проекта: «Слово ранит, слово лечит».

Цель Проекта: изменение стереотипов общественного сознания через работу со СМИ: проведение конкурсов для журналистов, распространение «историй успеха»          о прошедших реабилитацию гражданах, а также об успешных моделях ресоциализации.

Задачи проекта:

1)    Повышение мотивации региональных и федеральных СМИ в освещении позитивных примеров оказания помощи и поддержки гражданам, освободившимся из мест лишения свободы, в их адаптации к жизни на свободе.
2)    Привлечение широких слоев общественности к обсуждению основных составляющих позитивных перемен в поведении граждан, успешно прошедших адаптацию и избравших для себя правопослушный образ повседневной жизни.
3)    Пропаганда лучших практических результатов ресоциализационного процесса бывших осужденных с использованием инновационных технологий при реализации проекта — проведением видеоконференции, размещением поступающих конкурсных материалов на сайтах Общественной палаты Российской Федерации, Современной гуманитарной академии, Общероссийской общественной организации «Совет ОНК»  и иных телекоммуникационных порталах.
4)    Выпуск Сборника информационных материалов, присланных участниками конкурса и признанных лучшими конкурсной комиссией, а также получившими большее число положительных откликов в ходе интернет-опроса.
5)    Проведение мониторинга в течение месяца до начала реализации проекта                      и за месяц до его завершения на предмет количества и содержания публикаций              и видеосюжетов, размещенных в средствах массовой информации федерального и регионального уровней, в которых освещаются проблемы адаптации и ресоциализации граждан, освободившихся из мест лишения свободы.
6)    Объявление итогов конкурса и награждение победителей в Общественной палате Российской Федерации с организацией видеотрансляции процесса награждения конкурсантов на сайте Общественной палаты Российской Федерации, Общероссийской общественной организации «Совет общественных наблюдательных комиссий» и Межрегиональном Фонде помощи заключенным.
Мероприятия проекта

Межрегиональный Фонд помощи заключенным осуществляет:
1)     Разработку Положения о порядке и условиях проведения конкурса «Слово ранит, слово лечит» на лучшую публикацию и лучший телесюжет                       о ресоциализации и социальной адаптации лиц, освобождающихся из мест лишения свободы и нуждающихся в помощи и поддержке со стороны органов исполнительной власти и институтов гражданского общества.
Срок — апрель 2015 года.

2)    Подбор состава экспертов конкурсной комиссии по рассмотрению и оценке поступающих материалов. Проведение организационного заседания по избранию рабочих органов и рассмотрению Положения о проведении конкурса.
Срок — первая декада мая 2015 года.

3)    Проведение предстартовой пресс-конференции для представителей СМИ                 в Общественной палате РФ по доведению и разъяснению целей и задач конкурса «Слово ранит, слово лечит» с участием представителей заинтересованных ведомств (ФСИН России, Уполномоченного по правам человека в РФ, Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, иных структур).
Срок — первая декада мая 2015 года.

4)    Разработка сценариев, монтаж и выпуск 2-х телепередач «Слово ранит, слово лечит» для сотрудников органов исполнительной власти и представителей общественных формирований (в середине и на завершающем этапах конкурса) объемом 25 минут каждая и трансляцией в 3-х временных поясах на Первом образовательном телеканале Современной гуманитарной академии, а также в интернете на сайте www.sgutv.ru в рубрике «Дорогу осилит идущий» с 70% охватом территории страны. Согласование с руководством ФСИН России просмотра подготовленных видеоматериалов осужденными и сотрудниками исправительных учреждений посредством их размножения на DVD-дисках и рассылки в территориальные органы уголовно-исполнительной системы с последующим показом по кабельному телевидению в исправительных колониях. С целью привлечения как можно большего внимания общественности к ходу конкурса планируется использовать размещение информации о нем в социальных сетях, таких как: vk.com; twitter.com; my.mail.ru.
Сроки — 3-й и 4-й кварталы 2015 года.

5)    Проведение мониторинга в течение месяца до начала реализации проекта              и за месяц до его завершения на предмет количества и содержания публикаций                  и телесюжетов, размещенных в средствах массовой информации федерального                    и регионального уровней, в которых освещаются проблемы адаптации и ресоциализации граждан, освободившихся из мест лишения свободы.
Срок — 1-ый этап — май 2015 г.; 2-ой этап — ноябрь 2015 года.

6)    Формирование и тиражирование лучших публикаций и телесюжетов по результатам их рассмотрения экспертами конкурсной комиссии не менее чем по               200 экз. с последующей их передачей в библиотеки исправительных учреждений, реабилитационные центры, региональные службы занятости населения. Подготовка членами Общественной палаты РФ рекомендаций членам общественных наблюдательных комиссий о проведении для осужденных презентационных мероприятий с демонстрацией тиражируемых материалов в клубах и библиотеках исправительных учреждений.
Срок — ноябрь-декабрь 2015 года.

7)    Организация презентации результатов конкурса в пилотных регионах проекта «Возвращение» —  в исправительных учреждениях Краснодарского края или Нижегородской области с участием организаторов путем их выезда соответственно                в Краснодар или Нижний Новгород. Довести до осужденных остальных регионов результатов конкурса силами помощников по правам человека территориальных органов уголовно-исполнительной системы.
    Срок — 3-й квартал 2015 года.

8)    Подведение итогов конкурса и проведение завершающей пресс-конференции в Общественной палате Российской Федерации для представителей СМИ с приглашением наиболее активных участников конкурса «Слово ранит, слово лечит» с целью объявления и награждения победителей конкурса в номинациях на лучшую публикацию и лучший телесюжет, раскрывающие важность и необходимость всестороннего содействия гражданам, освободившимся из мест лишения свободы,                    в их успешной социальной адаптации и ресоциализации.
Срок — декабрь 2015 года.

Ожидаемые результаты Проекта:

1)    В процессе реализации проекта при непосредственном участии членов общественных наблюдательных комиссий, сотрудников уголовно-исполнительной системы, а также представителей органов исполнительной власти будут собраны, проанализированы и обобщены не менее 100 публикаций и телесюжетов по вопросам содержания и значения социальной адаптации граждан, отбывших уголовное наказание, направленных на профилактику повторной преступности среди них.
2)    Проект позволит оценить роль и уровень влияния средств массовой информации на выработку в общественном сознании необходимости и целесообразности комплексного решения вопросов ресоциализации лиц, освобождающихся из мест лишения свободы и нуждающихся в помощи и поддержке, как со стороны органов исполнительной власти, так и институтов гражданского общества.
3)    Члены всех ОНК в 81 субъекте федерации, а также общественные объединения, выдвинувшие их в состав наблюдательных комиссий, представители региональных органов исполнительной власти России получат свежую информацию        о состоянии и перспективах совершенствования работы с гражданами, возвращающимися в общество после отбытия наказания и нуждающимися                            в трудоустройстве, медицинском и социальном обеспечении на свободе путем просмотра тематических телепередач «Дорогу осилит идущий», знакомства                          с содержанием Сборника материалов с позитивными историями, оценят работу, проводимую в своем регионе.
4)    Широкий круг представителей средств массовой информации России получит реальную возможность принять участие в профилактике рецидивной преступности                   и пропаганде примеров успешной ресоциализации бывших осужденных.
5)    Ход конкурса будет периодически транслироваться не менее чем на 2/3 территории страны с использованием инновационных технологий и с учетом временных поясов. Всем желающим будет представлена возможность ознакомиться с содержанием уже состоявшихся телепередач в архивном варианте на сайтах: www.sgutv.ru или www.sovetonk.ru/
6)    Более 200 руководителей реабилитационных центров смогут через СМИ презентовать свои наработки и призвать к участию в проводимой ими работе нужных специалистов в области юриспруденции, медицины, семейных отношений и т.д.
7)    Лица, находящиеся в исправительных учреждениях (в России их более 700), учебно-воспитательных учреждениях закрытого типа для содержания несовершеннолетних правонарушителей органов управления образованием (по России всего 60), а также их родственники ознакомятся с реальными примерами успешной социальной адаптации, узнают адреса организаций и служб, в которые им следует обращаться для решения возникающих проблем.
8)    Подобная форма стимулирования представителей средств массовой информации, а также граждан, считающих своим долгом объективно информировать общество о важности создания и развития различных форм социального сопровождения лиц, освободившихся из мест лишения свободы, будет поддержана                  и другими благотворительными организациями нашей страны.
9)    Использование в качестве информационной среды интернет-сайтов Общественной палаты Российской Федерации, Общероссийской общественной организации «Совет ОНК» и Межрегионального Фонда помощи заключенным сформирует 7-10 тысячную аудиторию постоянных пользователей и наблюдателей за ходом конкурса.
10)    Реализация Всероссийского конкурсного проекта станет своего рода новым инновационным методом, обеспечивающим рост эффективности подключения СМИ к участию в решении общегосударственной социальной задачи духовно-нравственного оздоровления нашего общества путем систематического информирования читателей     и телезрителей о позитивных примерах социализации бывших осужденных.

Сроки Проекта:

Начало:         « 01 » апреля 2015 года.
Окончание:  « 30 » декабря 2015 года.


Короткая ссылка на новость: http://sovetonk.ru/~lHZY7


МНЕНИЕ
 diskuss.jpg

О дискуссии вокруг ФОНК


 РОТАЦИЯ ЧЛЕНОВ ОНК

!Справочник для осужденных и освобождающихся инвалидов!


logosinposta2.gif

Служба отправки сообщений

лицам, находящимся под стражей или отбывающим наказание


ВИДЕОРЕПОРТАЖИ

         Файл для проигрывания не найден.
Файл для проигрывания не найден.


ПОМОЩЬ ОСВОБОДИВШИМСЯ И ЗАКЛЮЧЕННЫМ 
HELP!.png  кнопка_помочь.png   

Столкнулся с нарушением 
прав граждан?
кнопка_заявки.png



ОБСУЖДАЕМ ПРОЕКТЫ ЗАКОНОВ

изображениеКонцепция уголовно-правовой политики РФ

 Доктрина уголовного права


ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАБЛЮДАТЕЛЬНЫЕ КОМИССИИ
РЕГИОНОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Методическая помощь региональным ОНК

6896988130174577.jpg

Учебно-методические материалы  

101110_v_01.jpg110310_02.jpg Всероссийский форум Совета ОНК, 17 февраля 2011г.jpg101110_v_03.jpg